Вход на сайт

Войти (создать анкету), используя

Войти через Mail.Ru Войти через Одноклассники Войти через ВКонтакте
Mail.ru OK.ru VK.com
Подождите, идет получение данных.

Блог пользователя Татьяна, Россия, Иваново

Поиск по блогам
Татьяна, 47, Россия, Иваново.
Была 25.04.2018 11:55
Все посты в её блоге
11.12.2017 21:11

Я очень извиняюсь...

Я очень извиняюсь, за то, что затормозила с воронами... просто сейчас идёт новый проект, на Фикбуке. если кому-то интересно, даю ссылку:
https://ficbook.net/readfic/6173916
Тут, наверное не буду выкладывать, вещь такая...малость бредовая (а может и не малость) с применением ненормативной лексики. Так что, если есть желание - можно почитать по ссылке. А мы с соавтором и бетой будем благодарны за любые отзывы)
129
0
07.11.2017 22:33

Вороны с Чистых Прудов. Апрель-3

Кирилл, он же Карл.
Кирилл еле дождался конца смены. Его не покидало тягостное предчувствие, точно что-то очень скверное должно случиться, или уже случилось. Кожа на запястье, там где до него дотронулась девушка, точно горела, и Кирилл время от времени удивлённо отмечал, что следов на руке не осталось. После окончания смены его вызвал главный менеджер и устроил очередной разнос за утреннее опоздание. Кирилл только вздыхал, с потерей премии он уже смирился, пусть проорётся, лишь бы не уволили. Наконец менеджер устало махнул рукой и Кирилл отправился восвояси.
Он надеялся, что девушка его не дождалась и ушла. За столиками в кафе её видно не было, и парень облегчённо вздохнул. Нужно было идти домой, проверить, как дела у сестры. Оставлять Вику надолго одну Кирилл боялся, девочка пару раз пыталась выйти из окна. Впрочем, в последнее время, она немного успокоилась, но всё равно была замкнутой и мрачной.
Для очистки совести, Кирилл всё- таки зашёл в кафе, заказал чашку кофе и пирожное. Набрал номер сестры, потом хватился - вдруг она ещё в школе? Хотя…он точно знал, что Вика давно забила на учёбу, и ходит в школу, только чтобы он не надоедал расспросами.
-Вика, ты где?
-Я… - сестра споткнулась, точно не зная, что сказать,- я в гостях…
-У кого, где ты? Что случилось? – Кирилл был готов бежать на помощь.
-Я не знаю,- судя по голосу, Вика была растеряна до крайности,- они меня Кларой называют, один говорит, что он мой брат, и твой тоже…их два…
-Где ты,- Кирилла затрясло,- адрес скажи!
-Я не знаю,- снова повторила Вика,- около Щёлковского вокзала. Я на кухне сижу, а они на балконе курят. И чайник кипит…
-Так,- Кирилл встал, не допив кофе, сестру надо было срочно выручать,- ты можешь оттуда уйти? Беги на вокзал, я сейчас за тобой приеду, только никуда ни с кем не уходи! Беги оттуда!
-Зачем? – Вика шмыгнула носом,- они сказали…то есть тот, который брат, сказал что не обидит…
-Вика! – закричал Кирилл,- нет у нас братьев, пойми ты! Никого нет, родни близкой нет! Только мы с тобой! Беги, дурочка!
-Я… как это…- Вика явно растерялась,- чайник…
-Срать на чайник, - Кирилл на ходу натягивал куртку, странная девушка напрочь вылетела из головы,- через полчаса я буду на вокзале, у пригородной кассы. Викуля, солнце, я тебя умоляю, будь там, или я не знаю, что сделаю!
-А вот они… - странно спокойным голосом сообщила сестра,- я сейчас телефон дам…
Кирилл стиснул телефон так, что костяшки пальцев побелели. Во что умудрилась вляпаться его глупая сестрёнка…
-Карл,- в трубке раздался незнакомый голос,- Карл, это я, Зигфрид! Только не перебивай, ладно? Я всё помню, а ты нет, Карлуша, приезжай сюда… только скорее, он в любое время вернуться может. А я же дебил, вдруг опять накосячу! Ты же у нас всегда самый умный был…
-Куда приезжать?- Кирилл ничего не понимал, но человек со странным именем Зигфрид вдруг показался знакомым. Или нет?
-К Дану, на Уральскую,- человек закашлялся,- за малую не бойся, я скорее руку себе отрежу, чем её в обиду дам. Ты со Щелчка звякни, мы тебе скажем, как идти, окай?
-Сейчас,- Кирилл трясущимися руками засунул телефон в карман куртки.
-Подождите,- он резко обернулся, рядом стояла сегодняшняя бледная девушка.
-Извините, я очень тороплюсь,- Кирилл смахнул с рукава её ладошку,- дело очень срочное.
-Можно я просто с вами пойду,- девушка беспомощно оглядывалась кругом,- я не помешаю, просто…понимаете, они постоянно за мной следят, а я не сумасшедшая, честное слово! И мне кажется, я вас знала…когда-то давно!
Кирилл осторожно взял девушку под локоть. Блин, вот сейчас ему только этой ненормальной не хватало! И где тот мужик, что с ней был, почему он её вот так запросто отпустил одну?
-Мне на вокзал надо,- он с жалостью посмотрел на девушку,- на Щёлковский. Срочно.
-Я с вами,- она уцепилась за его рукав,- мне очень нужно, с вами…я не знаю, зачем. Но очень.
Кирилл понял, что оставить её здесь одну просто не получится, совесть не позволит. Слишком хорошо ему был знаком этот безнадёжно - умоляющий взгляд…Ладно, решил он, я за ней присмотрю, а по дороге заставлю позвонить родным, пусть забирают и смотрят получше, что ли.
Богдан
Клара-Вика разговаривает по телефону. Пока мы с Зигфридом курили на балконе, она даже не поднялась с табуретки в углу, не выключила кипящий чайник…
Она протягивает телефон Зигфриду. Ворон хватает его, и меняется в лице. Он уговаривает Карла приехать сюда и, кажется, добивается своего. Возвращает Кларе-Вике телефон, садится напротив неё.
-Кирилл приедет,- бесцветным голосом говорит она, то ли спрашивает, то ли констатирует факт.
-Приедет,- кивает Зигфрид,- обязательно. Дан, наливай, что ли…замёрзнуть насмерть можно, пока ты додумаешься, что надо горячего чаю выдать!
Я тихо хихикаю, что бы ни случилось, а Зигфрид не меняется! Ворон качается на табурете, длинные ноги занимают большую часть кухни. Клара-Вика, напротив, сидит в углу, съёжившись, точно старается сжаться и стать как можно незаметнее. Наливаю чай, открываю холодильник. Зигфрид мигом суёт туда нос и заметно грустнеет…
-Так жить нельзя,- авторитетно заявляет он,- так можно только с голоду помереть! Поэтому, дети, дядя Зигги сейчас выпьет этот пустой несладкий чай и пойдёт в магазин, а вы никому дверь без меня не открывайте, ясно? А, кстати, Дан, там вон что лежит? Давай сюда, а то я ноги раньше протяну с голодухи, чем до магазина дойду! И сахару насыпь…чего ты жмотишься? Тебе что, сахару не дают? Впроголодь держат?
Я ржу. Нет, случиться может всё, что угодно, мировой катаклизм, конец света или Большой Взрыв…но Зигфрид не изменится! Никогда.
Зигфрид.
Я захлопнул дверь квартиры. Всё, что угодно, только бы уйти, я больше не мог видеть тень Клары. Во что превратилась моя бесшабашная весёлая сестричка… перед глазами так и стояла сжавшаяся в комок девчушка, стискивающая потрёпанный чёрный рюкзак. Я выскочил на улицу, из под ног, с возмущённым карканьем, вылетела серая ворона.
-Внимательнее, сестра, внимательнее,- я погрозил птице . Она возмущённо заорала на меня с вершины растущего у подъезда дерева. Серые меня всегда недолюбливали, несмотря на вид. Только Карл и Клара…нда.
У меня было достаточно времени, чтобы обдумать и проанализировать происшедшее в метро. Да, я не самый умный представитель своего вида, но всё-таки что-то да кумекаю. И я виноват, блин, я во всём виноват! Нехрен было возиться с часами, нужно было ехать к Карлу и сторожить их с Дашей, а Дан бы присмотрел за Кларой…или нет? А когда я приехал на Сокол и увидел…меня накрыло. Я и сам не знал, что так может быть, честно, я вовсе не хотел никого убивать, но три тела на грязном заплёванном полу…и я лишился всякого разума.
Значит нужно сделать себе зарубку на будущее- запомни, Сильверкрафт, нельзя ни к кому прикипать с такой силой, привязанность и любовь к кому либо, кроме себя самого лишают тебя последних мозгов. Жаль, всё это бесполезно, мне себя уже не переделать.
Я снова думаю- может зря мы с данном всё это затеяли? Живут же как то обычные люди, у которых ни крыльев, ни магии. Некоторые очень даже и неплохо живут! Но снова в голове звучит мёртвый, шелестящий, как прошлогодние листья голос Клары, вспоминается потухшее лицо Карла, и я стискиваю руки в карманах- нет, ничего не зря! Я теперь в лепёшку расшибусь, но они вспомнят… я верну им их небо!
Клара-Вика
Вика и сама не мола понять, зачем она так спокойно пошла с этими двумя непонятными парнями. Сначала, когда тот, что помладше сел рядом с ней на скамейку и назвал Кларой, она была уверена, что он перепутал. Вот сейчас он улыбнётся виновато, встанет и уйдёт. Но он не уходил, говорил какие-то непонятные вещи. Вика не понимала ни слова, точно парень по имени Богдан говорил на иностранном языке. А потом…когда второй, постарше, баскетбольного роста, присел перед ней на грязный пол и заглянул в лицо…сначала она испугалась, но каким-то шестым чувством поняла, что опасности нет. И на секунду ей показалось, что этого парня она знает всю жизнь. Поэтому, когда подошёл полицейский, она улыбнулась и ушла вместе с ними.
87
03.11.2017 21:19

Вороны с Чистых Прудов. Апрель-2

На полдороге Вика вдруг решила спуститься в метро. Зачем? Она и сама не знала. Девочка села в поезд и вдруг подумала, что неплохо доехать до Щёлковской, там зайти на вокзал, посмотреть на автобусы. Почему ей так нравился бестолковый и суетливый Щёлковский вокзал, она не понимала, но тянуло туда, точно магнитом.
Богдан.
Зигфрид идёт рядом со мной, молчаливый, сосредоточенный. Наверное, строит планы, как шефа расспрашивать будет. Поднимаемся наверх, сейчас на переход…вдруг ворон резко останавливается.
-Ты чего? – я чуть не влетел ему в спину.
-Надо зайти… - он неопределённо машет рукой и разворачивается к пригородным платформам. Я не знаю, что ему там надо, но иду следом, мало ли.
-Смотри,- он показывает на скамейку, рядом лоток с мороженым. На скамейке, сгорбившись и нахохлившись, как больная ворона, сидит девчонка в чёрной куртке и серой юбке, рядом валяется рюкзак. Я секунду не понимаю, о чем он, но девчонка поднимает голову, тоскливо смотрит на отъезжающий автобус, и мне становится нехорошо…это Клара, но какая-то сама на себя не похожая. Я поворачиваюсь к Зигфриду, ворон стоит, закусив губу и стиснув кулаки.
-Что с ней? – шёпотом спрашиваю я.
-Я же тебе говорил, - он вздыхает,- сам видишь. Она забыла, что она птица, поэтому вот… я его убью. За это только убивать.
Я подхожу к Кларе, сажусь рядом. Она смотрит на меня, как на пустое место, бледная, глаза совершенно мёртвые, тусклые. Чёрная чёлка падает на лицо.
-Привет,- говорю я,- ты меня не узнала?
-Нет,- чуть слышно отвечает она, на лице - ни малейшего интереса.
-Клара,- я беру её за руку,- ты вспомни, я Богдан, помнишь, мы в Иваново ездили? Карл, Зигфрид и мы с тобой?
-Нет…- она вытаскивает свою руку,- я не Клара. Ты перепутал.
-Ты совсем ничего не помнишь? – Зигфрид внезапно опускается перед ней на корточки, заглядывает в лицо,- посмотри на меня…
Она сжимается в комок, хватает в охапку рюкзак , как щит.
-Не бойся,- Зигфрид не меняет позы, подол его пальто лежит на грязном полу,- последнее, что бы я сделал, это обидел бы тебя…сестрёнка.
-Мой брат Кирилл,- она всё ещё стискивает свой рюкзак,- я вас не знаю… откуда…
-Клара,- тихо говорит Зигфрид,- Клара Виктория Крехе, серая ворона…мы с Карлом выкормили тебя, когда ваших родителей убили…
-Мои родители погибли четыре года уже…- она беспомощно оглядывается,- я не понимаю…я Вика Крехина…
-Зигги,- я краем глаза вижу, что лоточница делает какие-то знаки полицейскому, показывает на нашу компанию,- нас сейчас в полицию заберут!
-У меня паспорт с собой,- отмахивается Зигфрид,- выпустят.
-Зигги,- задумчиво говорит Клара, или Вика? Как её теперь называть-то? – странно…как будто что-то слышала…и Кирилл говорил, что видел…
-У метро,- Зигфрид продолжает смотреть на неё снизу вверх, - но он тоже забыл! Он Карл, Карл Ульрих Грауфогель, а я- Зигфрид Улла Сильверкрафт…
-Не понимаю,- она опускает рюкзак на пол, осторожно дотрагивается до волос Зигфрида,- я ничего не понимаю…
-Пойдёмте ко мне,- предлагаю я.- а то тут холодно и полиция вон…
Она кивает, встаёт. Зигфрид тоже поднимается, подходит полицейский.
-Проблемы?
-Нет,- я мотаю головой.
Он смотрит на Вику.
-Всё в порядке,- она берёт меня за руку, оглядывается на Зигфрида, тот кивает. Спрашивает:
-Документы показать?
Полицейский машет рукой, мол, идите отсюда. И мы уходим.
Кирилл, он же Карл.
Как назло, сегодня покупатели были донельзя придирчивыми и безденежными. Почти все заходили в магазин «только посмотреть», и Кирилл окончательно распрощался с надеждой на премию. До окончания смены оставалось полчаса, и парень прикидывал, как побыстрее добраться до дома. В магазин вошел мужчина и девушка, примерно ровесница Кирилла. Девушка выглядела подавленной и нездоровой- бледная, с тёмными кругами под глазами. Почему-то при взгляде на неё у Кирилла больно сжалось сердце. Он поспешно отвернулся, незнакомая девчонка слишком напоминала Вику, такой же затравленный взгляд, такая же безнадёжность в лице.
-Мне ничего тут не надо,- она осторожно положила руку на рукав своему спутнику,- пожалуйста…
-Тебе не надо, так мне надо,- усмехнулся он,- поди, наушники купи себе. Сил нет уже слушать эти завывания.
Девушка понурилась, поплелась к стенду с наушниками, застыла на месте. Она стояла, не делая ни малейшей попытки что-то выбрать, даже не глядя на товар.
-Эй, парень,- крикнул мужчина Кириллу,- помоги девушке наушники выбрать! Чтоб как себе выбирал!
Кирилл подошёл к стенду. Девушка взглянула на него исподлобья, вдруг вспыхнула, стиснула ручку сумки, снова отвернулась. У парня на секунду потемнело в глазах, но он взял себя в руки. Нужно было работать, кормить их с сестрой за красивые глаза никто не станет.
-Какие вы предпочитаете…- начал он.
-Мне чтоб музыку с телефона,- торопливо заговорила девушка,- чтоб никому не мешать, в сумку…
Кирилл стал рассказывать о разных моделях наушников, но ему казалось, что девушка его не слышит. Впрочем, он и сам не понимал, что говорит. Она кивала, точно соглашаясь с каждым словом, потом оглянулась испуганно, прошептала:
-Мне всё равно…любые…
-Что? – опешил Кирилл,- какие?
-Любые, двое,- тихо повторила девушка, - на ваше усмотрение.
-Долго ты ещё? – крикнул мужчина,- чего копаешься? У меня ещё дел полно.
Кирилл снял со стенда две упаковки с наушниками разного цвета, девушка кивнула. Потом робко тронула парня за запястье:
-Скажите, вы долго будете работать?
-Магазин работает до 22-00,- ответил Кирилл.
-Нет, не магазин, а вы,- чуть слышно прошептала девушка,- мне очень нужно с вами поговорить.
-Ещё полчаса,- Кирилл тоже оглянулся. Мужчина стоял у кассы и нетерпеливо смотрел на часы.
-Я буду в кафе напротив магазина,- девушка снова затравленно оглянулась на своего спутника, - я вас очень прошу…
-Хорошо,- согласился Кирилл.
-Дашка, чего так долго,- недовольно проворчал мужчина,- домой пора.
-Можно я немного погуляю, пап,- попросила девушка,- ты поезжай…
Кирилл почувствовал, что земля уходит из под ног.
Богдан.
Клара (или всё – таки Вика?) идёт молча, опустив голову. Зигфрид время от времени точно порывается что-то сказать, но в последний момент машет рукой и молчит. Странно, и совсем на него не похоже. Он точно разом стал намного старше, совсем не тот безбашенный разгильдяй, которым я его помню. Интересно, а я тоже изменился? И если да, то как, спросить его, что ли?
Дома у меня- никого. На столе в кухне – записка. «Набегаешься- возьмись за ум!», это явно Сычёв писал. Только и слышно от него -ты такой, ты сякой, вот я…я добился, я смог, у меня, а ты… а что я?
А я ставлю чайник…
85
01.11.2017 18:17

Вороны с Чистых Прудов. Апрель-1

Богдан
-Дан? – Зигфрид смотрит на меня с каким-то сомненьем, - Дан, это ведь ты, да?
Я всё ещё стискиваю его руку, блин, я так рад, что он жив!
-А остальные где? - я оглядываюсь, мне кажется, что Карл и Клара сейчас выскочат из-за угла, но Зигфрид мрачнеет, опускает голову. Я разжимаю пальцы, ворон роняет вниз недокуренную сигарету, говорит сипло, точно горло сжало спазмом:
-Они…понимаешь, Дан, они уже не они…или их нет. В общем, как бы объяснить, они больше не птицы.
-В смысле? – я не понимаю, как это.
-Они забыли,- Зигфрид смотрит на меня в упор, - помнишь, я тоже когда-то почти забыл, но не до конца. А они вот…
Он отворачивается, стоит у перил ссутулишись. Потом, точно набравшись смелости, снова говорит каким-то чужим голосом:
-Я ведь тогда в метро, я видел, что всё, опоздал я. И на меня как накатило, - он усмехается одним уголком рта,- типа, всех убью, один останусь. Вот и остался. Я когда очухался, нас всех уже вытащили, пока народ туда- сюда бегал и про теракт орал, я тихо-тихо и свалил. Я ведь думал, что всё… а как-то иду, а навстречу мне - Карл. Я к нему, а он смотрит на меня…как бы тебе сказать, ну, на меня люди часто так смотрят, когда в первый раз видят - типа , ну, надо же, каких только чудиков не бывает. Ну, я тоже, рукой махнул, типа обознался… а присмотрелся и вижу, что он не такой. Я потом следил за ним, они с Кларкой так в нашей квартире и живут, и она тоже такая же стала. Как бы тусклая, что ли. И зовут их теперь по- другому, Кирилл и Виктория Крехины.
-А ты где же? – спрашиваю я.
-В Битцевском лесу в основном,- признаётся Зигфрид,- как отец. Больше птицей. А когда человеком…ну, есть пара адресов. Меня в тусовке хорошо знают, могу по впискам перекантоваться, только противно как-то всё.
-Странно,- я начинаю анализировать события,- а у нас материн шеф поселился. Типа любовь у него к ней, неземная. Достал, скотина, сил нет!
-Шеф, говоришь,- мгновенно настораживается Зигфрид,- а ну-ка, поподробнее!
-Замуж зовёт,- мрачно говорю я,- представь! После всего того прям проникся!
-Стоп,- Зигфрид хватает меня за плечо,- так он что, тоже там был, что ли?
-Ну, да,- до меня, наконец, доходит, что Зигфрид шефа в метро не приметил,- он с нами пошёл, со мной и с мамой. Типа один за всех, и так далее…спецназ своих не бросает. И вроде как он меня оттуда вытащил, потому, что я, дебил, прямо в самое пекло полез зачем-то.
-А зовут его как, а? - Зигфрида аж трясёт.
-Сычёв, Антон Викторович, вот как его зовут,- докладываю я.
-Сычёв, значит,- ворон выпускает меня, плечо от его хватки аж онемело,- вон как…сычик значит, местный, доморощенный…всех сделал, всю нашу немецкую слободку! Даже Готтлиб Иоганн, на что прожжённый, ничего не учуял! Значит, к матери твоей клинья подбивает, говоришь? Вот же…
Он замысловато матерится, я такого ещё не слыхал.
-Чего делать –то? – интересуюсь я,- он меня из дома выживает своей правильностью! И мать, как подменили…
-Что делать, что делать…-Зигфрид вытаскивает новую сигарету, мнёт в пальцах,- как бы мне этого сыча подловить да расспросить… с пристрастием! Как бы к тебе в гости напроситься, что ли, а? Давай!
-Чего? - туплю я,- чего тебе давать?
-Так,- Зигфрид, наконец, закуривает, - дебил тут- я, нечего на мою славу покушаться! А ты давай, зови меня в гости!
Я начинаю ржать, вот вроде ничего такого, а смешно почему-то. Зигфрид курит, смотрит на меня сверху вниз.
-А пошли ко мне в гости,- наконец говорю я,- давно не бывали!
-А пошли,- соглашается Зигфрид, швыряет окурок в лужу и направляется к метро. Я еле за ним успеваю.
Зигфрид.
Я обрадовался, как дурак, когда Дан меня узнал. Просто, когда я его увидел, я до смерти испугался, что он меня не узнает. И тогда всё. Пойти и удавиться- никому не нужен. Хотя насчёт никому, это я приврал. Есть пара – тройка человек, которые меня в любом виде узнают, тот же Мишаня Гвоздь. Кстати, несмотря на все подозрения Карла, вполне себе приличный чел, врач- патанатом, это вам не кот насрал! Но всё равно тоскливо, и когда Данька растерянно замер с сигаретой в руке, я не придумал ничего лучше, чем поднести ему зажигалку и спросить:
-Откуда я тебя знаю?
Дурацкий вопрос, вообще-то…ну, я и не претендую на лавры главного умника. Но Данька меня узнал, это вселяло определённые надежды. Я, наверное, не смогу внятно объяснить, но когда Карл шёл мне навстречу и смотрел, как на чужого человека…Карл, который был мне ближе, чем любой родной брат! Вот тогда я понял, как это, когда дно…полное днище. Потом я просидел неделю в битцевском лесу, в своём старом гнезде, и совсем уже решил, что быть только птицей намного легче и спокойнее, но никак не мог отделаться от какого-то паскудного чувства, точно я их предал. Карла, Клару…вообще всех. И вот тогда я разозлился на себя, на отца (ага, это его пример дурной- сидеть птичкой и не высовываться), на всю совиную рать. И отправился на разведку.
Сначала я даже решил, что всё это зря затеял, ну живут же люди как то, и совсем не птицы. А потом присмотрелся, и понял. что не зря! Особенно это было заметно у Клары, она точно пылью покрылась, выцвела. Серые вороны вообще-то от природы не яркие, но Клара всегда точно сверкала, изнутри, что ли. Так чёрные перья на солнце отливают зёлёным, синим и фиолетовым. А сейчас, это была какая-то тень. И Карл тоже, точно механическая игрушка… Но время от времени он останавливался, смотрел в небо, как будто пытался что-то вспомнить. Я шпионил за ними дня три, наверное, но ничего умного не придумал. И вот теперь встретил Дана! И, кажется, у меня начали появляться умные мысли. Карл бы сказал, что для меня это большая редкость, но сейчас мне особо рассчитывать было не на кого, кроме себя.
Кирилл Крехин, он же Карл Ульрих Грауфогель.
Сегодня день был какой-то особенно отвратительный. Началось с того, что будильник не прозвенел вовремя, Вика проспала в школу, Кириллу пришлось буквально бегом неститсь на работу, и он всё равно опоздал. А раз опоздал- премии не жди, значит придётся ужаться по максимуму, что особенно обидно. Опять же, вопрос учёбы – пора, наверное, на заочное переводиться, Кирилл уже понимал, что очка + работа не вариант. Но опять же, оплата… и Вика, девятый класс, экзамены, а потом? Сплошная неопределенность.
Кирилл тоскливо вздохнул, оглядывая торговый зал. С утра покупатели за техникой не ломились, можно и посачковать. Парень облокотился на кассовую стойку его и задумался. Вроде бы ничего особенного не произошло, но почему-то странное чувство грызло его уже который день. А всё из-за того странного типа, которого он встретил, когда шёл домой, пару дней назад. Или не пару? Кирилл прикинул – нет, три дня, как раз смену отработал. Высоченный, панковатого вида, парень в кожаном пальто до пят и высоких тяжеленных ботинках, который улыбался ему, точно внезапно обретённому дядюшке-миллионеру. А когда Кирилл подошёл поближе, махнул рукой, мол, извини, братан, обознался, и пошёл дальше. Кирилл почему-то обернулся ему вслед, и теперь перед глазами снова и снова вставала та картина - серая морось с неба, и парень в кожаном пальто идёт прочь, ссутулившись и волоча ноги. И ещё вспомнилось, как с лица у парня сползала радостная улыбка, точно ластиком стирали.
Кирилл потом даже сестру спрашивал, не видела ли она кого странного, но Вика только головой помотала, не видела, не знаю, и вообще отстань. Странная она, сестра. Другие девчонки с парнями гуляют вовсю, а Вика целыми днями дома сидит, что делает? Неизвестно, может весь день из комнаты не выходить, если, конечно, в школу не надо. Опять забота… четыре года, как родители погибли, а она так в себя и не пришла до конца. И всё-таки, что-то было не так с этим парнем, хоть руку давай на отсечение, вот не так и всё тут! А в последнее время Кирилл постоянно чувствовал, что за ним кто-то следит, тоже глупость, если разобраться – кому он нужен? Продавец в магазине бытовой техники и электроники, студент…таких вон, двенадцать на дюжину.
-Молодой человек, подскажите пожалуйста…
Кирилл привычно улыбнулся покупательнице и начал работать.
Виктория Крехина, она же Клара Виктория Крехе.
Вика посмотрела в окно- ничего интересного, тоска… урок нудный, одноклассники тупые. За окном серая ворона прыгала по берёзовым веткам, скусывала почки. Вика отчаянно вороне завидовала – ворона была свободна, могла в любой момент улететь, а она, Вика, должна сидеть тут, как пришитая.
-Крехина, опять ворон считаешь? Повтори, что я сказала!
-Крехина, опять ворон считаешь,- безжизненным голосом повторила Вика.
-Ты издеваешься? По теме урока что можешь сказать?
Вика вздохнула, по теме сказать было нечего. Она медленно собрала учебники в сумку, повернулась и пошла прочь из класса. Ей было уже всё равно.
На улице девочка огляделась по сторонам- никого. Только та самая ворона, теперь пьёт из лужи. Вика присела рядом на корточки, интересно, как это - быть вороной? Наверное, хорошо, хотя можно и от голода помереть, особенно зимой. Она подняла голову, посмотрела в небо- низкое, серенькое. И вдруг так захотелось полететь, аж спина зазудела. А что? Так просто- подняться на крышу многоэтажки и шагнуть…Вика несколько секунд наслаждалась этой мыслью, потом вспомнила о брате. Нет, нельзя, Кирюха тогда совсем один останется…
Она встала, помахала рукой вороне и пошла к брату на работу, спросить, что приготовить на ужин.
91
18.09.2017 14:57

