Питер

Я уже выкладывал часть этого стихотворения. А теперь хочу показать окончательный вариант. Не обессудьте, что повторяюсь.

Холодный красавец великий,
Взошедший звездой на рассвете.
Безумства страстей и религий
Промчались по улицам этим.

Петром нареченный столицей,
За три необузданных века,
Он видел различные лица,
Входил много раз в одну реку.

Он знал и царей, и холопов,
Качал колыбель революций.
Окутан был сетью окопов...
А воды опять разольются.

Застыл Исаакий под медью,
И золотом с кровью узоры...
Страну развернул на столетье
Единственный выстрел Авроры.

Давно стала Биржа музеем,
Два века последней тут сделке.
И остров по клеткам линея,
Все ходят на Ваське по стрелке.

В ночной горделивой осанке
Мостов разводных перекличка.
Внизу же, у самой Фонтанки,
Из бронзы чирикает птичка.

По Петропавловке гордо
Пройтись, пред величьем робея.
И крепость застывшим аккордом
Как-будто одета в ливрею.

Укрылись дома по погоде.
И Зимний как-будто на страже.
Дворцовая площадь приводит
По залам бродить Эрмитажа.

И в светлую пору ночную,
Когда всё полно чудесами,
Сенатскую площадь минуя,
Под алыми плыть парусами.

Тут Пушкин у века вначале
На Невском катался в карете
И первыми тут прочитали
Все новости в первой газете.

Кунсткамера тянет магнитом,
Вскрывая людские пороки.
Раскиданы вечным гранитом
Преданий живые уроки.

Адмиралтейской иглою
Всё небо над Питером сшито.
И Всадник над невскою мглою
Для города словно защита.

Пожар пережил и блокаду.
Кровавым прошло воскресенье.
Сложились в живую плеяду
Истории разные звенья.

Здесь каждый булыжник пропитан
Событый немыслимых грудой.
И каждый был миг неожидан,
И каждый - ценней изумруда.

Я, Питер, к тебе приезжаю.
Ты вновь неожиданно разный.
Людей сквозь столетья сближая,
Величественный и прекрасный.