Друзья, я не знаю, что курит Татьяна из Амстердама

Друзья, я не знаю, что курит Татьяна из Амстердама. Сразу скажу что все совпадения случайны. Это художественный вымысел. ( Статья 44 1. Каждому гарантируется свобода литературного, художественного, научного, технического и других видов творчества, преподавания. Интеллектуальная собственность охраняется законом)

Татьяна, Нидерланды, Амстердам писала: «Почему Вы тогда взяли конкретного человека в качестве прототипа?» Я ответил: потому что я не знаю ни одного писателя, который не писал без прототипа. Вы чего? Это база. Любой автор отталкивается от живых людей. Вопрос не в том, брать или не брать прототип. Вопрос в том, как с ним работать. Я не называю имен, не сливаю личные данные, не клевещу. Я беру тип, интонацию, ситуацию. Татьяна, вы в Амстердаме, может, там легалайз ударил в голову, но в литературе так работает уже лет пятьсот.

Дальше — больше. Елена, Москва, 48 лет. Сначала она пишет Владимиру: «Владимир, Россия, Москва писал: Девушка, ацтаньте от блогов!!😪 Не могу. С молчаливого согласия каждого это становится нормой». А потом она мне заявляет: "Вы писатель?" Не м....ть. Трубогиб 8 разряда. Очевидно что блоги созданы для писательства».

Елена, дорогая. Владимир просит тебя отстать от блогов. Ты говоришь «не могу». И тут же лезешь учить меня, что такое писательство и кто имеет право называться писателем. То есть ты сама признаёшь, что не можешь остановиться, но при этом требуешь, чтобы я соответствовал твоим стандартам? Ты опровергла саму себя быстрее, чем я дописал этот абзац.

Я тебе объясняю простую вещь. Если бы я писал журналистское расследование для СМИ и называл имя конкретного человека с его биографией — да, я должен согласовывать. Но я пишу художественный рассказ. В рассказе я могу взять черту, интонацию, ситуацию. Это не «прототип» в юридическом смысле. Это материал. Ты, Елена, когда готовишь ужин, ты же не спрашиваешь у курицы разрешения, прежде чем её зажарить? Вот и я не спрашиваю. Я беру то, что вижу, и делаю из этого текст.

Но знаете, что меня реально убивает? Елена, 48 лет, Москва. И Татьяна, Амстердам. Обе полезли защищать Алевтину. Ту самую, которая в 02:16 ночи пишет про космодромы и порталы. Ту самую, которая без работы, с весом 75 кг при росте 162 см, требует мужчину с вертикальным габаритом и стабильным энергопотоком.

Татьяна, вы в Амстердаме. Там легализовано много всего. Но, может, хватит? Прототипы были у Достоевского, у Толстого, у Чехова. Они не спрашивали разрешения. Они наблюдали, запоминали, перерабатывали. Я делаю то же самое. Только вместо «Братьев Карамазовых» у меня пост про маркетолога Олю и вечную девочку. Разница в масштабе, а не в методе.

Елена, ты ещё и плюсы с минусами считаешь под постами. +549 / -47. Тебе 48 лет. Москва. Может, вместо того чтобы считать лайки и дизлайки у чужих текстов, ты займешься своей жизнью? Сходи в спортзал. Найди работу. Познакомься с живым мужчиной. А не сиди в блоге у трубогиба 8 разряда и не учи его писательскому ремеслу. И не пиши Владимиру про «ацтаньте». Сама отстань.

И последнее. Дамы, все трое — Алевтина, Елена, Татьяна. У вас одна проблема. Вы не поняли, чего хотите, в 25. Не поняли в 35. В 45 вы решили, что проблема в мужиках. В 47-48 вы пишете посты про порталы, прототипы и трубогибов. А время идет. Космодромы не строятся. Дети не рождаются.

Я не злой. Я просто говорю правду. Вы хотели честности — получите. Идите в известное путешествие со своими прототипами и разрядами. Идите рожайте, пока не поздно. Или не рожайте. Но тогда не учите меня, как писать рассказы. У вас для этого нет ни квалификации, ни возраста, ни детей, ни мужа. Только амстердамские травы, московские лайки, бессонные ночи в 02:16 и полная уверенность в своей правоте.

С уважением к тем, кто реально строит, а не комментирует.
Сергей Маузер, трубогиб 8 разряда. И писатель. Без вашего разрешения.