Вороны с Чистых Прудов. Весенний блюз-14.

Метро.
Съёжившись, втянув голову в плечи Даша вышла на станции «Сокол». Народ бежал в разные стороны, и никому не было дела до девушки в чёрной куртке. Она осмотрелась, прошлась по платформе взад-вперёд, никого, ни старика Филинова, ни Клары. Даша присела на скамейку у колонны, сунула руки в карманы куртки . Наверное, она приехала слишком рано, нужно просто подождать.
-Где твоя подружка? – старик сел рядом, с другой стороны колонны,- я же сказал, прийти вдвоём! Впрочем, думаю, ждать недолго.
Даша закашлялась. Старик появился, точно из ниоткуда, слишком неожиданно. Подъехал поезд, и девушка невольно ахнула, тут же зажав рот ладонью - на платформу выскочил Карл.
-Ну, иди сюда,- сухо рассмеялся старик,- в принципе, мне вас двоих вполне хватит. Братик и сестричка…
Карл подбежал к оцепеневшей Даше, схватил за руку.
-Стоп,- весело сказал старик,- попались! Видишь, сестрёнка как тихо сидит…и ты посиди.
Карл покосился на старика, присел рядом с Дашей, обнял её за плечи. Девушка всхлипнула, попыталась что-то сказать, но язык точно прилип к нёбу, руки и ноги не слушались.
-Или ещё подождать?- хмыкнул старик,- остальных… Впрочем, если у них есть хоть зачатки мозгов, они будут сидеть тихо.
-Им велено не соваться,- спокойно сказал Карл,- нечего детям тут делать. Я сам разберусь.
-Да неужели,- ехидно протянул старик,- даже без своего приятеля? Стой…
Он подскочил к Даше и заглянул ей в лицо.
-Так,- от его благодушия не осталось и следа,- что ещё за маскарад?
-Стечение обстоятельств,- хмыкнул Карл,- только и всего. Может, девушка пойдёт? Она тут вроде как не при чём вообще…
-Ничего,- старик мигом взял себя в руки,- посидит твоя девушка, не испортится. Я же вас знаю, лучший способ дать знать всем: сказать кому- нибудь по секрету. Мигом раззвоните. А раз так, то, думаю, ждать нам всю весёлую компанию: Клару, Сильверкрафта и этого вашего Богдана, с которым вы как с писаной торбой носитесь. Или он меня не разочарует и плюнет на всю вашу возню, а?
-Никто не приедет,- с усилием выговорил Карл, его точно обволакивал какой-то вязкий сироп,- незачем им…
-Ну-ну,- старик усмехнулся,- а то я вас не знаю! Вы же любопытные, захотите узнать, что происходит. Явятся, как миленькие!
Из подошедшего поезда выскочила встрёпанная Клара. Огляделась по сторонам, увидела брата и Дашу и побежала к ним.
-Кыш,- крикнул Карл,- иди отсюда быстро!
Клара замерла на месте, растерянно вертя головой. Она ничего не понимала, потом шагнула к колонне.
-А вот и сестричка,- старик вышел из-за колонны,- не слушаешь старших? Вот и правильно, ты не тут нужна.
Клара поняла, что сглупила, но отступать было уже поздно, девочка словно увязла в какой-то липкой патоке.
-Дашка,- Карл подтолкнул локтем сидящую рядом девушку,- беги! Он отвлёкся, меня-то не выпустит, а ты сможешь… найдёшь Зигги, он у Дана, на Щёлковской, приведёшь сюда…только скорее!
-Ага,- прошептала Даша, отлепляясь от скамейки. Она вдохнула поглубже и метнулась к гранитной лестнице, к выходу наверх.
-Куда собралась? – старик резко выкинул руку вперёд, Даша точно споткнулась, и упала, ударившись головой о край ступеньки. Шапка слетела и вокруг головы девушки медленно начало расползаться тёмное пятно. Карл вскочил и с криком кинулся к ней. Старик всё так же, не прикасаясь, отшвырнул Клару к колонне, и махнул в сторону Карла. Парень, не добежав до лестницы, упал на спину, неловко подвернув руку, на лице у него застыло странно-удивлённое выражение, изо рта вытекла струйка крови. Клару ударило о скамейку спиной, девочка сползла на пол у колонны, застыла нелепой сломанной куклой.
-Сами виноваты,- зло бросил старик,- нечего было лезть в мои дела. Ничего, один ещё остался, мне хватит.
Люди шли мимо, точно и не было трёх лежащих на полу тел. Старик встал у колонны, так, чтобы его не было заметно из подходящего поезда. На платформу, хромая, вышел Зигфрид.
Богдан.
В вагоне метро мне вдруг стало совсем хреново. Так накатило, что кругом потемнело, и я почувствовал- всё, падаю. Мама схватила меня за рукав, вместе со своим шефом усадила на сиденье.
-Даня, что случилось?
А я сказать ничего не могу. Просто чего-то совсем худо, как будто кто-то помер. И слёзы потекли, сами собой. И понимаю, что зря мы едем, уже всё самое плохое случилось, и помочь нечем, да и некому уже помогать. А вот как им это объяснить – не знаю. А с другой стороны, я же не экстрасенс какой, в самом то деле! Откуда я знать могу, что уже всё? Может этот филин меня нарочно пугает, чтобы я, со своей новой силой, туда не совался, а без меня как раз всем кранты?
Я немного приободряюсь. И пытаюсь объяснить, что такое на меня накатило. Ну, как могу, в двух словах. Мама, кажется, ещё больше жалеет, что вообще в это ввязалась, и меня отпустила. А вот её шеф, наоборот, смотрит на меня спокойно, точно каждый день всяких идиотов из странных передряг вытаскивает. Чего то мне он подозрительным кажется, ну, да ладно.
Мы подъезжаем к «Соколу», я выскакиваю из вагона… и застываю на месте. Я ждал чего угодно, но не этого – на станции всё, как обычно. Люди толпятся, поднимаются наверх, спускаются вниз…ни старика, ни оборотней.
-Никого нет,- констатирует мама,- зря ехали. Давайте обратно?
-Подождите, Елена Сергеевна,- её шеф хмурится, - смотрите: у той колонны какая- то мёртвая зона.
-И у лестницы,- я тоже заметил, люди точно обходят один участок у начала ступенек.
Я иду к колонне и вдруг точно влипаю в какую-то гадость, шевелиться трудно. Но, оглядевшись, вижу то, что приводит меня в ужас: на полу у колонны скорчилась Клара, чуть поодаль лежит Карл, у ступенек лестницы – та девчонка, которая подходила ко мне у школы…Потом я вижу старика, он протягивает руку, говорит кому-то: «Ну, давай сюда, тебе всё равно больше не понадобится…», поворачиваюсь и вижу Зигфрида. Ворон медленно вытаскивает из кармана руку, в ней узелок из грязного носового платка. Он сдирает платок, отшвыривает в сторону. На ладони – странная стеклянная штука, навроде шара, внутри у которого – колёсики, стрелки, шестерёнки. И всё это крутится, качается и жужжит и тикает… Зигфрид нажимает какую-то кнопку на шаре и швыряет старику. Тот хватает, на лице у него радость, но вдруг его физиономия искажается, старик хрипит, пытается бросить эту штуку…Ничего не выходит, воздух вдруг заполняют какие-то полупрозрачные штуки, они тоже крутятся, как шестерёнки в часах, а старик начинает меняться.
Он прямо на глазах превращается в огромную птицу, гигантского филина, филин орёт, но стеклянная штука вдруг лопается, вспыхивает, и я на секунду слепну. А когда открываю глаза – филин лежит на полу станции, и внутри у него крутятся колёсики…шестерёнки…качаются маятники, как в заводной игрушке…только это не игрушка, потому, что кругом - кровь, и перья разлетелись.
Я ошалело смотрю на всех, точно жду, что сейчас ребята встанут, и будут веселиться, как здорово они нас разыграли, но ничего не происходит. Зигфрид упал на колени, цепляется рукой за стену, пытается подняться. На белой стене остаётся кровавый отпечаток ладони, ворон поворачивается ко мне, пытается что-то сказать, вдруг из носа и изо рта у него течёт кровь…
Я пытаюсь найти в себе ту силу, которая спасла нас в лесу, в Иванове, ухватываю едва заметный хвостик, тяну, ещё немного…кидаюсь туда, к ним. Из стен появляются странные полупрозрачные фигуры, а меня кто-то хватает и оттаскивает прочь, но я ещё успеваю швырнуть туда свой огонь…
А в голову вдруг приходит мысль : «Фамилия у шефа – Сычёв… Антон Викторович Сычёв… сыч – это такая сова… сова… сова…»
Новое время.
Богдан.
Я выскочил из квартиры, оглушительно хлопнув дверью, и понёсся вниз по лестнице. Дверь тяжёлая, железная, и брякнул я от души, аж штукатурка посыпалась, но мне было пофиг. Подъездная дверь отлетела в сторону, брякнувшись о стену, я побежал по улице, не разбирая дороги.
Не помню, сколько времени я так бежал, но очухался только на железнодорожном мосту. Дождь льёт. Холодный, противный, а я стою и смотрю, как внизу две электрички едут. Не могу так больше, я перегнулся через перила. Нет, страшно. Выпрямился, сунул руку в карман, нащупал початую пачку сигарет. А зажиги-то и нету, даже покурить не судьба. Так и помру, молодой и не курящий. Видно выпала где-то. Вытащил сигарету, сунул в рот, стою как дурак. Холодно и сыро, кеды уже насквозь промокли. Рядом стоит какой-то парень, высоченный, как баскетболист. Поворачивается ко мне, прикуривает сам, протягивает зажигалку. Я затягиваюсь…наконец-то. Отпускает понемногу.
-Откуда я тебя знаю? – спрашивает парень.
-Без понятия,- я присматриваюсь к нему. Высоченный, метра два, не меньше. Чёрное кожаное пальто, высокие сапоги на шнуровке… лицо смутно знакомое: чёрная чёлка на один глаз, а глаза светло-голубые, с тёмным ободком. Он отбрасывает в сторону окурок и так же внимательно меня разглядывает. Потом протягивает руку:
-Птица.
-Дан,- я пожимаю руку,- а почему Птица?
-Зовут так,- он пожимает плечами,- вообще-то моё полное имя без поллитры не прочитаешь.
Меня вдруг точно громом поразило, я стискиваю его руку и шепчу:
-Зигфрид Улла Сильверкрафт, это ты?

вопрос: продолжать стоит или ну его?
121
14.09.2017 15:59

Вороны с Чистых Прудов. Весенний блюз-13.

Карл идёт домой, вдруг у двери в квартиру замирает… дверь открыта. Он распахивает её, кричит: «Даша, Дашка!», понимая, что опоздал, безнадёжно опоздал. Опускается на пол у двери и сидит, закрыв лицо руками. Через пару минут он вскакивает, начинает кружить по квартире. Обнаруживает отсутствие куртки сестры и набирает номер Клары.
- Дашка ушла в твоей куртке,- сообщает он сестре,- сиди и не высовывайся. Куда она могла сорваться, знаешь?
Выслушивает торопливый, сбивчивый рассказ, кивает своим мыслям. Говорит:
- Никто не высовывайтесь. Пусть Зигги с хренью придёт, а вы с Даном не лезьте.
Одевается, выходит из дома, оглядывается, ныряет в кусты. Через несколько секунд большая серая ворона стремительно летит к «Тимирязевской».
Богдан.
Зигфрид сидит рядом, слушает. Кивает, соглашаясь, идёт в комнату, почти не хромает. Клара кричит:
-Я с тобой, погоди!
-Сиди, мелкая,- Зигфрид натягивает свитер,- не суйся! И ты тоже…
Он тычет в меня пальцем.
-Чего это,- пробую возмутиться я.
-Никто не суйтесь, - Зигфрид суёт забинтованную ногу в сапог, тихо шипит. Начинает шнуровать , матерясь под нос. Клара обиженно фыркает и уходит из прихожей.
-Так,- мама смотрит на нас из дверей,- никак выздоровел, болезный… Далеко ли собрался? И как надолго? И в каком виде ждать?
-Это срочно,- Зигфрид смотрит снизу вверх,- очень. Я не знаю…там, как получится. Вы это, не ждите. Мало ли…
Из моей комнаты тянет холодом. Зигфрид внезапно подрывается и несётся туда, кричит:
-Клара, стой, тебе нельзя!
Окно распахнуто настежь, Клары нет. Зигфрид высовывается в окно, но явно зря…
-Блин, да что же это такое,- его прямо аж трясёт,- сказано же было - сидеть и не высовываться. Надо скорее…может, ещё успею предупредить.
-Как это она,- мама переводит взгляд на окно,- не понимаю…выпрыгнула, что ли?
-Улетела,- Зигфрид, наконец, справляется со вторым сапогом, - перекинулась и всё. Лови теперь… К метро рванула, стопроцентово. Бестолочь, только под руками мешаться будет. Я пошёл, в общем. Дан, хоть ты послушай умных нас, не суйся, а?
Я беспомощно кручу головой. Умом понимаю, что соваться мне, конечно, не стоит, но и оставить оборотней вот так выпутываться одних кажется каким-то неправильным.
-Погоди, парень,- материн шеф придерживает готового бежать Зигфрида за рукав. – Расскажи-ка в двух словах, в чем дело.
Зигфрид мотает головой, вырывается.
-Дан расскажет, а я всё, мне бы только успеть теперь…
И уносится вниз по лестнице, только дверь внизу лязгает. Шеф поворачивается ко мне, и я, как могу вкратце рассказываю ему всю историю.
-Нельзя так ,- вдруг говорит он, - пошли.
И мы тоже пошли…дураки, наверное.
Метро.
Даша натянула шапку поглубже. Почему – сама не знает, и вообще, зачем она вдобавок к куртке натянула кларину шапку-чулок? Наверное, пересмотрела кино про тайных агентов. Девушка нервно хихикнула, оглянулась. Села в поезд, ничего, тут недалеко, она успеет. От «Тимирязевской» до «Менделеевской», там перейти на Кольцевую линию, проехать одну остановку и на зелёную ветку до «Сокола». Или до «Чеховской», и опять на зелёную…остановок больше, а переходов меньше. Без разницы. А внутри у неё всё трясётся, вот как она могла забыть! А старик придёт, и Клара тоже придёт, и Карл в опасности. А если с ним что-то случится, из-за того, что она, Даша, такая растяпа? Тогда самой только ложись, да помирай, всё равно без него уже не жизнь, тем более теперь.
-Девушка, у вас что-то случилось? – рядом сел незнакомый мужчина,- у вас такое лицо трагическое, и ногти грызёте!
-Ногти? – Даша быстро отдёрнула руку ото рта, - чушь какая! И лицо у меня нормальное! И вообще…
-Вы не думайте,- мужчина улыбнулся,- я просто помочь. У самого две дочки, такие же.
-Спасибо,- Даша вскочила,- всё хорошо, я выхожу уже! Спасибо!
Мужчина укоризненно покачал головой. Девушка выскочила на «Менделеевской», а он поехал дальше.
Карл перекинулся неподалёку от входа в метро. Вошёл внутрь, спустился вниз, огляделся – Даши, конечно, видно не было. Парень принюхался, да, совсем недавно она стояла здесь, ждала поезд. Совсем немного разминулись, ну, ничего, на «Соколе» он её обязательно встретит. Оборотень вошёл в вагон подошедшего поезда, сел у двери. Что-то его беспокоило, странное, неотвязное чувство, как будто он что-то упустил, забыл, не заметил. Карл нахмурился, вытащил телефон – как обычно, связи не было. Подключился к метрошному вай-фаю, недолго думая, вбил в поисковик запрос «Станция метро «Сокол»» и начал внимательно изучать информацию.
Клара опустилась на землю, повертела головой, перекинулась. Почему они все такие…такие … хорошо ещё, что проездной в джинсах! Девочка побежала бегом к метро, в одном свитере было холодновато, хорошо бежать недолго. Даша и Карл, конечно быстрее доберутся, от «Тимирязевской» до «Сокола» ближе, чем от «Щёлковской», но если она правильно Дашу поняла, без неё им там никак. В толпе народа, спешащей с вокзала, Клара спустилась на станцию, села в полупустой вагон. Поезд отправился.Клара внимательно рассматривала сидящих напротив людей. Не то, чтобы ей было интересно, просто машинально. Тётка в пуховике поросячье-розового цвета, девушка в кожаной куртке и смешной шапочке с помпоном, парень, щеголяющий голыми щиколотками…Клара подёргала себя за ухо, пересчитала серёжки. Потом сунула руки в рукава и задремала. До «Театральной» ещё доехать надо…
Зигфрид понял, что переоценил свои силы. Вроде бы и недалеко идти до метро, но ноги разболелись, порезы на ступнях, казалось бы пустяковые, жгли огнём и в сапогах вроде бы даже захлюпало. Значит, разошлись порезы-то, подумал ворон, но продолжал бежать. Догнать Клару он не надеялся, но хотя бы успеть предотвратить, помочь. Карл без него не справится, в этом Зигфрид был твёрдо убеждён. На платформе ему нет нужды искать следы Клары, он знает, что девочка уехала предыдущим поездом. Оборотень входит в вагон, со стоном опускается на сиденье, вытягивает ноги. Об него немедленно запинается немолодая женщина с хозяйственной сумкой, и Зигфрид, недовольно ворча, пытается задвинуть ноги под сиденье. Потом суёт руку в карман пальто, стискивает в кулаке круглую штуку, увязанную в грязный носовой платок. Это его успокаивает. В голове бьются беспокойные мысли- что задумал старый филин? Зачем ему девчонки? Ворон ёрзает на сиденье, кусает губу. И что-то нехорошее он слышал по «Сокол», но вот когда надо, нипочём не вспомнить…
Старик усмехаясь, входит в метро на станции «Чистые пруды». Всё должно идти по плану, и эти глупые дети ему не помеха. Он не так самоуверен, как Иоганн, нет, он просчитал всё на сто ходов вперёд. Да, малыши суетятся, думают, что они его перехитрили…ан нет! Старик кивает своим мыслям- сколько он перевидал таких на своём веку. Молодых, шумных, самоуверенных… все умерли, а вот он – жив. И ещё долго проживёт. Пусть слётки считают, что они его почти победили, обманули. Пусть гордятся тем, что он, якобы, купился на их примитивные уловки. О. нет…любитель – школьник может и переиграет гроссмейстера в одной партии, но выиграть весь матч- нет уж! А он гроссмейстер, он умеет жертвовать фигуры, уходить в тень, но при этом все играют в его игру, пусть даже и не понимают этого. Рано или поздно, так или иначе, но он возьмёт своё.
58
04.09.2017 21:15

Вороны с Чистых Прудов. Весенний блюз-12.

Богдан.
-Значит завтра, на Соколе,- Зигфрид потирает руки,- я ему устрою сюрпризик! Век меня не забудет!
Он хватает свои пакеты и отправляется в комнату.
-Это надолго,- вздыхает Клара. – А давайте я вам помогу посуду мыть?
-А давайте я вам помогать не буду? – предлагает в ответ мама,- а вы сами всё перемоете?
Пришлось соглашаться.
Даша.
Даша приоткрыла один глаз. В комнате плавали синие мартовские сумерки. Она осторожно подняла голову, Карл, не просыпаясь, прижал её к себе покрепче.
-Ой…- прошептала Даша,- мне же домой надо!
-Не надо, ты и так дома,- Карл тоже открыл глаза.- А пальто Кларка утащила.
Даша покраснела. Представила себе, что скажет мама, если дочь не придёт домой ночевать. А что скажет папа… об этом даже думать не хотелось.
-Ну, ты чего, - Карл сел, притянул девушку к себе и поцеловал в макушку, - что то не так?
-Мама и папа меня ждут,- жалобно сказала Даша,- а я без пальто!
-А ты им позвони,- Карл искренне не понимал, чего тут переживать,- скажи, что у меня ночуешь, да и всё! И что ты теперь тут живёшь.
-Ты что! – воскликнула Даша,- как это…
-Так это,- Карл дунул ей в волосы,- так и скажи, что всё, теперь у тебя есть я, и нечего им волноваться. А пальто Кларка вернёт, ты не переживай! Я ей позвоню сейчас.
-Нет, я так не могу,- девушка жалобно посмотрела на оборотня снизу вверх,- они же тебя не знают! И вот так сразу…
-А как не сразу? Постепенно? – Карл явно не понимал всей ужасности ситуации,- чего тянуть?
-Я лучше Полинке позвоню,- Даша потянулась и вытащила свой телефон из кармана валяющихся на полу джинсов,- она меня прикроет. А потом я тебя с папой и с мамой познакомлю. И Серёжка приедет как раз, он тебя помнит!
-Ну, как знаешь,- Карл говорил спокойно, но чувствовал себя немного обиженным. Он бы предпочёл, чтобы Даша осталась раз и навсегда.
-Не обижайся, ладно? – Даша отложила телефон, прижалась к спине Карла,- я так сразу не могу…но я обещаю, я тебя не брошу! Честно… никогда!
Оборотень развернулся и сгрёб девушку в объятия.
Богдан.
-Ой, я прямо не знаю, как домой идти,- Клара догрызает печенье,- они же там мирятся! Вдруг я мешать буду!
Она оглядывается кругом, прислушивается: в комнате Зигфрид чем-то шуршит и звенит. Мы, чтоб не мешать , сидим в кухне, потому, что мама легла полежать в другой комнате, сказав, что у неё от всех наших похождений голова болит.
-Интересно, что он делает? - я мотаю головой в сторону комнаты. Мне, и правда, интересно. Я пытался расспросить, но ворон только головой мотает и бурчит что-то под нос.
-Ага,- Клара потягивается,- мне тоже! Наверное, какие-нибудь часы. Может даже взрывающиеся!
-Бомбу? – предполагаю я,- да нет, нафиг!
-Ну, да,- соглашается Клара,- это просто. А Зигги по-простому не будет, он по хитрому!
У неё звонит телефон, Клара отвечает на звонок. Я слушаю.
-Я? У Дана! Чего? Чай пьём, и борщ ели, вкусный! А надо? Может утром, а? А вы это, миритесь? Уже? Ну… я утром, ладно? А я попрошу! А я хорошо попрошу… Нет, ну если нет, то приеду. Ага… пока!
-Помирились!- торжественно объявляет Клара повернувшись ко мне. – А пальто я и завтра могу отдать, пусть совсем помирятся. Дан, а можно я тоже у тебя переночую, а? А то они там…
Ну, да, ну да. Они там, а мы - тут. Клара, без тени сомненья бежит к маме- договариваться. Почему-то я уверен - договорится. Заглядываю в комнату – Зигфрид занял мой стол, сидит, шуршит бумагами, что-то бурчит себе под нос. Лучше, наверное, его сейчас не трогать, мало ли…
В итоге, конечно, Клара остаётся у нас, в маминой комнате. Зигфрид не сходит с места весь вечер, даже есть не идёт.
-Сюрприз, а сюрприз! – кричит мама,- есть иди! Заболел, что ли?
-Не, вы не переживайте,- успокаивает Клара,- он у нас немного маньяк, если ему часы в руки попали, не успокоится! Ну, или если мысль интересная пришла. Это же Зигги! Он так долго может, и даже без еды!
-Ну, ладно,- мама, похоже, сомневается, но не спорит,- нам же больше достанется.
Ночью я периодически просыпаюсь – Зигфрид ,по- прежнему, сидит за столом, что-то делает, напевает тихонько. Я прислушиваюсь:
«Если можешь, беги, рассекая круги, только чувствуй себя обречённой!
Стоит солнцу зайти, вот и я, стану вмиг фиолетово-чёрным…»
Я засыпаю, представляя себе огромную фиолетово-чёрную птицу…
Утро – диспозиция не изменилась. Зигфрид так и сидит, похоже, он вообще не ложился. Уже не поёт, молча, сосредоточенно ковыряется в какой-то непонятной штуковине.
-Ты чего, не спал? – осторожно спрашиваю я.
-Спать - для слабаков,- убеждённо заявляет ворон. На секунду отрывается от своей работы , поворачивается ко мне. Вид у него малость безумный, лицо осунулось, глаза красные…
-Только не спрашивай, что я делаю,- предупреждает он,- могу и в лоб заехать. Закончу – объясню.
-Хорошо,- я иду в ванную. Интересно, конечно, что он придумал, но в лоб получить как то неохота. Ничего, я подожду.
После завтрака ( снова без Зигфрида) Клара с сомненьем смотрит на голубое пальто.
-Прямо и не знаю,- задумчиво говорит она,- может мне ещё подождать…ну, чтоб они уже совсем-совсем помирились? А то мало ли, приеду – а момент неподходящий! Опять поругаются. И так полгода друг от друга бегали. А вот, всё равно сегодня встретиться договорились. Так я ей в метро пальто и отдам! Пусть куртку мою оденет и придёт!
Она хватает телефон и звонит Карлу. Потом вдруг ойкает, сбрасывает вызов.
-Карл же не знает, что ты колдун! И про метро не знает… может он Дашку не пустит туда ходить, тогда я прямо домой вечером и приду. Потому, что ты, Дан, нифига не колдун, я бы заметила!
Я смеюсь – и правда, колдун из меня…правильно, никакой!
Мама с кем – то громко разговаривает по телефону. Прислушиваюсь- это её шеф.
-Нет, не могу сегодня! И за премию не могу, и за двойной тариф! Извините, Антон Викторович… ну, если вам ТАК надо, можете сами приехать! Только до обеда, потом меня не будет.
Заходит в кухню, объясняет:
-Шефу срочно надо отчёт составить. Вот прямо горит, до завтра никак! Надо ему – пусть сюда едет, а я в контору не попрусь в выходной. Не девочка.
Шеф является через полчаса. Я чего-то представлял себе пузанчика в костюме, но приезжает совершенно нормальный мужик, уставшего вида, в джинсах и свитере. У него с собой какая-то папка, они с мамой закрываются в комнате. Мы с Кларой по –прежнему, на кухне. Ворона болтает без умолку, рассказывает про Карла и Дашу. История, конечно невесёлая, и я её уже от Зигфрида слышал, но всё равно не перебиваю.
-Всё,- в кухню, пошатываясь, входит Зигфрид,- я- гений! Я сделал!
-Что ты сделал, Зигги? – Клара аж подпрыгивает на стуле.
-Хрень! – торжественно объявляет Зигфрид,- запомните, дети- сегодня я, Зигфрид Улла Сильверкрафт сделал невъе…ную хрень! И она работает!
-А зачем нам хрень? – спрашиваю я.
-А я её подарю,- Зигфрид улыбается во все тридцать два зуба,- а она как сработает! Ух, как она сработает…
-Бомба? – мне что-то не по себе.
-Неа, лучше,- Зигфрид подходит к плите, запускает руку в кастрюлю и выуживает кусок мяса,- а главное- абсолютно законно!
Он вгрызается в мясо, урчит от удовольствия.
-Ну, ты и троглодит,- фыркает мама, ставит чайник,- оголодал? Разогрей, нечего из кастрюли таскать!
Зигфрид догрызает мясо, моет руки. Потом говорит:
-Елена Сергеевна, незачем вам никому в метро ходить! Я один схожу. Я хрень сделал, и хочу проверить, как она работает, на Старом и проверю. А вы не ходите.
-Что, теракт решил провести? – мама явно в таланты Зигфрида не верит.
-Неа,- ворон мотает головой,- всё будет тихо и спокойно. Даже если хрень криво сработает, посторонние не пострадают! Я отвечаю!
-Ну-ну,- мама наливает две чашки кофе и уносит в комнату.
Даша.
Карл говорит:
-Пойду, сигарет куплю. Не скучай, я мигом, тут недалеко.
-Ладно,- Даша улыбается, - так и быть, подожду…
За оборотнем захлопывается дверь. Даша сладко потягивается, потом встаёт во весь рост, говорит сама себе:
-Дарья Андреевна, сегодня, безусловно, самый лучший день в вашей жизни! А завтра будет ещё лучше!
Звонит телефон, Даша хватает его, не глядя тыкает в экран…
-Дашенька,- девушка холодеет, это голос старика. А она совсем о нём забыла! – вы помните, вы должны прийти сегодня…я вас жду…
В панике девушка мечется по квартире, как она могла всё забыть! Ведь чуть-чуть и случилось бы непоправимое…и Клары нет! Что же делать, что делать!
Она сдёргивает с вешалки кларину куртку, обувается, и, схватив сумку выбегает из квартиры, захлопнув за собой дверь.
72
01.09.2017 00:58

Вороны с Чистых Прудов. Весенний блюз-11.

Карл, Клара, Даша.
Русый парень в чёрной куртке шёл по улице, небрежно помахивая большим пакетом. Второй пакет, намного тяжелее для размахивания не годился. Карл щурился на солнышко, и представлял кастрюлю борща – это видение настроение поднимало на раз-два. Он остановился, пристроил пакеты на скамейку и закурил. Нужно было зайти за Кларой, борщ долго ждать не будет, особенно в одной квартире с Зигфридом. Карл затянулся в последний раз и метко запулил окурок в урну. Потом вытащил мобильник, подумал, снова сунул в карман и зашагал по направлению от метро «Тимирязевская» к гостинице «Молодёжная». Немного не доходя до гостиницы, свернул во дворы, туда, где они втроём снимали квартиру.
-Да нет, - Клара налила Даше вторую чашку чая и пододвинула вазочку с печеньем,- фигня это всё! Дан- страшный колдун!
Девочка расхохоталась, Богдан казался ей совершенно неподходящим кандидатом на роль колдуна- убийцы оборотней.
-Я серьёзно,- Даша чуть не плакала, - ты подумай, зачем бы он стал мне врать… И всё так складывается, всё как ему надо, этому вашему Дану! И телефон так вовремя потерял, и к голове той тебя привёл…
-Нет, это я его привела,- Клара макнула печеньку в чай, вытащила, откусила, потом опять макнула.
-Вот,- Даша отпила немного из чашки,- ты даже не поняла, что он вас использовал! Всех… Послушай, просто пойдём со мной завтра, хуже ведь не будет? А старик объяснит лучше, чем я.
-Куда пойдём? – с набитым ртом спросила Клара,- в Сверчков переулок?
-Лучше в метро,- вспомнила Даша наставления старика,- на Соколе например можем встретиться.
-Я подумаю,- Клара допила свой чай,- если это всё правда…
-Правда,- воскликнула Даша,- я ведь не вру!
-Я вижу.- Клара с хрустом разгрызла очередную печеньку, - я говорю, что если это всё правда, то я кому-то сама голову откручу!
Раздался звук отпираемого замка, Даша в панике вскочила, заметалась по кухне, кинулась в маленькую прихожую, схватила свой пуховик.
-Даша…- Карл выпустил из рук оба пакета. В одном что-то громко лязгнуло.
-Я…я ухожу, ухожу уже,- беспомощно забормотала девушка, но оборотень стоял между ней и дверью. Она попыталась обойти Карла, но запнулась о лежащий на полу пакет, уронила пуховик, Карл подхватил Дашу не давая упасть. Она вцепилась в его свитер, но тут же разжала руки.
-Я пойду,- тихо сказала она, опустив голову,- отпусти…
Карл только крепче прижал её к себе. Даша уткнулась в свитер носом, и поняла, что сейчас разревётся.
-Не уходи,- попросил Карл,- пожалуйста…
Даша не выдержала, обхватила его и расплакалась.
-Ура? – спросила Клара их дверей кухни.
-Ура,- подтвердил Карл, обнимая Дашу.
-Как же…- Даша наконец смогла членораздельно высказаться, - мне же идти надо…
-Неа,- Карл помотал головой,- не надо. Тебя отпускать страшно!
-Тебя тоже,- призналась Даша.
-А давайте я пойду? – предложила Клара,- куда идти?
-Вот эти два пакета надо отнести Зигги, он у Дана сейчас. Представь,- Карл обратился к Даше,- Зигги в своём репертуаре- явился к парню и заявил, что у него жить будет. Вот у пацана мать-то обрадовалась! Когда я пришёл, расцеловать меня была готова, чтоб я наше сокровище забрал, только Зигги как всегда, не повезло, он в ванной умывался, а лампочка взорвалась и он порезался. Теперь он себя раненым объявил, и фиг его оттуда выгонишь. Так это чучело ещё и напиться умудрился в зюзю накануне. Это ж сколько ему надо было выпить, чтоб до бесчувствия набраться, я даже представить боюсь.
Даша несмело рассмеялась. Вот сейчас ей было тепло и уютно, только в самой глубине скреблось и царапалось дурное предчувствие. Ничего, сказала она себе, я справлюсь! Я буду сильной, и с ним ничего плохого не случится!
-Даш,- Клара скорчила умильную мордашку,- а можно я твоё пальто надену?
Она подняла с пола ярко-голубой пуховичок и жалобно посмотрела на Дашу.
-Можно,- не раздумывая согласилась Даша,- надевай!
-Только не порви,- строго сказал Карл,- аккуратно!
-Ага,- Клара мигом напялила дашин пуховик, - я очень - преочень аккуратно буду!
-Иди уже, хватит перед зеркалом вертеться,- усмехнулся Карл,- и позвони, как доберёшься.
Клара фыркнула, подхватила зигфридовы пакеты и хлопнула дверью, оставив брата и Дашу наедине.
Богдан.
Зигфрид сидит на своём матрасе, обхватив руками колени.
-Дан, посмотри в окно, а?
Я смотрю - за окном начинается метель. Совсем недавно светило солнышко, а теперь небо заволакивают серые тучи, ветер гонит снежную крупу.
-Нет никого,- докладываю я.
-Блин, - Зигфрид стучит по колену кулаком,- что ж так долго-то!
-Да час всего прошёл.- успокаивает его мама,- иди, поешь, чего изводишься!
-Я Карлушу дождусь,- Зигфрид снова застывает недвижным изваянием.
-Борщ сварился,- кричит мама из кухни. – Есть будете?
Я смотрю на Зигфрида, он мотает головой.
-Мы попозже,- кричу я маме. Потом соображаю- Карл же за Кларой пошёл, вот и долго. Озвучиваю Зигфриду свою версию, ворон соглашается и заметно веселеет.
В дверь звонят, оборотень вскакивает и, позабыв о том, что он раненый, бежит открывать.
-Привет, Зигги! Привет, Дан! – за дверью обнаруживается Клара.
-Привет,- я, сам того не желая, улыбаюсь до ушей.
-Представляете, я Дашку в гости зазвала,- Клара снимает ярко-голубой пуховик,- а тут Карл! Ну, и всё! А я вот, - она суёт Зигфриду два пакета,- и специально её пальто одела, и скорее сюда! А они остались! Здорово я придумала? Без пальто -то куда она уйдёт!
-Красава,- ржёт Зигфрид,- интриганка! Как ты её только уговорила!
-Здравствуйте! – Клара здоровается с мамой.- я Клара. А Карл дома остался…он это, понимаете, с девушкой мирится.
-Здравствуй.- мама улыбается.- Мириться - дело хорошее. Мойте руки и обедать.
Клара с аппетитом наворачивает мамин борщ, при этом умудряясь не замолкать ни на минуту.
-Представляете, Дашка мне говорит, что Дан страшно-ужасный колдун! Ага, и ей это Старый сказал!
-Врёт,- авторитетно заявляет Зигфрид, - он врёт. А добавки можно? А то у вас тарелки какие-то маленькие.
-Лопай, пока я добрая,- смеётся мама, кладёт в зигфридову тарелку кость с ошмётками мяса, наливает суп. Подумав, добавляет ложку сметаны.
-Спасибо,- ворон аккуратно вылавливает кость и начинает грызть.
-А Дашка сказала,- продолжает Клара,- что скоро луна умрёт. И ты,- она тычет вменяя хлебной коркой,- ты нас всех того!
-Чего! – я возмущён,- вот зараза, придумает же!
-Да уж,- мама качает головой.- И что это за Старый…
-Так сосед ваш бывший.- сдаёт явки Зигфрид,- Филинов который. Готлиб Иоганн!
-Георгий Иванович, – машинально поправляет мама,- а он то тут с какого боку?
-Так мы его да раза того,- смущённо признаётся Зигфрид,- нае…ли, короче. Но он сам виноват!
-А он Дашке сказал.- не унимается Клара,- чтоб она со мной завтра с ним на Соколе встретилась! Чтобы он нам сказал, как ввас от тебя защитить! А то ты, Дан, страшный вампир!
-На Соколе, значит… - задумчиво говорит мама,- завтра, значит…а во сколько? Я бы с ним тоже повидалась!
-И я,- ухмыляется Зигфрид.- Подарочек ему хочу сделать! Как раз успею.
-И я,- я тоже хочу этому гаду в глаза посмотреть, чего это он меня колдуном объявил!
-Ой…- спохватывается вдруг Клара.- Я же Дашке обещала никому ничего не говорить…
-Трепло,- констатирует Зигфрид,- Клара Финна Гуллеборг!
И еле успевает увернуться от летящей в лоб ложки.
Карл. Даша.
Карл осторожно, чтобы не разбудить, перебирает волосы девушки. Её голова лежит на его плече, она дремлет.
-Не отпущу,- говорит он одними губами, - никуда.
Даша вздыхает во сне, устраивается поудобнее. Вдвоём, на узком диване не слишком комфортно, но им хорошо. Карл прикрывает глаза и тоже засыпает.
74
29.08.2017 00:09

Вороны с Чистых Прудов. Весенний блюз-10.

Даша.
Даша медленно шла по улице. Почему, ну почему у неё ничего не получается… После смерти деда всё пошло наперекосяк. Девушка упрямо шмыгнула носом, нахмурилась. Ей тяжело далась последняя встреча с Карлом, полгода прошло, а стоило его увидеть, и снова больно защемило в груди. Он просто стоял и смотрел на неё, потом подошёл, но она, как последняя трусиха, убежала прочь, а потом рыдала в подушку, мама даже «Скорую» хотела вызывать. Только, при чём тут «Скорая», если она сама, своими руками жизнь себе поломала? И мама, и Полинка всячески пытались её к кому нибудь пристроить, и парни вроде неплохие … но ни один из них Карлом не был. А Даша, наконец, поняла, что ей пытался объяснить Зигфрид, но слишком поздно.
И вот теперь, она снова все испортила. Хотела помочь, предупредить парнишку, чтоб не доверял им так бездумно, но, кажется, всё стало ещё хуже. Этот пацан вдруг посмотрел на неё как-то странно, точно она дура малолетняя, да ещё и сказал, что он не такой как она. Конечно, не такой, небось, сломя голову, в авантюры не кинулся! Даша повертела головой – никого. По газону бродила пара галок, что-то выискивали в тающем снегу.
-Дашенька, здравствуйте! – она вздрогнула, как от удара. К ней спешил тот самый старик, которому Зигфрид подсунул порножурнал. Тот самый, который открыл ей глаза на истинную сущность оборотней. Даша сунула руки в карманы, кивнула , пробурчала под нос «Здрассьте» и приготовилась бежать с низкого старта, но старик мгновенно оказался рядом и аккуратно подхватил девушку под локоток.
-Как ваши дела? – вкрадчиво поинтересовался он.
-Нормально,- разговаривать Даша не хотела. Мало ли…
-Бедная девочка,- грустно сказал старик,- они того не стоят, поверьте…совсем не стоят!
Даша всхлипнула, вытерла нос варежкой. Разговаривать со стариком не хотелось, вспоминался Карл, бледный, потерянный. Потом Зигфрид с Кларой, их нелепые попытки помириться…Девушка передёрнула плечами.
-Извините, мне пора! – она попыталась высвободить руку, но старик держал крепко.
-Простите меня, - он покачал головой,- я понимаю, вам нелегко, но прошу выслушать меня. Речь о наших общих знакомых.
-Что? – Даша вскинула голову.
-Понимаете, возможно, вам всё равно, но и Грауфогель и Сильверкрафт попали в крайне неприятную историю. Ничего хорошего их не ждёт, и, скорее всего всё закончится трагически…
-Что случилось,- теперь Даша вцепилась в старика,- что?
-Они разбудили такие силы, о которых не имеют ни малейшего понятия,- вздохнул старик,- с этим нельзя связываться никому из живых…вы ведь видели мальчика, верно?
-Ну, да,- Даша растерянно кивнула.
-Заметили, да? – старик внимательно всматривался в её лицо,- он не такой как другие. Осталось совсем немного, они погибнут, погибнут, чтобы дать силы ему.
-Нет! – воскликнула девушка,- нет, нет! Что я могу сделать?
-Вот что,- старик потянул Дашу к скамейке,- шанс ещё есть. Во-первых, свяжитесь с Кларой, она ещё может сопротивляться. Только, умоляю, не говорите ничего Карлу, и тем паче Зигфриду. Договоритесь с Кларой о встрече, но только лично. Только с глазу на глаз! Она обязательно придёт, и я постараюсь объяснить ей, как спасти братьев…
-Хорошо,- Даша стиснула руки, - я найду её. Обязательно найду!
-Поторопитесь, у нас немного времени,- печально произнёс старик,- осталась максимум неделя, скоро луна…
-Полнолуние? – спросила Даша.
-Нет,- старик удивлённо взглянул на девушку,- нет, напротив…новолуние. Луна умрёт, а без луны сила оборотней тает… они не смогут сопротивляться долго, он просто убьёт их… выпьет…
-Я не дам! – Даша почти кричала,- нет !
-Вы смелая девочка,- улыбнулся старик.- для начала найдите Клару. И скажите мне, где я смогу вас обеих увидеть. Вот моя визитка,- он протянул девушке квадратик плотного картона.
Даша спрятала визитку в сумку, кивнула старику и отправилась к станции метро.
Клара.
Клара облетала территорию. Карл ушёл на поиски Зигфрида, и, судя по всему, нашёл пропажу. Клара сделала ещё круг, опустилась на землю, огляделась, напилась из лужи. Ветер разогнал серые облака, ярко засияло солнце и в лужах отразилось небо, высокое, голубое, какое бывает только ранней весной. Клара радостно каркнула и вновь взмыла вверх.
Через полчаса девчонка-подросток в серой куртке, чёрной юбке, полосатых чулках и тяжёлых ботинках сидела на ограждении газона и уплетала мороженое. Мимо шли люди, кто-то кутался в шарф, не доверяя мартовскому солнышку, кто-то наоборот, расстегнув куртки и стащив шапки. Клара щурилась от яркого света, вертела головой. Внезапно она вскочила со своего места, отшвырнула смятую обёртку в сторону урны, и, спешно заглатывая недоеденное мороженое кинулась бежать по улице, догоняя девушку в ярко- голубом пуховике.
-Даша, Даш, погоди, - Клара схватила девушку за рукав, - не уходи!
-Клара,- Даша порывисто обернулась, обняла девочку,- я тебя ищу! Нам нужно поговорить, это очень важно…
-Пойдём к нам,- предложила Клара,- тут недалеко.
-Нет, я не могу,- Даша замотала головой,- не сейчас. Давай встретимся… завтра, в центре где-нибудь. В метро, например.
-А чего завтра-то? – Клара наклонила голову к плечу,- парней дома нет, не бойся. Зигги опять от Карла прячется, а Карл его ищет. Недавно звонил, что нашёл, теперь караулит. Пошли? Они не скоро явятся!
-А где они сейчас? – осторожно спросила Даша.
-У одного знакомого,- засмеялась Клара,- пошли, я тебе сейчас такое расскажу, ты не представляешь! Ой, что у нас было! А ведь это я его нашла…
Даша оглянулась и зашагала следом за девочкой. В конце концов, она вполне может выслушать Клару, а потом позвонить старику-филину и договориться прийти вместе с Кларой на ту станцию метро, куда он скажет. Девушка улыбнулась, да, так будет правильно. Она не позволит парням погибнуть из-за какого-то мальчишки-колдуна, пусть даже потом они с Карлом никогда вместе не будут. Зато он будет жить… он поймёт, обязательно поймёт!
Богдан.
Карл громко прихлёбывает чай. Зигфрид сидит, смотрит в какую-то ему одному известную точку на клеёнке, потом начинает обводить узор пальцем.
-Зигги, ты чего? – интересуется Карл,- сидишь, как пыльным мешком из-за угла прибитый?
-Отстань,- Зигфрид морщится,- у меня депрессия. Этот гад даже не рассматривал возможность меня усыновить! Чем я ему плох, скажи?
-Тебе что, правда, такой папаша нужен? – я удивлён до глубины души.
-Ну, не то чтоб нужен,- Зигфрид задумчиво глядит в окно,- просто…
-Поверь мне, сюрприз,- говорит мама,- такое говно никому особо не нужно. Это как синичка в руке - в палец клюнет, в ладошку нагадит и улетит. Не грусти!
-Чего- то у меня предчувствия нехорошие,- не унимается Зигфрид,- а я вообще-то ворон, птица не простая, а вещая. Карлуша, а ты можешь доброе дело сделать?
-Какое ещё дело? – подозрительным тоном спрашивает Карл,- чего ты придумал?
-В одном хорошем месте,- мечтательно сообщает Зигфрид,- вернее даже не в одном, лежат чертежи и инструменты. Они мне очень сильно нужны. Вот ты даже не представляешь, как сильно! Принеси, а? Я сам туда не полезу, потому, что раненый, а тебе - полчаса лёту, максимум.
-Что ещё за чертежи? – мама явно озадачена.
-Мои, собственные, мне мой учитель подарил,- хвастает Зигфрид,- больших денег стоят. Но я их фиг продам, самому нужны. Ну, и память, опять же…
-О как,- по маминому голосу трудно понять, нравится ей это или нет,- и чему же ты учился у нас?
-Не у вас, - педантично уточняет Зигфрид, а у учителя моего. Часовых дел мастер он был, вот. Лучший по всей Москве! Жалко, умер в прошлом году…Логинов. Иннокентий Иванович, слышали?
-Нет,- мама качает головой,- я как-то в этой сфере не вращаюсь. Часы такие, которые хорошие мастера чинят, я не ношу… а ты, значит, часы чинить умеешь?
- Умею…и чинить, и новые делать. Я всё умею, - Зигфрид поднимает голову,- учитель меня очень хвалил. Я талантливый!
-Верю, верю,- мама улыбается,- по тебе сразу видно, все таланты налицо.
-Не верите,- печально вздыхает Зигфрид,- ну, ладно. Я привык, мне мало кто верит. Зато потом сами меня ищут. Денежки, знаете ли, не на дереве растут.
Я вспомнил, как Зигфрид с Карлом рассказывали про «найденные» кошельки, но благоразумно молчу. Карл явно поняв ход моих мыслей подмигивает, я улыбаюсь в ответ.
-Ладно, уговорил,- Карл встаёт,- давай, свети нычки. Небось, по всей Москве распихал.
-Ну не по всей,- Зигфрид медленно встаёт и, ненатурально хромая, уходит в комнату. Карл за ним.
-Охохо,- мама вытаскивает большую кастрюлю, - нахлебников всё больше и больше… ладно, хоть, холодильник нам твой сюрприз забил, не объедят. Борщ, что ли, сварить…
-Свари, свари,- я качаюсь на табуретке. Идти в комнату неохота, пусть оборотни без меня секретничают, мне их заморочки без надобности. Опять же, чую, скоро те чертежи и так увижу. Ага, прямо у себя дома.
-Я ушёл,- громко объявляет Карл,- если что, не звоните, не отвечу. Как закончу, сам позвоню.
-Иди, иди,- мама ставит кастрюлю на плиту,- как раз борщ сварится.
-А если я Клару позову, никто против не будет? – интересуется Карл, стоя на пороге,- а то она давно борща не ела…
-Зови,- обречённо говорит мама,- я уж поняла, что вы где один, там и вся стая…
69
21.08.2017 19:00

Вороны с Чистых Прудов. Весенний блюз-9.

После еды мама внимательно рассматривает оборотней. Я так подозреваю, что с целью заставить мыть посуду, поэтому по-тихому пытаюсь свалить с кухни.
-Дааань! – свалить не удалось.
-Чего?
-Посуду вымой, твои гости-то!
-А я раненый,- радостно информирует Зигфрид, - я не могу!
-Жрать тебе это не мешало,- фыркает Карл и собирает со стола тарелки.
Я включаю воду, Карл берёт полотенце.
Кто-то звонит в дверь.
-Раненый, поди, открой,- командует Карл,- чтоб тебя сразу испугались и свалили!
Мама смеётся, поддакивает:
-Иди, сюрприз, открывай! Я больше гостей не жду.
Зигфрид, громко охая, тащится к двери, открывает.
-Кого надо? – тон у него весьма недружелюбный. Мы с Карлом подсматриваем с кухни, за дверью какой-то незнакомый мужик. Он нас не видит, а мы его очень даже видим. Мужик скорбно взирает на Зигфрида снизу вверх, очевидно зрелище двухметрового парня, покрытого татуировками, и с перевязанными ладонями и ступнями повергает его в ступор. Зигфрид осторожно тыкает в мужика пальцем, тот словно оживает и торжественно говорит:
-Здравствуй, сынок! Какой же ты вырос…
Карл давится от смеха, зажав рот. Меня тоже распирает, аж слёзы на глазах.
-Э… - Зигфрид явно озадачен,- а вы того… уверены? Ну, что отец мой? Или вы это…ну… фигурально?
Карл сползает по стеночке. Одними губами произносит: «Люк, я твой отец!». Это удар ниже пояса, у меня уже сил нет держаться. Мужик укоризненно смотрит на ворона, тяжко вздыхает.
-Нет, сынок, я, правда, отец твой.
-Так он же помер! – недоумевает Зигфрид,- давно уже!
-Вот как… - мужик шмыгает носом,- значит мать тебе так сказала… позови её, сынок!
-Кого? – Зигфрид явно не врубается, странный мужик какой-то,- она ж померла!
-Мать твоя умерла? – трагически вопрошает мужик,- когда?
-Так давно,- Зигфрид хлопает глазами,- я вообще круглый сирота! Сначала мать померла, потом отец помер… В общем все померли, один я остался. Наверное, тоже помру скоро, кругом только злыдни всякие. Ага, все сироту обидеть норовят!
Я тихо хрюкаю, ворону только в театре играть. Амплуа- униженные и оскорблённые.
-Бедный мальчик,- мужик обнимает Зигфрида,- ничего, я твой родной отец, теперь у тебя всё хорошо будет!
-Зигги,- не выдерживает Карл, - ты чего это тут с каким-то левым дядькой обнимаешься? Твоя личная жизнь, конечно, но тебя ж так с квартиры погонят, чесслово!
Мужик отскакивает от Зигфрида и смотрит на Карла.
-Карлуша,- строго говорит Зигфрид,- не мешай! Ты что, не видишь, дяденька говорит, что он таки мой родной папа! Хотя мне что-то как-то слабо верится…не похож ни разу, я своих родителей помню. И таки все говорили, что я точный портрет Райнхардта Сильверкрафта!
-Э…-мужик недоуменно разглядывает оборотней,- а кто этот… райн…
-Так отец мой покойный.- Зигфрид пытается почесать в затылке, но опускает руку.- Сильверкрафты мы, папаша покойный значит, Райнхардт Август был, а я Зигфрид Улла. А что?
Мужик с надеждой смотрит на Карла. Осторожно спрашивает:
-А ты…
Явно Карл в роли сына нравится ему больше, чем Зигфрид. Но Карл в сыновья к нему совершенно не стремится.
-Карл Ульрих Грауфогель, брат этого дебила,- он тычет Зигфрида в бок, поясняет, -двоюродный.
-Сам ты дебил, Карлуша, – обижается Зигфрид, и апеллирует к мужику,- вот видите, никто меня не любит! А может, вы меня усыновите, а?
Я решаю вмешаться, пока мужика прямо у нашей двери удар не хватил.
-А вам кого вообще надо-то, а?
По-моему, мужику совсем поплохело, он смотрит на меня с каким-то ужасом, открывает рот, как рыба в аквариуме, не в силах ни звука издать.
-Зигги, ты урод,- Карл снова тычет Зигфрида в бок кулаком,- чего ты напрашиваешься? Человека так удар может хватить! Дан, а ты тоже хорош, водички поди налей, что ли! Мы на него побрызгаем, авось очухается.
-Хватит в меня тыкать, синяк будет,- Зигфрид отодвигается от Карла,- нечего завидовать! Человек ко мне со всей душой, а ты!
Я несу воду, мужик всё ещё пребывает в ступоре, и я его отчасти понимаю. Ссорящиеся оборотни то ещё зрелище, я-то как-то привык уже, а в первый раз оно впечатляет.
Карл отбирает у меня воду и брызгает на мужика. Тот начинает отряхиваться, мотает головой.
-Я ж говорю, очухается,- удовлетворённо констатирует Карл,- значит, вы сына ищете? А почему здесь? Нас тут много, в принципе мы все подходим, отцов у нас не наблюдается ни у кого, верно?
-Точно, - поддерживает Зигфрид,- а кое у кого и матерей тоже! Так что, Дан, ты в очереди последний, ты не круглый сирота! А у тебя, Карлуша, сестра имеется, так что я тут самый несчастный и жизнью обиженный!
Мужик вдруг поворачивается и смотрит в коридор, вид у него такой, точно привидение увидел. Я тоже смотрю туда, там стоит мама, охает , вытирает глаза, и, наконец, смеётся в голос.
-Ох…вот спектакль устроили…- сквозь смех выдавливает она,- господи… Влад, смотри, какой тебе выбор широкий, бери любого! Ой, не могу… папаша… родненький… объявился!
Что? Это вот мой отец, что ли? Мам, где твои глаза вообще были, а? Я верчу головой, не, я на такое не подписывался!
-Ле…на… - выдавливает из себя мужик, - Лена… я виноват, Лена! Я понял, всё понял!
Ага, понял он, всего-то шестнадцать лет прошло, и понял. Во тормоз! Не, мне такого счастья и даром не надо.
-Чего понял-то? – ехидно интересуется мама,- я ж тебе говорю, вон, три штуки стоят. Любого выбирай! Ты ж даже не знаешь, как твой выглядит, с квартирантом спутал!
Мужик , наконец, определяется и трогает меня за руку. Я руку убираю, мало ли!
-Лена, это же наш сын? – нерешительно говорит он.
-А какая разница? – не сдаётся мама,- этот, не этот, все хорошие! Он тебе столько лет нафиг был не нужен, чего теперь – то явился? Наверное, родительский долг отдать? Алименты за всю жизнь заплатить? Давай, я сейчас подсчитаю…сколько там у нас прожиточный минимум сейчас? Дан, тебе отец нужен, или как?
-А зачем? – осторожно интересуюсь я, - я как то привык уже, не то чтоб совсем не надо, но…
-Ну, опоздал ты, Владик,- констатирует мама,- лет так на тринадцать. Тогда Даньке отец очень нужен был, а сейчас, сам видишь – привык. Так что посмотрел, и вали. Могу номер счёта тебе сказать, куда деньги переводить.
-Нет в жизни счастья,- печалится Зигфрид,- облом нам, Карлуша. Так сиротами и помрём.
-Стоп,- Карл вдруг становится очень серьёзным,- стоп! Елена Сергеевна, я так понимаю, отец Дана раньше никакой активности не проявлял? А теперь лично пришёл? А почему?
-Я не знал, - признаётся мужик, - я же денег дал на аборт…
-Могу вернуть,- предлагает мама, - не критично. И вообще, шли бы вы…Владимир Юрьевич. По месту прописки, к жене и детишкам. Помнится, кто-то Лене- дурочке популярно объяснял, что семья ему дороже всего, а я – так, перепихнуться.
Оп-па…а вот теперь мне как то нехорошо стало. Я у мамы такого голоса ещё не слышал, и как-то не хочу. Кажется, я понимаю, почему её на работе «железной леди» называют. Мужик, кажется, тоже понял, что ему не светит ничего хорошего, но не сдаётся.
-Лена, я понимаю, что виноват перед вами, очень виноват… но может ещё не поздно…
-Поздно,- рубит мама,- иди отсюда, пока я добрая. А то я много чего могу вспомнить, например, про фирму «Салют» и иже с ними.
-А всё таки, - не унимается Карл,- уважаемый, с чего это вас так на родительские чувства прорвало?
-А вы кто такие? – подозрительно вопрошает мужик, Карл с Зигфридом ему уже явно не нравятся.
-Живу я тут,- информирует Зигфрид,- угол снимаю.
-А я в гости пришёл, к друзьям,- Карл улыбается, но как-то криво.
-Так как, дорогой, чего вдруг решил осчастливить-то? – мама стоит, прислонясь к косяку. Руки сложила, прямо статуя.
-Может, хоть в квартиру пустишь,- мужик смотрит на неё жалобно,- чего на пороге-то…
-А ничего, постоишь,- не сдаётся мама, - ты меня тоже дальше порога не пустил. Давай, излагай.
-Я соседа твоего встретил, бывшего,- признаётся мужик, - он мне и сказал, что сын у меня растёт, очень, говорит, на меня похож…
-Не похож,- заявляю я, - наврал тот сосед.
-Всё? – мама поворачивается к оборотням, - или ещё вопросы будут? Дань?
Я мотаю головой. Нафиг, нафиг, нарисовался тут хрен с горы. Жили без него и ещё сто лет проживём.
-Да вроде пока нет, - Карл явно думает какую-то мысль.
-А если что, мы вас, уважаемый, сами найдём,- успокаивает мужика Зигфрид,- не переживайте. Ну денег подкинуть можете, мы не против!
-До не свидания! – мама с маху захлопывает дверь, аж штукатурка валится. – Как я давно об этом мечтала,- сообщает она нам со счастливой улыбкой,- прямо камень с души!
- Круто, мам,- я , кажется, её понимаю,- здорово ты!
-А то,- мама приосанивается,- я ещё и не так могу!
-А что за фирма «Салют»? – спрашивает Карл, - не то чтобы, просто интересно.
-Да это дела давно прошедшие, - вздыхает мама,- мы с Владиком в одной конторе работали, и эту фирму вели. Я-то дура, влюбилась в него по уши, он мне всё пел, что с женой не живёт, только ради детей, а потом меня подставил по-крупному, а я ещё и беременная…пришла к нему, он меня на порог не пустил, денег сунул, мол, дальше- твои проблемы. У меня, говорит, семья, жена и дети, а интрижки на работе я не считаю. Меня тогда чудом не посадили, еле расплатились мы с мамой. А он денежки вывел с той фирмы, и жил припеваючи. Вот и всё, а я , значит, Лена- дурочка… а я всё равно в выигрыше!
-В смысле? – не понимаю я.
-Да слышала я про него краем уха,- мама тихо, зло смеётся,- жена его всё на себя переписала, его пинком под зад, а сама молодого завела. Вот он и хватился, кобель. Нафиг, нафиг! Я потом поняла, что к лучшему, зато у меня сын хороший, а у него хрен с маслом! И дети у него с ним знаться не хотят, припомнили папаше всё хорошее.
-Это бумеранг прилетел.- авторитетно заявляет Зигфрид,- так бывает! Только вот я думаю, зачем тот сосед его сюда подослал?
-Вот и я не понимаю, зачем,- Карл садится верхом на стул,- надо подумать…
94
09.08.2017 01:20

Вороны с Чистых Прудов. Весенний блюз-8. Ретроспектива. Коммуналка на Знаменке.

Леночка придирчиво оглядела себя в зеркало. Результат её порадовал, сейчас она казалась себе очень взрослой и привлекательной. Длинный свитер, лосины, высокие сапожки, взбитая чёлка и яркий неумелый макияж добавляли ей неотразимости в собственных глазах. Девочка вывернула шею, рассматривая себя со всех сторон. Сегодня её впервые пригласили на свидание, и ей хотелось, чтобы этот день был особенным. Она подхватила сумочку и выскользнула в коридор коммунальной квартиры.
В коридоре было пусто, будний день, большинство жильцов на работе, только одна дверь приоткрыта, Леночка знала, что там живёт лежачая старуха. К ней несколько раз в день прибегала дочь, ухаживала, кормила, а потом жаловалась на кухне: «Никакой жизни, третий год лежит, ни туда, ни сюда! И себя и меня измучила…» Леночка и женщине и старухе сочувствовала, но как то отстранённо.
-Девочка…- раздалось из приоткрытой двери,- девочка, подойди…
Леночка оглянулась – в коридоре никого. Вдохнув поглубже открыла дверь пошире, и нерешительно вошла в комнату.
В комнате стоял тяжёлый запах лекарств, болезни и ещё чего-то, страшного. Леночка попятилась назад, в коридор, но с кровати вновь раздался слабый голос:
-Не бойся, иди сюда… тебе отдам… не им… подойди, детка…
Девочка осторожно подошла к кровати. Она уговаривала себя, что бояться вообще-то нечего, бабка лежачая, в случае чего удрать всегда можно. Перед ней, на кровати лежала маленькая иссохшая старушка. На сморщенном, тёмном личике, казалось, жили только глаза, сквозь редкий белый пух просвечивал череп.
-Бабушка, вам попить дать? – нерешительно поинтересовалась Леночка.
-Ближе иди,- прошелестела старуха,- сейчас…не пускают меня, отдать надо.
-Что отдать? – Леночка подошла вплотную, в голове метались суматошные мысли: « А вдруг? Вдруг старуха какая- нибудь графиня, вдруг она мне свою драгоценность отдаст? Можно продать и купить…»что купить, Леночка придумать не успела, старуха стиснула её руку с неожиданной силой.
-Берёшь? – живые глаза на древнем лице смотрели требовательно, жадно,- ну, скажи, берёшь?
-Б-б-б-б…беру…-пробормотала Леночка, не в силах освободиться от мёртвой хватки.
-Умница,- морщины на лице собрались в подобие жуткой улыбки,- сама не снесёшь, дитю отдашь своему…сам возьмёт…держи вот…
В руку девочки ткнулся какой-то непонятный предмет, больно уколол ладонь, старуха сжала девичью ладошку так, что Леночка вскрикнула. Вдруг старушечья рука разжалась, упала с костяным стуком, старуха захрипела, выгнулась дугой, и осела на кровать. Каким-то шестым чувством девочка поняла , что старуха мертва, окончательно и бесповоротно. Леночка попятилась к двери, но ноги почему-то отказались её держать, в глазах потемнело, девочка упала на колени рядом с покойницей. Внезапно она почувствовала, что её точно жжёт изнутри, из глаз хлынули слёзы, левая рука разрывалась от боли. Девочка попыталась разжать кулак, но ничего не выходило, подвывая от страха и боли, она поползла прочь из страшной комнаты.
В коридоре Леночка с трудом встала на ноги. Из стиснутого кулака свисала какая-то цепочка и капала кровь. Как в тумане девочка разжала руку – на ладони лежал окровавленный кулон в форме птичьего черепа. Она шмыгнула носом, звук отпираемого замка показался громом. Не совсем понимая, что она делает, девочка сунула подвеску за отставшие обои около телефона и метнулась в свою комнату раньше, чем вошедший в квартиру успел её заметить.
В комнате девочка забилась под одеяло, и свернулась клубочком, прижимая к груди пораненную руку. Боль немного отступила, но руку периодически дёргало, и Леночка тихонько плакала. В коридоре зазвенел телефон, раздались тяжёлые шаги, потом постучали в дверь:
-Лена, если ты дома, подойди!
Леночка застыла, это был мужчина живущий в крайней комнате, кажется Филинов. Почему-то в свои тринадцать лет Леночка боялась его до желудочных спазмов, хотя почему- сказать не могла. Сосед ещё постучал, не услышал отклика, ушёл. Хлопнула дверь, Леночка, наконец, выдохнула, всё то время, пока сосед стоял за дверью, она боялась дышать. До прихода матери девочка не вылезала из-под одеяла.
Выслушав дочь, мать только покачала головой, потом вышла в коридор, заглянула в комнату старухи. Леночка услышала, как мать вскрикнула, застучала в соседние двери. Началась суматоха, кто-то отыскал телефон старухиной дочери, кто-то вызвал «Скорую»…Девочка сидела в комнате как мышка, позволив себе только выскользнуть в туалет. У телефона всё время кто-то был, и вытащить из-за обоев спрятанную подвеску девочка не могла. Наконец, труп увезли, дочь старухи, сидя в кухне громко сказала: «Слава богу, отмучилась маманя…» Взрослые сидели там же, и Леночка решила забрать свой трофей.
Она осторожно прокралась к телефону, огляделась – никого, из кухни доносились приглушённые голоса. Девочка провела рукой за обоями и похолодела – пусто! Она отогнула отстающий кусок - ничего. Кто-то вышел из кухни, и Леночка быстро сняла трубку, лихорадочно вспоминая хоть один номер, набрала номер подруги.
-Привет, это я…
-Ленка, ты чего! Сама тарахтела, что хочешь с Максом познакомиться, и не пришла! - возмущённо завопила подруга,- а я из-за тебя тоже не пошла никуда!
-Прости, Юль,- Леночка шмыгнула носом, - у нас соседка померла, я никак…
-Ладно,- Юлька вздохнула,- завтра расскажешь, коза!
Леночка повесила трубку. На душе стало как-то поспокойнее, точно вместе с пропавшей подвеской с неё сняли какой-то груз.
-Какая хорошая девочка,- сосед стоял, прислонясь к косяку, и внимательно следил за Леночкой,- зачем девочка берёт чужие вещи?
-Я…я ничего не брала,- забормотала Леночка,- она сама мне дала…а кто-то взял…
-Нехорошо врать,- строго сказал мужчина,- я своё всегда найду.
Он навис над перепуганной Леночкой, поднял её голову за подбородок.
-Слабая, - заключил он,- впрочем…убивать тебя сейчас - бессмысленно. Я подожду.
Отпустил девочку и, неслышно ступая, ушёл в свою комнату. Леночка села на пол в коридоре, уткнулась в колени и горько зарыдала.
Комнату бабки купил какой-то новый русский. Дом в шаговой доступности от Кремля он счёл достаточно престижным и позаботился избавиться от остальных обитателей коммуналки как можно скорее.
Богдан.
-Вот и всё, - грустно улыбается мама,- только шрам остался…
Разжимает левую ладонь - посередине красуется светлый треугольник шрама.
Оборотни, как ни странно, сидят молча. Я как-то даже немного испугался, не похоже это на них.
-Мам, так та бабка тебе голову дала, что ли? – спрашиваю я, хотя и так всё ясно. Просто хочется нарушить это молчание.
-Наверно,- мама пожимает плечами,- я ведь и не разглядела толком. А кто-то спёр…
-Старый,- мрачно сообщает Зигфрид,- хвост даю на отсечение, он!
-Береги хвост,- хмыкает Карл, -без хвоста летать не сможешь. Что Старый -это понятно, он спёр, потом у него спёрли…таскали эту башку все, кому не лень.
-Ну, так, вещь -то хорошая, чего не спереть то! – Зигфрид берёт маму за руку и рассматривает шрам, - нужная вещь… только если крови попробует, уже не совсем нужная.
-А Кларка, значит, разглядела,- Карл снова впадает в задумчивость,- вот скажи, Зигги, почему мелкая увидела, а мы- нет?
-Как это нет? Ты же Дану голову надел! – недоумевает ворон.
-Так я по приколу,- поясняет Карл, - просто…ну, спрятал, типа.
-Прикололося,- теперь Зигфрид смотрит на меня,- чего-то не нравится мне всё это. И чем дальше, тем больше. А муж объелся груш…
-А кто-то по башке получит, чтоб не болтал,- мама встаёт,- есть будете?
Оборотни дружно соглашаются. Вопрос с объевшимся остаётся открытым.
86
05.08.2017 01:37

Вороны с Чистых Прудов. Весенний блюз-7.

В ванной громко шумит стиральная машинка, отжимает. Мама говорит Зигфриду:
-А я шмотки твои в стирку кинула, переодеться-то есть во что?
Ворон радостно мотает головой.
-Неа… у меня джинсы одни, а без штанов я не поеду! Там холодно! А ещё мне сапоги на бинты не налезут!
Я понимаю, что терпеть нам Зигфрида ещё долго придётся, пока он сам не решит, что в состоянии нас покинуть. Мама, кажется, от такой перспективы не в восторге, на лице у неё прямо крупными буквами это написано.
-Лена - дурочка,- говорю я одними губами. Она незаметно показывает мне кулак, и, кусая губы, чтобы не рассмеяться в голос выходит из комнаты.
-Чего делать будем? – спрашивает Карл,- Дан, твоя мать меня не прибьёт, если я с ней поговорить попытаюсь?
-Дан,- вдруг говорит Зигфрид,- спроси мать, коммуналка на Знаменке была, да? Домик такой, старый, двухэтажный, верно?
-Какая ещё коммуналка,- не понимает Карл,- чего это тебе в больной мозг тюкнуло? Дан, Зигги головой не стукался?
-Прекрати эти инсинуации, Карлуша,- морщится Зигфрид,- ты просто не в курсе. Сейчас я тебе ситуацию в двух словах обрисую : предки нашего друга Дана жили в коммуналке, в центре, прямо под кремлёвской стеной. А потом рраз- и съехали, причём спешно-спешно, а почему- не сказали. Но, по факту, потом очень сожалели, что схватились за первый попавшийся вариант. А Старый их соседом по той самой коммуналке был…улавливаешь?
-Интересненько, интересненько…- Карл усаживается поудобнее,- значит Знаменка…или таки нет? Дан, уточни.
-Я не в курсе,- признаюсь я,- надо мать спрашивать.
-Я там адресок один записал,- сообщат Зигфрид,- глянь, в кармане бумажка была, вместе с паспортом. Тот?
-Там прочитать ничего нельзя,- я вытаскиваю бумажку,- написано как курица лапой.
-Сам ты курица,- фыркает Зигфрид,- всё понятно я написал! Вот…улица Знаменка, дом…ну, подумаешь, расплылось малость, или нет…ты мать-то спроси!
-Да уж…-Карл вертит в руках бумажный огрызок,- лапой явно написано. Вороньей.
-Вороновой,- поправляет Зигфрид,- ворона – это ты, а я- ворон.
-А зачем лапой-то писать? Рук, что ли нету,- ворчит Карл, - не разбери поймёшь! И чего это от тебя перегаром несёт? Набрался вчера, что ли, пятницу отмечал?
-Ничего я не отмечал,- возмущённо говорит Зигфрид, садится на матрасе и делает обиженное лицо,- я сведения добывал! Вот эти вот!
Он тычет забинтованным пальцем в бумажку, бумажка рвётся.
-Надобывал, - ухмыляется Карл,- тоже мне шпион! Врешь ты всё, Зигги, небось, приятелей своих встретил, Гвоздя и ещё кого- нибудь, крыс по помойкам ловили, пили всё, что горит…
-Инсинуации свои оставь при себе,- дуется Зигфрид,- мои друзья люди приличные и почти интеллигентные! И выпил я немного, меня ограбили вообще-то! Отравили! А ты, вместо сочувствия, начинаешь строить беспочвенные предположения, попрекать меня моим тяжёлым беспризорным сиротским детством!
-Сирота казанская,- резюмирует мама, она снова стоит в дверях комнаты,- и что это ты там добыл?
Зигфрид мигом затыкается и только глазами хлопает. Мамино явление почему-то ввергает ворона в ступор. Я интересуюсь:
-А куда ты ночью опоздать боялся? Постоянно вопил, что опоздали или опоздаем…
Зигфрид со стоном хватается за голову, Карл внезапно бледнеет, как смерть и смотрит на меня с каким-то непонятным страхом.
-Ну, и что всё это значит? – строгим голосом спрашивает мама.
Всё, попали…теперь не отвертятся. И я тоже…
-Чего молчим, а? – мама не отступает,- что натворил, Данька?
-Я ничего! – чего это сразу Данька, будто тут больше нет никого… вон, целых два оборотня! Так нет, сразу Данька!
-Елена Сергеевна,- вдруг поднимает голову Зигфрид,- а почему вы со Знаменки съехали?
-Чего? – мама смотрит на него так, как смотрела бы на говорящую кошку…или птицу, – какая Знаменка?
-Вы же на Знаменке раньше жили да? – не отступает Зигфрид,- ну, давно, в коммуналке! А потом съехали сюда. И жалели!
-Ну, да,- мама, кажется, полностью уверена, что тут психи собрались,- жили. И съехали, а что? Это же когда ещё было-то! Больше двадцати лет прошло.
-А почему съехали? – подключается Карл,- вы же помните, только никому не рассказываете! Обещали молчать, да? Или…или за вас обещали?
-Да что вы пристали с этой Знаменкой! - возмущается мама, а я понимаю, что Карл угадал. И мне становится страшно.
-Мам, тут столько всего уже было,- вздыхаю я,- что тайной больше, тайной меньше… рассказывай уже!
-Боюсь, что слишком долго…поздно … - глухо говорит Зигфрид,- если началось! Нельзя было молчать!
-Да что вы меня пугаете,- мама садится рядом со мной,- и так пуганая! Навязались на мою голову, будто мне своих проблем мало! Подумаешь, квартиру сменили, там одна комната была, а тут квартира! Ну и что, что район вокзальный, а там центр… время такое было! Или берёшь, что дают, или так возьмут, и хорошо, если живым бомжом останешься, а не прикопают где в лесочке! За нас заступаться некому было, мать - вдова, и я - школьница, ни родни, ни друзей крутых. Нам прямо сказали, что если жить хотим- то и рыпаться нечего.
-А теперь, если можно, правду,- Карл смотрит на маму строго и немного грустно,- это же внешняя сторона, а на самом деле что было?
-И откуда ты только взялся, такой умный, - мама, кажется, смущается, - мне-то мать моя сказала, что если когда проболтаюсь – убьёт сама, чтоб не мучилась. А то умирать долго придётся, и больно, а она меня любя - раз и нету…
-Мам, ты серьёзно? – чего – то я не догоняю, бабушку я помню не слишком хорошо, но на монстра, способного убить собственную дочь она как то не тянула. Вроде бы…
-Куда уж серьёзнее,- мама встаёт, оглядывается. Карл вдруг вскакивает, бежит к входной двери, распахивает её, потом снова захлопывает.
-Никого нет,- докладывает он.
-Точно никого? – сомневается Зигфрид,- а в окошко глянуть?
Карл смотрит в окно, точно невидимый шпион затаился , прилипнув к стене.
-Вентиляция,- приходит в голову ворону очередная блестящая идея.
-Параноики,- заключает мама.
-Нам положено,- ухмыляется Карл,- мы же враны.
-Так Данька что, не наврал про оборотней? – подозрительно интересуется мама.
-Не врал я!
-Я могу, в принципе, доказать…- нерешительно говорит Карл,- только вы отвернитесь, что ли… не люблю когда смотрят.
-Я тоже могу,- встревает Зигфрид,- только я потом ещё дольше болеть буду потому, что меня в Иванове одна сволочь кирпичом по башке …
-Не надо, я верю,- машет руками мама,- но рассказывать всё равно не буду. Не моя тайна, просто случайно оказались мы не в том месте и не в то время. Хорошо, хоть вообще, живы остались.
-А придётся,- Карл стоит перед мамой и смотрит на неё внимательно,- иначе Богдану плохо будет…за ним и так уже охота. А так - хоть точно знать будем, опоздали мы или ещё шанс есть.
-Куда опоздали-то, - так, не нравится мне всё это,- вы вообще внятно говорить можете, а?
-Ты, Дан, нас пойми и прости,- Зигфрид трогает меня забинтованной рукой,- мы параноики недоверчивые. Природа такая, никуда не попрёшь. Я – то с самого начала против был, хотел сам тебе рассказать, а потом голову увидел…
-Нифига и не потом,- перебивает его Карл,- голову ты сначала увидел и за каким- то мпх решил отжать! Хотя тебе она на хрен не сдалась.
-Ну… я могу и ошибаться в хронометраже…- Зигфрид поднимает глаза к потолку,- но голову я чётко видел. У меня того, помутнение рассудка случилось! А потом прояснение наступило!
-Ага, прояснение,- ворчит Карл,- а потом свалили с Кларкой, бросили меня с филином, гады - немцы!
-Ну, ты ж у нас мозг,- Зигфрид явно себя виноватым не чувствует,- а мы так, мимо проходили!
-Да объясните вы уже внятно,- мама начинает злиться, - Данька то тут при чём! Его тогда и в проекте не было!
-Ну, вы-то были,- пожимает плечами Карл,- вот вас и шарахнуло! А раз быстро съехали, то никто и не заметил…а вот кстати, а муж ваш где?
-Наш муж объелся груш,- мама оглядывается, и по её лицу видно, что ничего хорошего Карлу не светит. Зигфрид мигом суёт маме полупустую сигаретную пачку, она удивлённо смотрит на свою руку.
-Ты чего это, а, сюрприз?
-Так я чтоб вы не нервничали! – улыбается во весь рот предусмотрительный ворон.
-Господи,- мама швыряет сигареты ему обратно и начинает истерически смеяться, - вот же…
-Так в чем дело-то, а? – я твёрдо решил прояснить всё до конца. Меня -то судя по всему эта байда непосредственно касается…
89
23.07.2017 00:17

Вороны с Чистых Прудов- 6

Ночь. Постоянно просыпаюсь, похоже, Зигфрид спьяну решил, что главная цель его жизни-не давать мне спать. Поэтому он периодически начинает говорить, довольно громко. Насколько я понимаю, он куда-то опоздал. Ну, или боится опоздать, и довольно громко об этом сообщает. Я пинаю его в бок, он замолкает, но ненадолго, ровно настолько, чтоб я успел задремать. Потом всё начинается сначала. Я уже думаю, что в принципе, уже март месяц, и на лавочке в парке вполне можно существовать, а если в метро спуститься, то существование станет вполне комфортным.
К утру я, в конец вымотанный, понимаю, что спать мне не светит, и иду на кухню, хоть чаю выпить. Голова как телевизор, точно это я вчера напился, а не Зигфрид. Чайник кипит, входит мама.
-Что, Данька, весело? А вот будешь головой думать в следующий раз, прежде чем такие сюрпризы в дом тащить!
Я молчу… а что тут скажешь?
В итоге, после чая я перетаскиваю свою постель в мамину комнату, там хоть не так слышно будет, проваливаюсь в сон. Снится мне всякая ерунда, птицы, люди, и почему-то сокровища. Причём во сне я совершенно точно знаю, что эти сокровища зарыл Иван Грозный, именно для меня. А я, дурак такой, никак откопать не соберусь. Иван Грозный в моём сне злился и угрожал посохом, я от него убегал и искал лопату, а птицы громко орали и хлопали крыльями.
-Дань, просыпайся,- мама, чего это она?
-Мам, ты чего?
-Вставай, я чего- то боюсь…иди-ка глянь.
Чего- то и я напугался. Вскакиваю, что случилось-то?
В моей комнате обнаруживается совершенно несчастный Зигфрид. Выглядит он…ну, как выражается один мой приятель, «как за три дня до смерти», и по его виду ясно, что он крайне сожалеет о вчерашнем, и если бы мог, то сделал бы всё, чтоб отыграть назад.
-Что, дружок, похмелье? – противным голосом спрашивает мама. Кажется, она уже перестала бояться.
Зигфрид в ответ только стонет, сил отвечать у него явно нет. Как и встать и уйти, поэтому мне ясно, что в ближайшее время ворон таки останется здесь. Прямо в моей комнате, на полу, иначе просто помрёт, и тогда мне грозят разборки с Карлом, как я понимаю, убивать Зигфрида можно только ему.
-Тааак… - мамины интонации мне знакомы, и явно ничего хорошего Зигфрида в ближайшее время не ждёт,- выметаться отсюда , значит, мы не хотим… мы хотим тут страдать!
Ворон пытается спрятаться под подушкой, но целиком там не помещается.
-Что, стыдно, да?- продолжает мама,- сейчас я тебя воспитывать буду!
Ой, блин… Короче, кто-то попал по полной, и, к счастью, это не я! Поэтому я встаю у двери, и начинаю получать удовольствие. Мама умеет проводить воспитательные беседы, мне, лично, уже через пятнадцать минут кажется, что я изверг, и прощенья мне нет…
-Простите,- говорит из-под подушки Зигфрид,- я больше не буду, честно! Я уже понял…
-Понял он,- фыркает мама,- подушку положил! Хватит в неё сопли сморкать! Подъём!
Я понимаю, что если мне жизнь дорога, лучше маме не мешать. Она сейчас на него наорёт, а потом простит. Хуже было бы, если бы она тихо и спокойно разговаривала. Есть у неё такой змеиный голос…пару раз слышал, больше не хочу. Зигфрид встаёт, его шатает, он в одних трусах, значит, разделся всё-таки ночью. Стоит перед мамой, повесив голову, будто казни ждёт. Мне смешно -мама еле-еле ему до плеча достаёт. С подушкой оборотень не расстаётся, мнёт в руках.
-Подушку положил быстро, и пошёл в ванную! –командует мама,- приведи себя в приличный вид. На что похож! И как только не стыдно!
Зигфрид , наконец, находит в себе силы расстаться с подушкой и плетётся в ванную. В коридоре его заносит, он вписывается в стену и падает на пол. Я бегу на помощь - ворон сидит на полу, держась руками за голову и стонет.
-Что случилось? – мама тут как тут, – башку, что ли расшиб, красавец наш?
Зигфрид смотрит на неё страдальческим взором, на лбу у него наливается здоровенный синяк.
-Были бы мозги, было бы сотрясение,- констатирует мама,- вставай и иди, умойся. А потом решать будем, что с тобой делать, ясно?
Зигфрид по стеночке встаёт и ковыляет дальше.
-Мам,- прошу я,- не выгоняй его, а? Ну, куда ему деваться-то, он не будет больше…
-И меньше тоже, - припечатывает мама,- Дань, ты, конечно, интересно рассказываешь, но, извини, как-то не верится! Впрочем…ладно, дадим твоему приятелю шанс реабилитироваться.
Фффух… отлегло у меня. Сразу поотпустило. Ровно до того момента, как из ванной донёсся грохот.
Мы, как по команде, несёмся в ванную. Дверь Зигфрид не запер, света в ванной нет, а сам он сидит на полу, прикрываясь руками, по которым течёт кровь. В полутьме кажется, что руки у оборотня выпачканы чёрной краской.
-Что ещё? – у мамы непривычно высокий, звенящий голос.
-Взорвалось,- тихо говорит Зигфрид,- прямо в лицо…
Мама хватает его за локоть, выводит из ванной, под ногами хрустят осколки. В кухне сажает к окну, и я могу оценить масштаб катастрофы: руки у ворона изрезаны стеклом, несколько осколков торчат из ран. На полу- кровавые отпечатки ступней, порезался, пока шёл. Мама осторожно отводит его руки от лица, кажется, он вовремя успел прикрыться, глаза на месте, только на щеке пара царапин.
-Даня, аптечку давай! Как же ты так…
-Лампочка взорвалась,- поясняет Зигфрид,- я не нарочно…простите…
-Да понятно, что не нарочно,- вздыхает мама,- что ж ты какой невезучий! Сейчас, погоди, обработаю.
Через полчаса, умытый и перевязанный, Зигфрид возвращается на своё место в моей комнате. Я приношу ему стакан воды, он пьёт и говорит:
-Вовремя эта лампочка того…а то вылетел бы я как пробка отсюда. А теперь я раненый, не выгонит наверно.
-Ты чего набрался-то, а? – интересуюсь я, - обещал же прилично вести.
-Да понимаешь, Дан, какая штука дурацкая вышла,- оборотень мотает головой, охает, устраивается поудобнее,- сам понять не могу, чего меня так развезло! Я хотел поспрошать пару человек про коммуналки в центре, нашёл одного типчика, вроде всё норм было… а потом, вот хоть убей, не пойму, что случилось! Вроде выпили то немного, мне ж оно как слону дробна, а чую- всё… пошёл в разнос. И не помню ничего, очухался- сижу на остановке какой-то, ну я такси поймал и сюда. Ладно, денег хватило заплатить!
-Горе ты луковое, - мама стоит в дверях, деньги-то и паспорт проверил? Дань, посмотри-ка, у него деньги на месте? Сюрприз, где у тебя финансы-то лежат, а?
-В пальто, в кармане…- Зигфрид как то сразу поскучнел,- и паспорт тоже, во внутреннем.
Я вытряхиваю карманы зигфридова пальто. Зажигалка, початая пачка сигарет, какие-то рекламки, проездной…денег нет ни копейки. Паспорт, правда, обнаруживается во внутреннем кармане, вместе с непонятной запиской. На замызганной бумажке корявым почерком записан адрес, но , как я ни стараюсь, прочитать не могу.
-Ну. Чего там,- кричит мама из комнаты.
-Паспорт есть, а денег нет,- отвечаю я.
-Вот, - резюмирует мама,- всё ясно! Пил не пойми с кем, небось, сыпанули тебе чего, деньги выгребли. Ладно, последнее китайское предупреждение- ещё один номер- и ты бомж, понял, сюрприз?
Зигфрид благодарит маму, уверяет, что он всё понял, и скорее помрёт на месте, чем ещё раз сюда пьяный заявится. Я почему-то ему слабо верю, из того, что я знаю, я понял, что косяки- это стиль его жизни.
-Как вовремя-то! – радуется Зигфрид, когда мама уходит из комнаты,- а я иду умываться, думаю- всё. Вылечу к фигам.. и тут рраз! И лампочка взорвалась!
-Лампочка,- сомневаюсь я.- а не ты её того?
-Не, не я! – Зигфрид аж сел, забыл, что он помирающий,- я так не умею, просто повезло! Я вообще по жизни везучий. Только как то странно везучий, сначала жопа полная а потом и не полная. Но всё равно жопа…
В дверь звонят, мама кричит:
-Дань, кто там, открой!
Я смотрю в глазок- за дверью стоит Карл.
-Привет,- он оглядывается,- дурачок наш тут?
-Кто там,- спрашивает мама из кухни,- кто пришёл?
-Это ко мне,- я толкаю Карла в свою комнату, - мы сам разберёмся!
Зигфрид, при виде Карла, натягивает одеяло на голову.
-Здравствуй, дебил! – Карл присаживается на корточки и с интересом рассматривает одеяло,- и что это ты тут делаешь, а? Никак опять по помойкам кочевал, крысу ел, а сюда помирать явился? Дан, давно он тут номера откалывает?
-Недавно,- растерянно отвечаю я,- на него лампочка взорвалась, порезался…
-Ага, ага.- Карл прямо верит,- а дома страшный я, домой нам религия не позволяет! Ты, урод, зачем лезешь, куда не просят? Кто тебя просил к Даше соваться, а?
-Отстань, Карлуша,- отвечает из-под одеяла Зигфрид,- мы ж как лучше! Ну, не выгорело, бывает…
-Не выгорело,- передразнивает Карл,- блин, сказано же было- сам разберусь! Нет. Полезли, два идиота! Ладно, Кларка, она маленькая, а ты-то! Бестолочь здоровая, и чего наплёл только! Урод…прибить бы тебя, да жалко, как память о несчастном детстве! Ладно, собирайся, домой пошли.
-Не пойду,- Зигфрид, кажется, совсем в клубочек свернулся, из-под одеяла не видать,- я не могу, я раненый. Я тут буду.
-Ты не раненый, ты на всю голову больной, причём с рождения,- констатирует Карл,- вылезай уже! Не буду я тебя убивать.
-Точно не будешь? – подозрительно интересуется Зигфрид.
-Сказал же,- Карл машет рукой,- хватит уже дурью маяться.
Зигфрид осторожно высовывает голову из-под одеяла.
-Ох, ё… - Карл оценивает масштаб повреждений,- везучий ты, Зигги, как покойник! Ладно, отлёживайся пока. Дан, он вам не сильно мешает? А то я его заберу.
Зигфрид мотает головой, я говорю:
-Да нет, пусть будет.
Мама входит в комнату, интересуется:
-А вы что, знакомы?
-Да братец это мой,- вздыхает Карл,- младший. С придурью он у нас, но, в принципе, безобидный. Просто клинит иногда, бывает. Вы уж извините…
-Да ладно,- мама пожимает плечами, - ничего страшного! Вам, может, такси вызвать? А то он ноги порезал…
104
15.07.2017 01:23

Вороны с Чистых Прудов. Весенний блюз-5.

С утра Зигфрид подозрительно интересуется:
-А какой сегодня день? Пятница, да?
-Пятница, пятница, - мама наливает чай, - а что?
-Да так…- он поднимает глаза к потолку,- вы это, рано меня не ждите, если что.
-Можем вообще не ждать,- фыркает мама,- только шмотки свои забери.
-Мам,- укоризненно говорю я,- ну мам!
-Не нукай, - мама ставит чашки на стол, садится.
Зигфрид с убитым видом мешает ложкой в чашке. Вздыхает, смотрит в стол. Потом поднимает глаза на маму:
-Мне совсем уходить, да?
Мама давится чаем, откашливается, машет рукой.
-Ну, что ты из меня изверга то делаешь? Будто бездомный, в самом деле! Не на лавочку же в парк выгоняют!
-Ну, практически на лавочку,- пригорюнивается Зигфрид,- домой меня Карл сейчас не пустит… злой он на меня. Ладно, в метро ночевать буду…не в первый раз бомжевать… если повезёт, где- нибудь на чердаке приткнусь, там хоть тепло.
-Да оставайся, - не выдерживает мама,- веди себя только прилично!
-Так вы это,- Зигфрид сразу веселеет,- если что, не стесняйтесь, прямо говорите!
Мама качает головой, кажется, поняла, что его легче убить, чем исправить.
Вечером сидим, ужинаем. Зигфрида нет. Мама то и дело посматривает в сторону прихожей.
-Мам, ты чего дёргаешься?
-Я не дёргаюсь, вот придумал,- мама встаёт,- засранец…
-Я что ли?
-Да не ты, а этот…сюрприз! Мог бы уже и явиться. А то с утра чуть не плакал, а сейчас и нос не кажет. Вот явится, я ему скажу…
Что мама скажет Зигфриду, остаётся неизвестным, потому, что кто-то звонит в дверь. Причём, кажется, придавив кнопку звонка и не отпуская её.
-Где пожар, что ли,- мама бежит к двери, я за ней. За дверью обнаруживается Зигфрид, стоит, привалившись к косяку.
-Пппростите…пьян, как бурьян…- докладывает он, отрывает руку от звонка и вваливается в прихожую. Стаскивает своё пальто, роняет его на пол, потом плюхается на лавочку и начинает медленно расшнуровывать сапоги. Несёт от него, как из винной бочки.
-Где только набрался, - растерянно говорит мама,- Данька, ты как хочешь, а мне эта пьянь в доме не нужна!
У меня слов нет. Такой подлянки я от ворона не ждал, тем более после утренней сцены. Он, наконец, справляется с сапогами, встаёт, и, шатаясь, отправляется в комнату. Мы смотрим ему в спину, со второй попытки Зигфрид вписывается в дверь и раздаётся грохот…
Я, наперегонки с мамой, кидаюсь в комнату: Зигфрид свалился крайне удачно - прямо на матрас, и, кажется, мгновенно заснул, обняв подушку.
-Вот чучело,- говорит мама, и по голосу непонятно, сердится она или нет,- запойный что ли… и я тоже хороша, вот же…
-Лена- дурочка,- подсказываю я, и получаю подзатыльник. Мама смеётся.
-И сынок весь в мамашу,- заключает она,- ладно, пусть проспится, завтра разберёмся. Ещё и носки рваные…
Я смотрю на Зигфрида - и правда, из дыры в носке торчит палец. Мама только вздыхает, потом командует:
-Пошли-ка, расскажешь мне про это…явление!
И я рассказываю. Всё, что знаю, про ворон, ворона и филинов. Всё, что видел, и что мне рассказал Зигфрид. И про голову тоже рассказываю, потому, что всё - значит всё, до самого конца. Мама слушает, не перебивая, потом сидит молча.
-Да…история с географией,- задумчиво произносит она наконец,- вот расскажи кто другой, я бы ни в жизнь не поверила. И если бы не всякие странности, тоже не поверила бы.
-А с тобой какие странности были? – интересуюсь я, - и почему я ничего про это не знаю, а? Родному сыну и ничего не говоришь!
-Да как то тебе такое рассказывать…- мама ёжится, точно замёрзла,- неудобно как то.
-Неудобно спать на потолке, - ворчу я,- потому, что одеяло падает! А своему собственному ребёнку рассказать, что с тобой случилось очень даже удобно. А то как драться - так удобно ей…
-Ну, прости, - мама, кажется сама не рада,- с тех документов и началось. Шеф их привёз, типа сопровождение сделки, в сейф убрал. Сказал, что если что случится, пришибут нас с ним…или в рабство на галеры…
Мама криво усмехается, эпос про шефа я слушаю уже года три…или четыре? В общем, я его никогда не видел, но он мне уже как родной.
-В общем, там большие деньги замешаны, и люди непростые. И зачем он, дурак в такое ввязался и меня втянул! Я ему говорю- Антон Викторович, у меня ребёнок! А он – не бойся, Елена Сергеевна, прорвёмся, увидим небо в алмазах…Ага, и в клеточку. И ведь точно помню, как я эти документы несчастные решила от греха подальше домой отвезти, на такси ехала, тряслась как осиновый лист. И в тот же день Филинова встретила, в обед. Пошла кофе выпить, кафешка у нас рядом, а он там сидит, здравствуйте, Леночка, как дела…А на следующий день как торкнуло меня, думаю- квартиру обокрали…я домой, ищу- а нету! А тут ты…я со страху на тебя и накинулась, решила, что или ты их куда дел, или убрать тебя из квартиры, ведь уверена была, что сейчас меня убивать придут.
-Мам,- я подхожу, обнимаю её, мама дрожит, видно до сих пор не отпускаете,- мам, ты наплюй. Ты у меня молодец!
-Дура я у тебя,- вздыхает мама, - ты удрал, я сижу, реву, тут шеф звонит, где, говорит, ключик-то, Елена Сергеевна? Я на работу, сейф открыли- лежат родимые на месте! И вот что это было, а?
-Это филин тебя заморочил,- со знанием дела говорю я,- они такие!
-Дурь это всё,- сомневается мама, - а потом…я чуть с ума не сошла, тебе звонила, весь район оббегала, знаешь, как страшно?
-Ну, я ж нашёлся,- я наливаю чай, он уже остыл, но мама всё равно пьёт.
-Слава богу,- она отставляет чашку,- гадость какая! Чего это ты мне налил?
-Чай, холодный,- признаюсь я,- подогреть?
-Подогрей,- соглашается мама,- только это ещё не всё…документы- то нашлись…
-А осадочек остался,- комментирую я.
-Ну, примерно,- мама подпирает рукой голову,- понимаешь…ты в принципе взрослый уже…
-Понимаю, - я ставлю на плиту чайник,- нашла кого?
-Да если бы,- мама так и сидит, как Алёнушка на камушке,- вроде приличный мужик-то, пару месяцев как познакомились, по работе. А тут вдруг- люблю, трамвай куплю, я и повелась…ну, сам понимаешь…
-Лена- дурочка,- комментирую я, она часто так себя называет. Иногда оправданно, иногда нет. Сейчас как раз к месту.
-Точно,- мама вздыхает,- так ухаживал красиво, с сыном твоим, говорит, хочу познакомиться, чтоб жить одной семьёй… А когда всё закрутилось, ия опять Филинова встретила, он вечером мне звонит…
-Кто, Филинов? – кажется я нитьпотерял.
-Тьфу, Данька, ты вообще, чем слушаешь? – возмущается мама,- не Филинов, а Игорь! И так красиво поёт, что приезжай ко мне, я и купилась! Ага, приехала, а он пристал про ту сделку… я опять испугалась, и тебя постаралась спровадить из города. А он то про деньги, то про любовь неземную…я уж и не чаяла, как удрать! Еле- еле вырвалась! Вот и куда вляпались… Ещё и этот твой сюрприз, пьянь такая! Дань, ты поберегись, а? У меня ведь только ты и есть… так уж получилось.
Я снова наливаю чай, достаю конфеты. Мама молча пьёт, я тоже ничего не говорю. В комнате возится Зигфрид, стонет. Потом , натыкаясь на стены бредёт в туалет, судя по звукам, его тошнит.
Мама отставляет чашку, я иду за ней. В туалете Зигфрид сидит на полу в обнимку с унитазом.
-Что, родное сердце, проблевался? – сварливо интересуется мама, - полегчало?
Зигфрид что-то мычит в ответ, встаёт, шатаясь плетётся в кухню, включает холодную воду и жадно пьёт прямо из под крана.
-Сушняк? – спрашивает мама,- ну-ну… набрался где, скотина?
Зигфрид наконец отрывается от крана, шмыгает носом и смиренно говорит:
-Мне вещи собирать, да?
-Проспись сначала,- мама машет на него рукой,- утром поговорим.
Ворон послушно разворачивается и плетётся в комнату, спать.
-всё, Данька, пошли и мы на боковую,- мама зевает,- хватит…посуду только помой, ладно?
-Ладно,- соглашаюсь я, и отправляюсь мыть посуду.
97
12.07.2017 23:42

Вороны с Чистых Прудов. Весенний блюз-4.

Зигфрид выкладывает свои покупки на стол.
-Ну и куда это девать? – ворчит мама,- в холодильник не влезет.
-А на балкон,- ворон, похоже, всё уже продумал,- сейчас холодно, не испортится! Да и чего тут особо-то есть… Ну, дней на пять может и хватит. Хотя вряд ли.
-Утешил,- фыркает мама,- ладно, сейчас сама разберусь, что куда.
Я тихо говорю:
-Куда свалил? Обещал прийти…
-Не вышло,- Зигфрид нисколько не смущается,- дела, понимаешь, возникли. Зато на хавчик заработал!
Он довольно улыбается, с кухни пахнет мясом. Потом вдруг смотрит на меня, беспокойно так.
-Что - то случилось, да?
-Ничего особенного…- я рассказываю ему про свою встречу. Он тяжко вздыхает, трёт руками виски.
-Блин… жаль, ты сов не чуешь. Вот кто ей опять напел! Чуял же, не надо было в то Иваново ехать, а нет, попёрлись… А так всё складывалось! Ага, мы ж следили!
-Думаешь, это тот мужик, ну, из Сверчкова переулка? – уточняю я.
-А чего тут думать,- Зигфрид начинает ходить по комнате,- больше некому! Урод, голову не отжал, так теперь отыгрывается… Потому, что сова, и глаз у него совиный. И сам он урод вонючий…
-Так он к маме клеится, что ли, к моей? – меня этот вопрос очень беспокоит, нафига нам какой-то мутный мужик, который к тому же сова. Вообще, все мамины попытки наладить личную жизнь почему-то регулярно терпели крах. Я - то думал, что она смирилась и рукой на это дело махнула, ан нет.
-Клеится, не клеится,- Зигфрид прислоняется к подоконнику,- но общаются - это точно! Я чую, не ходи к гадалке. Ты её спроси, вот чего.
-Как спросить-то? Прямо вот с ходу : «Мам, а чего ты с совой разговаривала?», что ли?
-Блин, не тупи,- Зигфрид отлипает от подоконника, он вообще не может долго сидеть на одном месте, постоянно движется,- она тебе сказала, что давно его знает, так? Вот и спроси, откуда такое знакомство, понял? Только не при мне, я ей чего-то не нравлюсь. Я из-за двери подслушивать буду.
-Ладно, спрошу,- соглашаюсь я. Мне самому интересно, чего это моя мама с этим типом знакомство водит.
-Есть идите, - кричит мама с кухни. Зигфрид мигом подрывается, я за ним, прямо аппетит разыгрался не на шутку.
-Пиво-то кому купил? – спрашивает мама, как бы ни к кому не обращаясь, даже глядит мимо Зигфрида.
-Себе,- а вот ворон такого наезда явно не ждал,- я это…совершеннолетний, мне можно! И чего там того пива, ноль три всего!
-Нет уж, дорогуша,- мама демонстративно выкидывает пустую бутылку,- тут сухой закон. А в пиве я мясо потушила.
Зигфрид с тоской смотрит в мусорку, но грусть его долго продолжаться не может. Тарелка с мясом мигом примиряет его с несправедливостью. Мясо вкусное, и исчезает быстро. Похоже, оборотень был прав- на пять дней нам не хватит, особенно, если он всегда так ест. Я дожёвываю последний кусок и думаю о некотором несоответствии: у Зигфрида- ворона глаза вроде бы чёрные, а у Зигфрида- человека светло- голубые. Это кажется странным, думаю, спрошу, как нибудь. Мы пьем чай и Зигфрид молча пинает меня под столом. Я отодвигаю ногу, но бесполезно, кухня маленькая, а ноги у него длинные. Он смотрит на маму жалобным взглядом и спрашивает :
-А можно на балконе покурить?
Мама, кажется, готова его на месте прикопать, но потом ей на глаза попадается бутылочное горлышко, торчащее из мусорного ведра, и она меняет гнев на милость.
-Ну, покури, только пепел вниз не стряхивай. И недолго!
Зигфрид божится, что одну сигаретку и не до конца, а так, для проформы. Привычка у него такая, после ужина сигаретку выкурить, а больше ни-ни! Мама машет на него рукой, он подмигивает мне и быстренько исчезает.
-Госсподи… - вздыхает мама,- свалился же на мою голову. Чудной какой! Наверное, голова не в порядке, ты, Данька, поосторожнее. Мало ли, у психов весной, говорят, обострения…
-Мам, да не псих он! –возмущаюсь я, - нормальный парень. Я тебе потом как- нибудь расскажу про них.
-Можешь прямо сейчас, - мама прихлёбывает чай,- давай. Рассказывай.
-Мам, а откуда ты того мужика знаешь, который приходил, помнишь? – я решаю сменить тему.
-Какого мужика? – недоумевает мама,- а…того? Ну… сосед мой бывший. Мы раньше в коммуналке жили, а потом расселили всех. А тут иду - и его встретила, надо же! Столько лет не виделись…
-И ты его сразу в гости пригласила? – удивляюсь я.
-Ну, да,- мама, похоже, сама не понимает, что на неё тогда нашло,- странно как-то вышло. Честно, сама не помню, зачем я его позвала? Точно, Лена – дурочка… хорошо ты вовремя пришёл!
-Значит я тебя спас,- смеюсь я,- теперь ты мне должна!
-Ничего я тебе не должна, корыстный ребёнок,- мама тоже смеётся,- я же твоего приятеля придурочного не выгнала! Так что кто тут должен - так это ты.
-А как того дядьку зовут? – любопытствую я, интересно же!
-Зовут…- мама морщит лоб,- ох ты… фамилия у него такая… Филинов у него фамилия. А зовут его…как же…
-Мам, ты чего,- она вдруг побледнела, и мне стало страшно,- да наплевать, как его зовут! Сто лет ты его не видела, и ещё сто лет не увидишь!
-Нет, погоди, какие сто лет, я его сегодня опять встретила, - мама смотрит на меня в упор,- он ещё меня спрашивал, как ты съездил. Откуда он узнал, что ты куда-то ездил, а? Ну-ка, давай, рассказывай!
Я поворачиваюсь к двери, в дверях стоит Зигфрид, грызёт спичку. Мама тоже его видит, и как то сникает, быстро допивает чай и уходит со словами: «Я готовила, вам посуду мыть!».
-Ну, чего? – спрашивает Зигфрид,- чего сказала-то?
-Сказала что он их бывший сосед,- докладываю я,- только как его зовут, не помнит. А фамилия у него- Филинов. И сегодня он её спрашивал, как я в Иваново съездил.
-Сосед? – Зигфрид чуть своей спичкой не подавился,- нифигасе у вас соседи! А ты его помнишь?
-Откуда,- я пожимаю плечами,- их коммуналку расселили, когда мама ещё в школе училась. Я всегда тут жил.
-Так, так,- ворон кидает спичку в мусорку,- а коммуналка где была? Кто там ещё жил?
-Без понятия, - я, и правда, как то этими вопросами не задавался,- вроде где-то в центре. Мама говорила, что бабушка потом себя очень ругала, что продешевила. Ну, комната у них хорошая была, можно было не двушку, а трёшку просить, и дали бы. Типа Кремль из окошка видать было, хотя , наверное, неправда.
-Из окошка - вряд ли,- соглашается Зигфрид,- но недалеко- вполне возможно. И, судя по всему, они просто очень торопились оттуда свалить, ну, мне так кажется. Потому, что если речь идёт о том, о чём я думаю…
-О чём? – мне жутко интересно стало, во что это мои родственнички вляпаться умудрились.
-Ни о чём,- мигом отказывается от своих слов Зигфрид,- короче, у тебя посуда немытая!
-У тебя тоже,- парирую я,- ты больше жрал! Так что ты моешь, а я вытираю. И давай, колись, чего ты знаешь!
-Да ничего я не знаю,- Зигфрид включает воду, - вот пристал, как банный лист! Я того…подозреваю, но пока точно не скажу. Ты бы адресок уточнил, а? А я завтра тоже кой-чего разведаю. Да, кстати…зовут его Георгий Иванович, ну, или Готтлиб Иоганн…
-А фамилия?
-Не знаю,- Зигфрид моет тарелку,- я и имя-то случайно услышал. Он хитрый, так просто не ухватишь.
Когда посуда уже помыта и вытерта, приходит мама. Стоит, смотрит на нас, потом вдруг просит:
-Сюрприз, дай-ка сигарету.
Зигфрид без слов протягивает ей пачку, мама вытаскивает одну и уходит .
-Чего это она, а? – не понимаю я.
-Переживает, - поясняет Зигфрид,- и нервничает. Сейчас подымит немного и отпустит, это Старый её мутит. Вот же пристал!
100
08.07.2017 17:43

Вороны с Чистых Прудов. Весенний блюз-3.

Мама заходит в комнату с бельём, и ахает, увидев Зигфрида. Тот только разводит руками, мол, что поделать, так получилось.
-Это что? – растерянно говорит мама.
-Это крылья,- поясняет Зигфрид,- потому, что я на самом деле птица.
Кажется, мама уже жалеет, что не выставила его сразу. Впрочем, она только машет рукой, мол, снявши голову, по волосам не плачут, суёт ему в руки бельё, говорит:
-Ну, вы тут располагайтесь…Дань, тебе в школу завтра, не сиди долго.
Покосилась ещё раз на Зигфрида и ушла.
Зигфрид устраивается на полу, что-то мурлычет себе под нос, довольный донельзя. Такое впечатление, что и правда, мечты его сбылись. Наконец он заканчивает и вытягивается во весь рост на матрасе. Матрас малость коротковат, и ноги оборотня лежат уже на полу. Он закидывает руки за голову.
-Хорошо…
-Чего это? – не понимаю я, - на полу спать?
-Да я так, вообще,- Зигфрид потягивается, переворачивается на бок, лицом ко мне,- сам ты не понимаешь, как тебе повезло. А вот пожил бы на помойке, или со всякими идиотами, тогда бы понял!
Я смотрю на него, кажется, я понимаю, о чём он. Я спрашиваю:
-А почему я вдруг начал всякую дурь видеть?
-Какую дурь? – мигом настораживается Зигфрид,- давай подробно!
Я рассказываю ему про электричку с зацеперами, он садится, смотрит серьёзно.
-А Клара сказала, что моё время пришло,- добавляю я.
-Так, - Зигфрид непривычно серьёзен,- так. Про время, значит, сказала… И голову ты хорошо убрал, она и при тебе, и не найдёт никто, верно?
-Ну, да, - соглашаюсь я,- так что это значит то?
-То и значит, что пора,- оборотень тяжко вздыхает,- наверное, ты его сменить должен, что ли…
-Кого сменить? – не понимаю я,- зафиг мне кого-то менять?
Тут до меня доходит, он же про Хранителя говорит! Не, ну я так не договаривался, это что, я теперь по ночам в том дурацком музее сидеть должен, что ли?
Зигфрид ржёт.
-Чего сбледнул, а? Думаешь, что в Сверчков переулок переезжать придётся, что ли? Не, там место занято! Тебе надо будет своё место искать, понял? А пока не найдёшь, мы за тобой следить будем. Так что ты не бойся, ты в надёжных руках!
-Лапах, крыльях,- бурчу я,- клювах…
-И это тоже, -хмыкает Зигфрид,- а от матери твоей совой воняет, между прочим!
-В смысле? – завожусь я, тоже мне, ищейка нашёлся! Совой ему воняет, выдумал!
-В смысле, она с совой общалась сегодня,- поясняет Зигфрид,- и кажется, я этого сову знаю! Надо его отвадить, нечего. Пристал, понимаешь…
Тут я с ним согласен. Мне всякие посторонние совы в доме не нужны.
-Завтра Карлуше скажу, - бормочет Зигфрид,- пусть делом займётся. А то, повадился, в Первый мед летать, потом всякие дурацкие идеи ему приходят. Лучше бы ветеринарией занялся, что ли.
-Ты же сказал, что у него дела,- напоминаю я.
-Ага,- Зигфрид ухмыляется, - дела личные! Только сомнительно мне…ну, это его проблемы. Я там что мог, сделал, так что теперь от него всё зависит. Если дураком не будет, то будет ему счастье. Хотя…март месяц, может и срастётся.
-При чём тут март? - интересуюсь я,- мне кажется, без разницы…
-Не скажи, не скажи,- Зигфрид поднимает палец,- в марте все враны пару ищут, понял? Карл дурак, в августе подкатиться хотел, ну, и облом ему вышел. А сейчас март, самое время!
-А ты? – подозрительно спрашиваю я,- не ищешь?
-Ну, ты сказанул,- Зигфрид фыркает,- думаешь, так легко, что ли? Карлуше просто свезло тогда! Не…это, брат, такое дело хитрое…ошибиться нельзя! Да и не получится. Это у вас , людей, всё легко и просто, сбежались, разбежались, а у нас так не выйдет. Тут надо, чтоб раз и навсегда! Вот когда я её увижу, то сразу и пойму, что мне надо. А пока не увидел, размениаться не буду, понял?
-Странный ты,- я валюсь на кровать,- что-то я за воронами таких сложностей не наблюдал.
-А ты вообще за нами наблюдал? – ехидничает Зигфрид,- небось мимо пробегал, да голову берёг, не?
Я смеюсь, в принципе он прав. Наконец ворон укладывается и мгновенно засыпает.
Утро. Я сижу в кухне, и, кажется, досматриваю сон. Мама варит макароны на завтрак, Зигфрид умывается, напевает в ванной.
-Зараза,- говорит мама, ни к кому, конкретно не обращаясь,- ещё и поёт.
-Ты чего, мам? – удивляюсь я.
-Я ночь не спала,- угрюмо признаётся мама,- думаю, вот уснём, а этот твой сюрприз нам по головам даст и ограбит.
-Мам!- я потрясён до глубины души,- мам, я что, по-твоему, идиот совсем?
-Ты дурачок. И доверчивый,- мама сливает макароны,- а этот - подозрительный тип. Синий. И я, дура, согласилась… Надо его как-то выставить.
-Не надо! – мне вдруг становится страшно, - мам, ему же сейчас идти некуда! И ты вот так , запросто, человека из дома выгонишь?
-Ну, найдёт этот человек куда идти, не последний у нас дом в Москве,- ворчит мама, мажет макароны маслом. Потом кричит:
-Сюрприз, иди завтракать! Хватит воду лить!
Зигфрид мигом материализуется за столом, к еде его два раза звать не надо. Мама накладывает макароны, наливает чай. После завтрака спрашивает Зигфрида подозрительным тоном:
-Тебе что, ключи выдать?
-Не,- ворон мотает головой,- я сейчас уйду, а потом приду. Кто-нибудь, наверное, уже будет.
-Ну, как хочешь.- кажется, мама успокоилась немного.
Зигфрид идёт со мной до школы, оглядывается по дороге. Вроде нормально дошли.
-Я тебя потом встречу,- он засовывает руки в карманы,- ты один не ходи пока. А то мало ли…поймают, ищи тебя потом. А голова у нас одна!
-Да понял я, понял,- мне не терпится от него отделаться, а то увидят, спрашивать начнут. Ага, отбалтывайся потом, что родня приехала.
Наконец он уходит, а я плетусь в школу.
После уроков, вопреки своим заявлениям, Зигфрид меня не ждёт. Ну и ладно, решаю перекурить это дело. Авось потом появится.
Не появился. Так что иду я себе домой один, по сторонам смотрю, сам не знаю чего высматриваю. Ага, типа я шпион в бегах.
-Стой, погоди,- оборачиваюсь. Незнакомая девчонка, постарше меня. Интересно, совой от неё пахнет или нет? Не чувствую.
-Чего тебе?
-Я поговорить,- она переводит дыхание,- ты не бойся.
-Чего бояться-то, тебя что ли,- мне смешно, тоже, выдумала!
-Не меня, - она стискивает руки в ярких варежках,- их! Они везде…
-Кто? – больная какая-то, чесслово!
-Оборотни, - девчонка смотрит на меня, точно дыру прожечь хочет,- ты ведь их видел, да?
-А что? – прикидываюсь я дурачком.
-Я тоже,- она подходит совсем близко,- я их знаю. Они теперь с тобой решили поиграть… гони их! Ничего хорошего не получится. Сначала всё хорошо и весело, а потом…
Она шмыгает носом, а я понял, кто это - внучка старого часовщика. Значит, у Карла не выгорело, зря Зигфрид на месяц март надеялся.
-Слушай,- говорю я,- а ты знаешь, что сейчас март на дворе? Это…гнездо пора вить?
-Сам вей,- она, кажется, обиделась,- совсем дурной? Что тебе пообещали?
-Ничего,- я начинаю злиться,- тебе-то что нужно? Припёрлась, спасительница! Я не ты, поняла?
-Извини,- она как-то ссутуливается, и мне становится её жалко,- я помочь хотела. Просто очень больно потом…
-Ну и помирилась бы с ним,- брякаю я,- чего зря страдать?
Она мотает головой, всхлипывает, вытирает глаза варежкой. Потом говорит:
-Зря я это затеяла, только хуже стало. Прости, видно пока сам не поймёшь, не поверишь. Прощай.
Разворачивается и уходит прочь. И я ухожу, домой.
Дома пусто, никого. Как-то даже взгрустнулось. На полу- матрас, Зигфрид его не убрал, только постель скатал. Сумка его на ходу валяется, я чуть не упал, запнул её в угол. Вот зараза, обещал следить, а сам сгинул куда-то.
Вечером приходит мама, оглядывается, спрашивает:
-А этот твой где?
Я пожимаю плечами, откуда я знаю?
-Ну и хорошо,- мстительно говорит мама, - свалил- и ладно. Вещи-то свои забрал?
-Нет,- я мотаю головой,- сумка тут.
-Вернётся, что ли,- мама мрачнеет на глазах, - не было печали! Вот же Лена - дурочка! Первый раз парня вижу и домой ночевать пустила. А всё ты, Данька, твой приятель-то! И где ты только с ним познакомиться успел… ладно, хоть квартиру не обнёс, и нас с тобой не пришиб. И ест, как с голодного края приехал!
-Да ладно тебе, мам,- мне даже как-то обидно за Зигфрида стало,- ты ж ничего про него не знаешь!
-Ой, можно подумать,- мама ставит на огонь кастрюлю, - тоже мне, сирота казанская! Тётенька, дайте попить, а то так есть хочется, аж переночевать негде! Ладно, сейчас ужин сообразим…
В дверь звонят, я иду открывать, мама - за мной. За дверью обнаруживается Зигфрид с двумя здоровенными ашановскими сумками.
-Я тут еды купил,- с порога заявляет он,- а то у вас жрать совершенно нечего! Так и лапы недолго с голоду протянуть!
Мама молча отходит в сторону, пуская его в квартиру.
97
02.07.2017 00:49

Вороны с Чистых Прудов. Весенний блюз-2.

-Я ненадолго,- поспешно добавляет Зигфрид,- пару неделек, максимум месяц! Ну, не больше двух…я заплачу, вот!
Он вытаскивает из карманов мятые купюры, мама смотрит на нас как громом поражённая.
-Я на раскладушке могу… - растерянно говорит Зигфрид,- или на кресле…
Мама вдруг начинает смеяться, она просто захлёбывается от смеха, встряхивает головой, смотрит на меня, на Зигфрида и снова закатывается.
-Чего это она? – осторожно интересуется ворон.
-А я знаю? – я, честно сам ничего понять не могу, мама что, с ума сошла?
-Мам,- я тихонько трогаю её,- мам, ты что?
-Ох…- мама вытирает глаза, - не таких я сюрпризов ждала!
-В смысле? – озадаченно интересуется Зигфрид.
-Да сегодня на работе гороскоп в газете попался,- объясняет мама,- и там написано, что Рыб ждёт неожиданный сюрприз… Данька, откуда сюрприз-то приехал?
-Да он местный,- растерянно говорю я,- просто ему надо пару недель где-то пожить…
-Вы не бойтесь,- снова встревает Зигфрид,- я тихий! Скромный, аккуратный… вы меня и не заметите! Мне только перекантоваться… а то на улице холодно ещё.
Он так жалобно смотрит на маму, что хочется дать ему конфетку…
-Ну… - мама садится на лавочку, снимает сапог, выгонять на холодную улицу бедного сиротку ей явно неудобно,- я даже не знаю…
-Я вам пол мыть буду,- сиротка двух метров росту присаживается на корточки и глядит снизу вверх,- могу убираться, готовить…
-Пиццу заказывать,- продолжаю я.
-Ну, да, и пиццу заказывать,- подтверждает Зигфрид. – Вы ж сами потом скажете, «Как я раньше без него обходилась!»
Мама, кажется, сомневается в такой возможности, впрочем, она пока молчит, и это хороший знак.
Стащив второй сапог, она, наконец, говорит:
-Ну, можно и на полу постелить…
Зигфрид тут же принимается уверять, что всю свою сознательную жизнь мечтал спать на полу, а злые люди не давали, и вот сейчас моя матушка его мечты исполнит. Меня начинает разбирать смех, он только что на колени не падает. А потом в голову лезут всякие разные мысли- например, а зачем это ворон так старательно пытается у меня поселиться, а? Зачем? От Клары я знаю, что они снимают квартирку где-то на Северо-Западе, двушку на троих. Интересно, чего это он так подлизывается?
Мама идёт на кухню, на столе стоит одинокая коробка с пиццей.
-Я сейчас кашу разогрею, а потом чаю попьём,- решает она,- и поговорим…
Зигфрид мигом усаживается за стол, точно и не он только что умял две большие пиццы.
-Лопнешь,- шёпотом информирую я,- а туалет у нас один!
-Нифига не лопну,- шипит мне в ответ ворон,- каша годная, я её обнюхал.
-Мам, мы уже поели,- нарочно громко сообщаю я,- это тебе пицца.
-Спасибо,- мама выкладывает кашу в сковороду,- мне много одной-то. И кашу надо доесть, завтра макарон сварю.
Зигфрид строит мне рожи, я уже понял, что он способен поглощать пищу в любых количествах. Наверное, наедается впрок, как удав, или голодное детство на помойке компенсирует.
Наконец мы поели, чай выпили, мама спрашивает:
-Ну, что, сюрприз, и откуда ты нам на голову свалился?
-Ну…- Зигфрид поднимает глаза к потолку, явно будет врать, понял уже, что не выгонят,- тут понимаете, какое дело… мы с братом и сестрой квартирку снимали, ну, и…проблемы у брата. Через пару недель утрясётся, а пока мне там лучше не светиться. Сестрёнка то ладно, а я там лапу приложил…а когда он успокоится и передумает меня убивать…
-Это серьёзно? – мама кажется, ни единому слову не поверила. А я, кажется, понял.
-Ага, - Зигфрид смотрит в стол,- очень серьёзно. И это…а вы ничего странного в последнее время не замечали?
Мама вскакивает со своего места, подходит к ворону, внимательно на него смотрит. Это она его ещё без свитера не видела, соображаю я.
-Странного? – переспрашивает она свистящим голосом,- странного, значит? Да у меня вторую неделю сплошные странности! То документы пропадают, а потом оказывается, что никуда они не пропадали, то люди появляются ниоткуда, то наоборот…ещё и сюрпризы сынок подкидывает! Я уж и не знаю, что завтра ждать! Покойную бабку на метле верхом? Или нашествия зелёных человечков?
-Мам,- я ошарашен, что это с ней творится, никак не пойму,- мам, успокойся, а? Ты чего завелась-то?
-Да ничего,- мама швыряет тарелку в мойку.- Просто наперекосяк всё! На работе ещё…
Я вздыхаю. Мама работает бухгалтером в какой-то фирме, и по весне обычно становится очень неуравновешенной. Отчёты сдаёт.
-А что на работе? – осторожненько интересуется Зигфрид.
-Да клиент пошёл какой-то мутный,- признаётся мама, - боюсь я, погорим, как швед под Полтавой. А шеф только смеётся, мол всё в порядке. А если что, отвечать то всем придётся…ему то что, он холостой, а у меня Данька…
-Переживём,- успокаиваю я,- мам, куда мы денемся!
-Да,- спохватывается мама,- так я и не поняла, сюрприз-то откуда пришёл? Почему к нам?
-Ну, знакомы мы,- признаюсь я,- мам, я с ними в Иваново ездил. Ну, так получилось.
-И меня Зигфрид зовут, а не сюрприз,- напоминает Зигфрид, -Зигфрид Улла Сильверкрафт. Могу даже паспорт показать! Там прямо так и написано.
-Показывай, - усталым голосом говорит мама,- почитаем, что у тебя там написано.
Зигфрид идёт в приходую, роется в карманах пальто, и с торжеством вручает маме паспорт…такого замызганного документа я ещё не видал, к тому же он сложен пополам, наверное, чтоб лучше в карман влезал.
-О. господи,- мама смеётся,- ты его что, в супе топил? Или хранил вместе с пирогами?
При слове «пироги» Зигфрид недовольно морщится, но молчит. Мама открывает паспорт, я тоже смотрю, мне интересно. В паспорте всё, как положено- фотография Зигфрида, весьма угрюмого вида, жирное пятно на полстраницы и действительно, записано: имя- Зигфрид Улла, отчество -Райнхардтович, фамилия -Сильверкрафт.
-Действительно,- мама возвращает Зигфриду паспорт,- господи, вот угораздило же…язык сломать можно! А брата с сестрой как зовут?
-Брата- Карл Ульрих, а сестру- Клара Виктория,- признаётся Зигфрид,- а что?
-Да так, ничего, вы что, немцы?
-Наверное,- Зигфрид, кажется, успокоился. А что ему? Накормили, на улицу не прогнали…
-Ладно, - мама открывает кладовку,- я язык ломать две недели не буду, так что…
-Меня друзья Зигги зовут,- подсказывает Зигфрид.
-Понятно, значит так, бери на полке подушку, матрас и одеяло,- командует мама,- сейчас бельё выдам. Только, боюсь, дорогой мой, что я тебя так и буду сюрпризом звать… Уж не обижайся!
Зигфрид только тяжко вздыхает.
Мама уходит в ванную, а я сажусь на кровать, и спрашиваю устроившегося в кресле Зигфрида:
-Зачем ты к нам напросился?
-А ты что, не рад? – ненатурально удивляется Зигфрид,- я ж тебе как брат родной буду! Старший!
-Нахрена родня такая.- бормочу я,- тебе то это зачем?
-Ну…- он смотрит на меня, потом хмурится и , точно только что решившись, выдаёт,- присмотреть за тобой надо, понял? Карлуше сейчас некогда, у него свои дела, а я как раз свободен. И перекинуться, как назло, не могу. Вот и подумал, что ты меня не выгонишь… и это, мать твою поспрошать хочется.
-О чём?
-Ну, про Старого, во-первых, а во-вторых…
-Лучше не надо, разозлится только,- предупреждаю я,- не любит она про моего отца вспоминать. Чем- то он ей здорово нагадил.
-Я осторожно, не боись,- уверяет Зигфрид,- кстати, а мать-то твою как зовут?
-Елена Сергеевна,- смеюсь я,- эх ты, на квартиру напросился, а как хозяйку зовут, не узнал!
-Да ладно,- Зигфрид стягивает свитер,- теперь знаю. Так, ты завтра куда? В школу? Я тебя провожу и встречу, понял? Без меня- никуда. А то мало ли…
-Чего? – я такого не ждал, думал, что от меня отстали.
-Старый тебя так просто не отпустит,- печально говорит Зигфрид,- он, гад, злопамятный. И принцип у него такой- не можешь победить- возглавь. Он нас в прошлом году так обманул. За свои интересы кого угодно подставит…Так что я за тобой прослежу.
-Договорились,- что-то мне не весело…и куда я влип?
78
30.06.2017 00:12

Вороны с Чистых Прудов. Весенний блюз-1.

-Я ж не просто так,- говорит Зигфрид,- во-первых, деньги есть, заплачу. А во-вторых…
У него делается хитрое лицо. Блин, я ещё ничего не сказал, но, он, кажется, уверен, что ему не откажут. Во всяком случае, он уже стащил сапоги, пальто закинул на вешалку, и выразительно смотрит в сторону кухни.
-Во-вторых,- продолжает Зигфрид,- я тебе могу помочь. Вот, прикинь, познакомился ты с девчонкой. И хочешь впечатлить её по самое не хочу. Идешь по Чистым и говоришь: « Я колдун», ну, или ещё чего-то в этом духе.
-И что? – я как-то связи не улавливаю.
-И то! – Зигфрид плюхается на мою кровать,- она тебе, конечно, не верит, а ты рраз! Руку поднимаешь и говоришь…ну, короче не суть важно, любую белиберду, а я рраз! И прямо тебе на руку прилетаю! Ага, смотри - я большой, чёрный, красивый! И тебя, типа слушаюсь! Типа я твой ворон, ручной, волшебный! И всё! А потом ты меня, типа отпускаешь, и я улетаю. А потом, если что, звонишь - и я тут как тут! Здорово, да?
Я смеюсь, что-что, а придумывать хитрые комбинации они умеют отлично.
-Договорились? – Зигфрид протягивает мне руку, я её жму. Не то, чтобы мне это было надо, но отказываться не хочется.
-Только как мама отреагирует,- сомневаюсь я, действительно, как объяснить маме наличие в квартире незнакомого парня? Я сажусь на стул и думаю. Ничего путного в голову не приходит.
-Ну…- Зигфрид чешет в затылке,- ну…может я племянник троюродной сестры вашего двоюродного дедушки со стороны матери? Короче, дальний родственник! Ага, из этой…как её…Тьмутаракани! И вообще, я ж ненадолго, и за постой заплачу. Ага, и за хавчик тоже! Вам что, деньги лишние?
-Нет у нас родственников в этой твоей таракани,- вздыхаю я,- у нас их вообще мало.
-Ну, так надо прибавить! – не сдаётся Зигфрид,- смотри, какой я хороший родственник! Прямо брат родной! Кстати…как насчёт пожрать? А то брат, понимаешь, приехал, а ты меня голодом моришь…
На заморенного он похож меньше всего, но я плетусь на кухню, по дороге придумывая версию для мамы. Как назло, ничего внятного не придумывается.
-Нет, ну я так и знал,- разочарованно заявляет Зигфрид, заглядывая мне через плечо в холодильник,- жрать нечего! Как вы вообще живёте, а? Так и сдохнуть недолго!
-Не сдохли вот как то,- огрызаюсь я,- вон, каша есть вчерашняя.
-Кашу сам лопай, а я сейчас пиццу закажу. На тебя брать?
-Бери,- смиряюсь я,- а остальные когда явятся?
-А я знаю? – хмыкает Зигфрид,- у Карла встреча…важная. Надеюсь. А Кларка присматривать будет. Так что я их пока не жду. Тебе с чем заказывать?
-С колбасой,- вздыхаю я. Отвязаться от него нет никакой возможности, и я с тоской думаю, что буду врать маме.
Зигфрид звонит, заказывает три пиццы. Потом, подумав, просит добавить ещё одну. Неужели три слопает? На мой немой вопрос поясняет:
-Мне две, тебе одной хватит, и одну- матери твоей, чтоб не обидно было. Когда люди сытые, они добрые, понимаешь?
Я понимаю. Он твёрдо решил жить у меня, потому и подлизывается.
-Слушай,- решаюсь ,- а что за голова вообще? Зачем она нужна-то?
-Голова, - он мрачнеет на глазах,- голова…а оно тебе надо? Ты её спрятал, ну и забудь! Нафиг она вообще…
-Оно мне надо,- я в этом твёрдо уверен, - не хочу, чтоб меня использовали втёмную! А то Дан привези, Дан спрячь, а зачем мы тебе не скажем, сиди, дурак…
-Да не дурак ты, чего обиделся-то! – Зигфрид ходит по комнате,- тут это…ну…меньше знаешь, крепче спишь! Блин, Карл бы тебе мигом объяснил! Может, ты у него лучше спросишь, а?
-Не лучше,- я уже упёрся,- не хочешь рассказывать, тогда вали отсюда. Видал я ваши страшные тайны в гробу и в белых тапках!
Зигфрид останавливается напротив меня, засовывает руки в карманы. Наклоняется, смотрит сверху вниз. Потом говорит, медленно, нерешительно:
-Понимаешь, Дан, я не самый умный в компании. И объяснять не умею, поэтому, Карл…
-А ты как умеешь, давай! – настаиваю я.
-Да никак не умею,- взрывается он,- чего ты меня мучаешь! Голову Кларка у Старого сначала спёрла, как только умудрилась, не понимаю, потом спрятала. А потом рассказала всем, где! Потому, что трепло и мелкая! А голова нужна чтобы мы слушались! А он её опять спёр, и спрятал. А она…
-Опять спёрла,- продолжаю я,- и спрятала. У меня, а я, как идиот, увёз и там тоже спрятал. И зачем эту голову все тырят и прячут? Я же вам говорил- заберите, а вы…
-Мы не можем,- вздохнул Зигфрид,- ты не обижайся, ладно? Тут не всё так просто…если бы мы могли пользоваться, так хрен бы мы её так прятать стали. Она не сама по себе, а как бы сказать…ну…если силы нет, то и с голой не будет, так, побрякушка. А если есть…
-Аккумулятор? – предполагаю я,- катализатор?
-Чего? – Зигфрид хлопает глазами,- не понял…
-Ну, силу проявляет, если она есть,- кажется, я тоже не умею объяснять, но он понимает. Ага, два дебила на одной волне.
-Именно,- Зигфрид улыбается,- вот! Проявляет! А ты тоже умный…скумекал. Мы-то другие, у нас и не работает. А ты с этой хренью таких дел можешь наворотить…
-Не могу, – поправляю я,- я то тут, а хрень- в Иванове осталась.
-Ну, да, -он снова плюхается на кровать, та аж скрипит,- но ты всё равно можешь. Как бы тебе сказать…там только скорлупа, а внутренность, она в тебе, понимаешь? И ты всегда её можешь…ну…
- Позвать?
-Ну, да! – Зигфрид явно рад, что я такой понятливый, - а больше теперь никто не может! Вот Старый и бесится, сволочь уродская,- он снова мрачнеет,- часы мои поломал…а это, между прочим, память была!
-О ком? – спрашиваю я, мне и правда интересно.
-Об учителе моём,- Зигфрид встаёт с кровати и подходит к окну,- он умер. Больше никто таких часов не сделает.
-Извини,- говорю я, - не буду спрашивать, если неприятно.
-Да ничего,- он присаживается на подоконник,- просто жалко. Он старый уже был, мастер-то, сам сказал, что устал уже. Хочешь, так расскажу, пока время есть…
-Давай,- соглашаюсь я, - всё равно делать нечего.
-Долгая история-то,- предупреждает Зигфрид. Но всё-таки рассказывает. История и правда долгая, и невесёлая.
-Слушай,- я размышляю вслух.- а мать сказала, что этого вашего давно знает! Чего-то странно, да?
-И правда,- Зигфрид сидит с ногами на кровати,- откуда бы? Кстати, хотел спросить, а отец твой где?
-Без понятия,- признаюсь я.- Слился. Давно ещё, мать не рассказывает, не любит вспоминать.
-Хм…- он чешет в затылке,- интересно, интересно… значит, мать тебе сказала, что старого давно знает? А ты его первый раз видел…и что отсюда следует?
-Что она соврала, - констатирую я, -или как?
-Или как,- Зигфрид прислушивается к шагам в подъезде,- или тебя от него прятала. А раз так…
В дверь звонят.
-Пицца приехала, -Зигфрид радостно бежит к двери. Я за ним, он открывает, расплачивается, забирает пиццу.
-Хоть поесть как люди, а то каша, вчерашняя…
Я ставлю чайник, пицца горячая, вкусная. Зигфрид мигом разделывается со своей долей, облизывает пальцы. Потом потягивается, говорит:
-Ладно уж, давай свою кашу…так и быть, помогу доесть!
Я смеюсь, он смотрит на меня, как на идиота.
-Ты же лопнешь,- сквозь смех поясняю я,- тебя легче убить, чем накормить…
-Вот и неправда,- он явно обиделся,- просто если никто вашу кашу не съест, то она испортится. А я на это смотреть не могу! У меня, понимаешь, детская травма…
-Ага,- я наконец перестаю смеяться,- ты не можешь видеть еду и не есть.
-Примерно так,- он тяжко вздыхает,- я не виноват. Ладно, каша подождёт до вечера. Я её на ужин съем. Ты давай мне спальное место покажи, я хоть вещички распакую.
-Так мама придёт…
-Ну, когда она придёт-то,- Зигфрид пожимает плечами,- чего время-то зря терять! Я, в принципе, могу и в кресле опять…
В двери поворачивается ключ. Я вскакиваю, ну вот, мама пришла, а я так ничего умного инее придумал… Зигфрид мнёт коробки из-под пиццы запихивает их в мусорку, делает невинное лицо.
-Мам,- говорю я, - мам, у нас гости. Это Зигфрид…можно он у нас поживет немного, а?
96
24.06.2017 19:08

Вороны с Чистых Прудов. Ретроспектива-2. Шутки и их последствия.

Он подошёл к стоящему на коленях Зигфриду, наклонился и приподнял полу пальто. Филин закопошился активнее, явно в надежде на скорое освобождение.
-Э, вы чего это? – попробовал возмутиться ворон, прижимая пальто к земле поплотнее.
-Что, так и будешь на коленях стоять? – сварливо спросил человек, - дай-ка я со старым знакомым побеседую.
-Беседуйте,- разрешил Зигфрид, но пальто не отпустил,– а я его подержу, нам так спокойнее.
Карл подошёл поближе, по- прежнему сжимая в руках грязный пакет. Даша обнимала всхлипывающую Клару, Сергей встал рядом с оборотнями.
Хранитель осторожно опустился на колени рядом с Зигфридом, тяжело вздохнул.
-Что же ты натворил, Иоганн? Теперь, сам, понимаешь…человеком тебе больше не быть.
Зигфрид удивлённо поднял голову.
-Да,- кивнул Хранитель,- будет филином доживать. Давай его сюда, помяли уже! В зоопарк отвезу, у меня там знакомый работает.
-В зоопарк? – ошарашено переспросил Карл,- это…
-Пожизненное,- откомментировал Сергей.
-По заслугам, - мстительно добавил Зигфрид,- пусть сидит в клетке. А я на него буду смотреть ходить. Ага, могу ему даже крысу на помойке поймать и принести! Пусть жрёт.
-Оштрафуют,- строго сказал Хранитель,- нельзя в зоопарке зверей кормить.
-Пускай,- Зигфрид приподнял край пальто, и Хранитель вытащил оттуда полностью дезориентированного филина,- хоть раз этот гад попробует, чем я по его милости питался! Даже штраф заплачу.
Хранитель выволок из кустов кошачью переноску и запихнул в неё филина. Тот явно со своей печальной судьбой смирился и не возражал.
-А теперь чертежи,- Хранитель протянул руку к Карлу. Зигфрид наклонился, поднял с земли свои часы, открыл крышку, что-то покрутил и приложил их к уху. Улыбнулся довольной улыбкой и спрятал часы в карман.
-Зачем? – Карл сделал попытку убрать пакет подальше от рук Хранителя,- мы их опять спрячем!
-Давай сюда,- скомандовал старик,- спрячут они… это не ваше. И часы где мои?
-С какого перепугу часы-то ваши? – ехидно поинтересовался Зигфрид,- часы мои! Мне их подарили. Вместе с чертежами, причём за работу! Всё по честному!
-Так…- Хранитель обвёл всех взглядом,- значит по-хорошему мы не хотим…
Он вдруг стремительным движением выхватил пакет у не ожидавшего такой прыти Карла и вытащил из него толстую пачку каких-то бумаг, завёрнутую в газету.
Карл хотел было возмутиться, но Зигфрид удержал его.
-Карлуша, дяденьке нужнее, отдай! Я как-нибудь без этого проживу…ну, или новый стащу.
-Что…- не понял Карл, -Зигги, ты чего?
Хранитель, поняв, что что-то тут не так, сдёрнул газету…над поляной раздался дикий хохот. Старик с отвращением отбросил прочь толстый журнал с голой грудастой девицей на обложке.
Поняв, что любое его действие сейчас вызовет только смех, Хранитель подхватил переноску с филином и быстро ушёл с поляны.
-Зигги, ты урод,- простонал Карл,- ты всех…всех…
-На…ал! – гордо заявил Зигфрид.- а ты- дебил, дебил! А сам…ой, не могу,- ворон согнулся пополам,- великий бой за порнушку…
-А какая у него рожа была…- Сергей вытирал глаза от смеха,- мужик такого явно не ждал…
Даша просто рыдала от смеха, Клара подвывала, уткнувшись ей в плечо.
-Но когда ты успел подменить-то? – спросил Карл.
-Да я и не менял,- признался Зигфрид,- я его давно тут прикопал. А как представил себе, вот они, такие все из себя важные, сядут, газетку развернут, а там…ну я и…
-Всё- таки ты редкостный дебил, - заключил Карл,- мог бы хоть намекнуть!
-Не, вдруг бы он догадался? – возразил Зигфрид,- а так – прикольно же вышло!
-Приколист,- фыркнул Карл,- ладно, забирай свои весёлые картинки и пошли отсюда.
-Да зафиг оно мне,- Зигфрид отодвинул журнал в сторону носком сапога,- пусть тут лежит, вдруг кому понадобится.
-Мусор надо убирать за собой,- строго сказал Карл,- не надо - в помойку выкинь!
-А через недельку в зоопарк надо сходить,- задумчиво произнёс Зигфрид,- как раз успею крысу хорошую поймать! Даже душить не буду, живую ему притащу. Я ж вообще-то добрый!
Через неделю.
Даша, весело напевая, шла домой. Настроение было на высоте, сегодня они с Карлом договорились встретиться и пойти куда-нибудь. В последнюю неделю августа вдруг потеплело совершенно по- летнему, и в Марьинском парке было людно и шумно.
-Здравствуйте,- на автомате поздоровалась Даша, увидев смутно знакомое лицо.
-Здравствуй, воронья игрушка,- усмехнулся Хранитель.
-Что? – девушка остановилась, хорошее настроение точно ветром сдуло.
-А ты не поняла? – старик покачал головой,- для них же это просто игра. Я тебя понимаю, с ними весело, но подумай сама! Это оборотни, враны. Они любят новые яркие игрушки, всю жизнь играют. Природа у них такая, с виду вроде бы взрослые, но как дети малые. Новая игрушка…и всё, они с ней не расстаются, пока не надоест. И не делают различий между живым и неживым- надоело- бросят.
-Нет,- девушка упрямо покачала головой,- неправда! Он не такой…
-Кто? Карл или Зигфрид? Они оба одинаковые! Я давно за ними наблюдаю, они и друг друга так же бросят, если это им будет выгодно. Видишь ли, девочка, все враны- эгоисты. Они просто не способны на человеческие чувства, любовь, привязанность- им это не знакомо!
-А как же…пары, на всю жизнь? – Даша стиснула в руках ремешок сумки.
-Кто тебе это сказал? – сухо рассмеялся старик,- какая чушь! Пары возможны только с существом своего вида. Запомни это! Вот тогда это на всю жизнь…пока один супруг не умрёт, конечно. Потом ищут новую пару, только и всего. А с тобой наиграются и выбросят, как надоевшую куклу. Они- не люди, пойми ты это, дурочка! У них другие правила, нельзя с ними как с людьми!
-Зачем…зачем вы мне это говорите,- выкрикнула девушка,- это неправда! Не так!
-Глупая девочка,- старик покачал головой,- ты так ничего и не поняла…мне просто тебя жаль. Подумай сама, какое у тебя будущее, с этими и без них. Они в любой момент тебя предадут. Просто потому, что они- это они, только и всего. Впрочем…решать тебе.
Он отвернулся от девушки и пошёл прочь. Даша осталась на месте, беспомощно хлопая глазами, в голове проносились какие-то отрывочные эпизоды. Внезапно в её поле зрения попал Карл, он стоял рядом, и, судя по бледному ошарашенному лицу, слышал весь разговор.
-Это правда? – спросила Даша.- Правда? Игрушка, да?
Карл молчал, Даша развернулась и, глотая слёзы, побежала прочь, не слушая его голоса…
Через месяц.
-Ну, Дашк, сколько можно, а? – Полинка потянула подругу за волосы,- хватит страдать! Пошли уже!
-Не пойду,- Даша отвернулась к окну,- я не страдаю. Просто не хочу никуда идти.
-Да пошли, давай!,- Полинка сдаваться не желала,- проветришься! По парку погуляем, компанией, сколько можно в ракушке своей сидеть! Смотри, солнышко на улице, бабье лето, чего ты как старушка старая, а?
-Отстань, - Даша резко встала,- Поль, не хочу я ничего! И вообще, скоро дождик пойдёт.
-Тётя Ань,- Полинка решила привлечь тяжёлую артиллерию,- скажите ей!
-Что сказать? – мать с улыбкой вошла в комнату.
-Что глупо дома сидеть в такую замечательную погоду, когда под окном парк и хорошая компания собирается,- заявила Полинка.
-Действительно, Дарья,- мать мигом встала на сторону коварной подруги,- иди. Прогуляйся, хватит чахнуть. Всякое бывает, что ж теперь…
Даша с тяжким вздохом отправилась одеваться. Не объяснять же всем, что она с недавних пор от каждой вороны шарахается. Ещё в психушку отправят, чего доброго! Единственный человек, который бы понял её страдания, брат, недавно уехал работать за границу, и поговорить было абсолютно не с кем.
-Пошли, пошли, - Полинка торопливо выпихнула Дашу из подъезда,- там ребята уже ждут!
Даша обречённо вздохнула. После разговора с Хранителем неделю она прорыдала, потом слёзы как-то сами собой закончились, и подруга решила, что клин надо вышибать клином. Так что Дашу, судя по всему, ждало очередное знакомство. Объяснять Полине, что знакомиться она ни с кем не хочет и вообще, было делом абсолютно бесперспективным, оставалось только смириться и приготовиться отшивать очередного кандидата.
-Привет! – весело закричала Полинка,- мы пришли!
-Привет, - парней было четверо, явный перебор на Дашин взгляд. Впрочем, к компании подошла ещё одна девушка, смутно знакомая.
-Представляете,- она удивлённо приподняла брови,- там на нашей скамейке какой-то панк с вороной на поводке!
-Да ну, не выдумывай,- засмеялся кто-то из парней,- скажешь тоже!
-Сам посмотри,- не сдавалась девушка (Настя, вспомнила Даша),- там бабка какая-то с собачонкой, ему говорит, типа, молодой человек, здесь не курят! А он сигаретку об лавочку затушил и отвечает: «Я не курю, я с птичкой гуляю!» А ворона как каркнет!
Даша побледнела, стиснула руки в карманах. Встречаться с птичкой в её планы не входило.
-Даш, ну ты чего, как привидение увидела,- забеспокоилась Полинка,- пошли посмотрим!
Даша помотала головой. Сейчас ей больше всего хотелось убежать домой и пореветь в подушку.
Внезапно её точно по плечу ударили.
-Каррр! – на плече у девушки сидела небольшая ворона с розовыми кожаными манжетками на лапках. Манжетки переливались стразами, ворона выглядела очень довольной.
-Кларка, куда тебя понесло! – раздался такой знакомый голос.
Даша обречённо подняла голову – по дорожке шагал высоченный парень в чёрном кожаном пальто.
-Привет…- растерянно сказала она.
-Привет,- Зигфрид протянул руку, Клара мигом сменила насест,- а мы тебя искали. Может поговорим, а?
-Проблемы? – парни как-то незаметно придвинулись поближе.
-Да нет,- Даша пожала плечами как можно независимее,- это знакомый. Я сейчас.
Зигфрид посмотрел на всех сверху вниз, осторожно взял Дашу под руку и повёл к ближайшей скамейке.
-Вас Карл послал, да? – Даша старалась не смотреть на оборотней.
-Ты чего,- удивился Зигфрид.- Я ему говорю- давай, я схожу, а он мне- не суйся, дебил…а сам…в общем плохо. Вообще, всё плохо. Иначе я бы не стал, понимаешь…
-Мне, знаешь тоже, не слишком хорошо,- сварливо сказала Даша.
-Да я вижу,- Зигфрид ссутулился, вытащил пачку сигарет, повертел в руках, сунул обратно в карман,- Я понять не могу, что случилось-то?
-Не хочу быть игрушкой,- резко бросила Даша,- понятно? Враны, говорят, игрушки любят, новые и красивые. А как наиграются, бросят и тю-тю! Что. Не так?
-Ты…ты чего? – Зигфрид захлопал глазами,- кто это сказал? Ты что, не поняла…
-Неважно,- Даша вскочила,- всё я поняла. Вы же не люди, как, весело поиграли? Забавно же, да? Я оценила.
-Да не так всё было,- закричал Зигфрид,- я не знаю, кто тебе мозги запудрил этой белибердой! Но, блин, я тебе не врал, когда ты про пары спрашивала, а вы однозначно были пара! И теперь вы оба, пойми ты, оба в одинаковом дерьме! А я так не могу…
-А тебе то что,- Даша пожала плечами,- подумаешь…пара, не пара, сколько их таких у вас!
-Один раз в жизни,- тихо сказал Зигфрид,- только один раз…и у Карла он был. С тобой. Больше не будет.
-Так не бывает,- Даша села рядом с вороном,- ты врёшь.
-Не вру,- Зигфрид на секунду закрыл лицо руками, потом посмотрел на Дашу,- у нас только так и бывает. Я понял, это Старый тебе навешал, да? Про игрушки. Отомстил за ту мою шутку, блин, если бы я знал, я бы ему сам всё отдал! Принёс бы на блюдечке, с золотой каёмочкой! Только бы он вас с Карлом не трогал!
Даша с удивлением вгляделась в лицо собеседника. Оборотень чуть не плакал, бледный, на щеках красные пятна. «Не врёт», пронеслось в голове. В следующий момент ей представился Зигфрид с упомянутым блюдечком и она, не удержавшись, спросила:
-А где бы ты блюдечко взял?
-Блюдечко? – Зигфрид удивлённо уставился на девушку,- а, блюдечко…ну, спёр бы где- нибудь!
-Я ничего не обещаю,- Даша вздохнула,- ну, ты понимаешь…
-Понимаю,- эхом откликнулся Зигфрид,- но ты всё-таки подумай…
-А ты в зоопарке был? – вспомнила вдруг Даша,- он там?
-Ага,- улыбнулся Зигфрид,- сидит! Я уже три раза ходил, и крысу носил! Только там не решётка, а стекло, не вышло ему крысу подкинуть. Я её ему только показывал, а он, гад, отвернулся, типа знать меня не желает. Так и пришлось выкинуть, вонять уже начала.
Клара, во время разговора смирно сидевшая на спинке скамейки, слетела на руки к девушке и заглянула в лицо. Даша погладила её по голове.
-Ты это,- Зигфрид встал,- я понимаю…но если что, ты просто погуляй по Чистым, ну, или по Маросейке…по Покровке тоже можно. И вот ещё…в интернете про воронов и ворон почитай. Там конечно туфты много, но в основном верно. У ворона на всю жизнь может быть один друг…у меня был, твой дед. Ну, человек- друг. Больше не будет…
Ворон шмыгнул носом. Даша тоже встала, и осторожно обняла его, прижалась на секунду. Потом отстранилась, спросила:
-А про своего отца ты не узнал?
-Узнал,- Зигфрид вытащил из кармана грязный носовой платок, вытер нос,- Старый мне рассказал. Мой отец, он тоже оборотень был, просто мать, она птица, ну, и он как птица жил, в основном. А тогда перекинулся, ну и его какой-то нарик убил. На дозу не хватило, увидел мужика приличного, и… а у него же документов не было, откуда у нас документы…даже не знаю, где похоронили.
-Извини,- Даша положила руку на рукав пальто,- я не знала…
-Да ладно,- Зигфрид улыбнулся, - я сам не знал. Жалко, конечно, а что делать…ну, ты это, всё-таки, приходи на Чистые, а? Мы подождём…
Маленькая смешная ворона в розовых манжетках каркнула, присела на плечо Даши и потянула за волосы.
-Я не обещаю, но…-Даша замялась,- в общем, я…
-Ты просто приходи, ладно? – Зигфрид взял Дашу за руку,- можно и не на Чистые…
-Я помню, Маросейка, Покровка…- Даша пожала руку оборотня,- ты только с Кремлём поосторожнее, ладно? А то президент, наверное до сих пор тебя помнит.
-Ага,- согласился Зигфрид, - значит, мы ждём. Ты только это, Карлуше не рассказывай, что мы тут были, ладно? А то разорётся…обидится, я-то привычный, а мелкая -нет. А если что, вали на меня, так и говори - это всё Зигфрид, он дурак и дебил.
-Договорились,- Даша рассмеялась,- я запомню!
Клара беспокойно закаркала, взлетела на голову Зигфриду. Он снял ворону, пересадил на согнутую руку.
-Пора нам, наверно…а то вон, твои приятели меня бить собираются.- усмехнулся Зигфрид.
-Идите,- вздохнула Даша,- а то дождь скоро пойдёт.
-Сейчас,- Зигфрид порылся в карманах, выудил огрызок карандаша и кусок бумаги. Судя по виду и запаху, в бумагу когда-то заворачивали шаурму. Он быстро что-то нацарапал на бумаге и сунул её Даше.
-Вот, телефон мой, ты это, звони…
-Хорошо,- Даша аккуратно сложила бумажку и сунула в сумку. Потом присмотрелась к оборотню и задала давно мучивший вопрос:
-А как твои крылья? Ты можешь уже летать?
-Конечно!- просиял Зигфрид,- я же птица! И никто у меня этого не отнимет!
Даша отошла к своей компании, и долго смотрела вслед удаляющемуся парню с вороной на плече…
113
23.06.2017 15:05

Вороны с Чистых Прудов. Ретроспектива-2. Сражение.

С утречка всё пошло шиворот- навыворот. Карл решил спать на табуретке в прихожей, чтоб Зигфрид не смылся раньше времени, несмотря на клятвенные обещания и двойную дозу супрастина на ночь. Приняв птичий вид Карл сел на ножку положенной на бок табуретки и задремал. Вскоре в квартире всё затихло. Спать на ножке табуретки было неудобно, и Карл всё время съезжал и просыпался. Потом он переместился на пол и попробовал спать в позе «дохлой птички», так любимой Зигфридом, но стоило ему задремать, как кто-то прокрался мимо.
-Куда? – мгновенно перекинувшись, зарычал Карл.
-В туалет,- удивлённым шёпотом ответила Даша,- ты чего?
-Блин.- Карл почувствовал, как горят уши,- я думал это Зигги опять…
Даша смущённо хихикнула и скрылась за вожделенной дверью.
Карл прислонился спиной к стене, вытянул ноги и снова задремал. Даша тихонько прокралась мимо, стараясь не разбудить оборотня.
Карл спал, и ему снилось , что он идёт по какому-то не то парку, не то лесу, кругом росли деревья, посреди зарослей стояли детские горки и песочницы. Под каждой песочницей был тайник, и в каждом тайнике лежали разнообразные часы. Над песочницами летали филины, стаями, а Зигфрид с банкой пива нёс под мышкой рулон чертежей. На этот раз его разбудили не шаги, а грохот и матерная ругань.
Карл вскочил, как ужаленный - ему спросонья мерещились стаи филинов, но это оказался один-единственный ворон. Сонный Зигфрид, в состоянии зомби, отправился навестить холодильник, забыв, что спит в кухне, но запнулся об отвергнутую Карлом табуретку и окончательно доломал её.
-Вы чего, а? - из комнаты высунулась заспанная Даша, кутаясь в одеяло, в кухне недовольно каркала проснувшаяся Клара.
-Карлуша,- Зигфрид наконец встал,- ты зачем тут баррикад настроил?
-Чтоб ты не сбежал, лишенец,- проворчал Карл,- тоже в сортир попёрся?
-Не… - Зигфрид замотал головой,- я водички попить…
-Иди, пей, отливай, и если кто-нибудь ещё до утра тут шататься будет - сам убью, без посторонней помощи,- пообещал Карл, снова пристраиваясь у стенки.
-Может тебе одеяло с подушкой принести? – предложила Даша,- или ты уже в кровать пойдёшь?
-Я сторожить буду,- угрюмо сказал Карл,- я тут некоторым не доверяю, потому, что один бегает, а вторая дрыхнет, как пожарник!
Обиженная Клара каркнула как-то особенно противно и затихла. Зигфрид открыл в ванной кран и, судя по проведённому там времени, выпил литров десять воды. Наконец все снова устроились спать.
Карл проснулся, когда солнце светило уже вовсю. Он лежал в прихожей, свернувшись клубком у двери. Кто-то подсунул ему под голову подушку и заботливо укрыл одеялом. В кухне о чём-то шептались, пахло едой. Оборотень сладко потянулся, вдруг в мозгу точно молния вспыхнула: «Проспал!» Карл вскочил, как пружиной подброшенный.
-Сколько времени, уроды? Вы чего меня не разбудили?
-Разбудишь тебя,- проворчал Зигфрид,- ага! Я хотел…
-Я не дала,- призналась Даша,- ты так спал хорошо. И ночью тебя все будили.
-Ага,- наябедничал Зигфрид,- Карлуша, она мне угрожала! Половником! Сказала, что в лоб даст!
-И что делать,- вздохнул Карл,- вот и составляй с вами планы…ладно, сейчас мы в Филёвский парк, а вы тут сидите! И без моего звонка с места не трогаться, ясно?
-Ясно,- Даша улыбнулась,- ты умойся и завтракать приходи.
Клара вспорхнула брату на плечо и подёргала за волосы. Карл машинально почесал ей голову, ссадил на стол и отправился в ванную.
После завтрака оборотни отправились в Филёвский парк. Даша вымыла посуду, Клара развлекалась, прыгая со стола на пол. Понаблюдав за вороной, девушка спросила:
-Не получается? Думаешь, от удара получится? Лучше не надо, ещё лапку сломаешь.
Клара влезла к ней на колени, Даша почесала ей грудку. Зазвонил телефон.
-Дашка,- Сергей задыхался, точно от быстрого бега,- приезжай сейчас же в Филёвский парк! Вход рядом с «Пионерской», не копошись!
-Сереж, погоди,- растерянно захлопала глазами Даша,- там ребята…
-Да в том и проблема! – крикнул брат,- дозвониться не могу, а их там ждут! Сестричка-ворона с тобой? Пусть она их с воздуха поищет! Надо предупредить…
Даша вскочила и лихорадочно заметалась по квартире, впопыхах выскочила за дверь, чуть не прихлопнув Клару, и на ходу застёгивая куртку, помчалась вниз по лестнице к метро. Ворона с воплями вилась у неё над головой.
Даша бежала от станции метро до входа в парк. Влетев в ворота, она остановилась, завертела головой, потом сунула руку в карман… телефона не было. В спешке сборов девушка бросила его на диванчик в кухне, да так там и оставила.
-Что же делать…- беспомощно пробормотала она. Искать двух оборотней в огромном парке, который скорее походил на несколько окультуренный лес, казалось совершенно невыполнимой задачей. Клара каркнула и взвилась в воздух , Даша поправила ремешок сумки на плече и пошла куда глаза глядят. Минут через двадцать, когда девушка совершенно точно поняла, что заблудилась, на плечо приземлилась довольная Клара.
-Нашла? – Даша смотрела на маленькую ворону с беспокойством.
-Кар! – гордо, тоном не вызывающим сомнений заявила Клара, и добавила,- кар, кррра!
Пробираясь через кусты под направляющее карканье, исцарапанная колючими ветками Даша наконец увидела маленькую полянку. На полянке стоял Карл, сжимая в руках грязный пластиковый пакет. Даша хотела было броситься к оборотню, но Клара предостерегающе цапнула её за волосы.
-Ой,- Даша махнула рукой, но в тот же момент застыла – из кустов, навстречу парню вышел незнакомый старик. Клара осторожно пробралась поближе, Даша встала на четвереньки, и, не заботясь о чистоте джинсов, поползла следом.
-Давай сюда,- сухо сказал старик и протянул руку к пакету,- надеюсь, с ними всё в порядке.
-С какого хрена, дяденька? – фыркнул Карл,- шли бы вы…лесом!
-Какой наглый воронёнок,- усмехнулся старик, глядя на Карла круглыми, немигающими глазами,- по-хорошему не хочешь. А где твой приятель? Помнится, тебе очень часики его нравились…
С этими словами старик вытащил из кармана прекрасно знакомые Карлу серебряные часы на цепочке.
-Ну, что, они? – ехидно поинтересовался старик, - глупые дети… Вы что, всерьёз думали меня перехитрить?
Внезапно старик стремительно бросился в сторону и выхватил из куста неосторожно подобравшуюся слишком близко Клару. Карл охнул и чуть не уронил пакет.
-Ну, а теперь поговорим,- старик бросил часы на землю и схватил ворону поудобнее, обеими руками, - я так понимаю, что это твоя любимая сестричка? Интересно, сможешь ты мне помешать, если я захочу свернуть ей шею, а?
-Пусти мелкую, - сквозь зубы прорычал Карл,- пусти её, урод!
-Скажи «пожалуйста» ,- издевательски хихикнул старик,- и приятелю твой пусть вылезает. Нечего по кустам шарахаться, ещё птичий грипп прицепится! Ну, я кому сказал! А то…
И старик стиснул шею Клары. Из кустов напротив Даша выбрался Зигфрид. Вид у него был виноватый, пальто он снял и волочил за собой.
-А тебе что, особое приглашение нужно,- сварливо окликнул кого-то старик,- думаешь, что успеешь меня сзади достать? Быстро вышел и встал с этими…
Даша сунула в рот кулак, чтобы не закричать, сейчас старик стоял к ней боком, а из кустов появился её брат, такой же сконфуженный, как и Зигфрид.
-Быстро, кинул сюда пакет,- скомандовал старик,- я так понимаю, что господин Сильверкрафт прячет здесь только часть документации, верно? Так что сейчас мы с вами пойдём отсюда к выходу. Вернее я, господин Сильверкрафт и эта милая птичка. А вы, молодые люди, останетесь здесь. Иначе малышке будет очень нехорошо!
Клара слабенько трепыхалась и полузадушено каркала. Даша, поняв, что её не замечают, стала лихорадочно обшаривать карманы куртки, в карманах, как назло, не было ничего полезного. Улов оказался более чем скудным: рублей пятьдесят мелочи, банковская резинка и нерабочая пальчиковая батарейка.
-А что…а если… - лихорадочно забормотала девушка, ссыпая мелочь в карман и прилаживая резинку на пальцы. Потом она пристроила в середину импровизированной рогатки батарейку, тщательно прицелилась и… батарейка ударила старика прямо в лоб.
Он от неожиданности ухнул совершенно по-совиному и чуть ослабил хватку, но Кларе этого оказалось достаточно, она вывернулась из стариковых рук, упала на землю и перекинулась. Парням понадобилось несколько секунд, чтобы оценить ситуацию, но старик пришёл в себя ещё быстрее, и вот с поляны взлетает огромный филин. Даша, с воинственным воплем выскочила из кустов и запустила в птицу горстью мелочи. Филин на секунду замешкался, но эта заминка оказалась для него фатальной - Зигфрид мгновенно накинул на него своё пальто и навалился сверху, прижимая к земле.
-Чуть не опоздал,- на полянке появился немолодой человек, с которым Карл разговаривал по дороге из магазина,- ну, да я вижу, вы и сами вполне справились…
86
наверх