Пост 173 от 24.07.2025

🇷🇺R.OSO
9670 подписчиков
Вы подписаны


Через две недели я понял, что зря на ней женился!!!!



Меня зовут Жека, мне 24. Живу в деревне, работаю охранником в ночную смену в городе. После школы пошёл в армию — срочную оттоптал честно, без косяков. Вернулся другим: с мозгами, с плечами пошире и с пониманием, что жизнь — это не прогулка по плацу.

До армии встречался с одноклассницей, зовут её Лена. Такая... простая, хохотушка, язык подвешен. Пока служил, мы переписывались. Не каждый день, но стабильно. Я писал — она отвечала. Приехал в отпуск — встретились, потом дембельнулся — и опять к ней. Друг мой, Санька, тогда и сказал:

— Зря ты снова с ней замутил. Она частенько по клубам моталась.

— Да ладно, — говорю. — Она ж меня дождалась.

Он пожал плечами, а я думал, что просто завидует. Год мы после армии вместе жили — то у неё, то у меня. Потом предложил ей пожениться. Свадьбу справили в деревне — с гармошкой, самогоном, драками по пьяни и речью дяди Гены, которая длилась полтора часа.

Через день уехали в Москву — так сказать, мини-медовый. Хватило на пару фоток у Кремля, шаурму на Курском и одну ссору в хостеле из-за того, что она хотела в кафе на Патриках, а я — в "Теремок". Вернулись. У меня отпуск заканчивался, надо было на смену выходить.

Первую ночь после возвращения. Только начал обход, сел в подсобке — попить чай. Санька мне скидывает видео. Открываю — и будто током по спине.

На видео — Лена. Моя жена, с которой я две недели назад клялся в любви и делил кровать. Сидит в баре. Не одна. Сидит на коленках у какого-то левого типа, целуется с ним, как будто они десять лет женаты. Обнимаются, ржут, пьют коктейли.

Пишу Саньке:

— Это когда было снято?

Он:

— Да это сейчас. Я в баре, она тут, с этим типом. Я как увидел — офигел.

У меня перед глазами темнеет. Пульс — как после стометровки. Одеваюсь, выбегаю. Охранник у ворот:

— Куда, Жек? Ты же на смене.

— Мне домой. Срочно. Умерла совесть.

Сел в тачку. Еду. Светофоры не вижу. Музыку не включаю. В голове одна мысль: зачем?

Доехал за час с копейками, хотя обычно два еду. Подлетаю к бару — у нас в деревне он один, на центральной улице, такой с выцветшей вывеской и трещинами на ступеньках.

И вот они — выходят навстречу. Он держит её за талию, она смеётся, волосы растрёпаны, платье поднято, каблуки в руках. Пьяные оба, как пробки.

Я встал прямо перед ними. Она аж икнула:

— Ой, Жека?..

— Ага. Привет. Не ждал?

Он не понял, кто я.

— Ты кто такой вообще? — начал быковать.

Я молча подхожу, пару слов без мата — и врезал ему. Один раз, потом второй. Он упал, заорал, захныкал.

— Я не знал, что она замужем! — верещал.

— А ты знала? — спрашиваю её.

Она стоит, губы дрожат.

— Я… выпила… просто танцевали…

— На коленях? С языками?

Схватил её за шкирку — аккуратно, не грубо, но жёстко — и повёл домой. По дороге молчали оба. Она пыталась что-то лепетать, типа:

— Это ничего не значит… Я думала, ты не узнаешь…

И вот в этой фразе — вся суть. Не то, что не сделала. А то, что думала, что не узнаю.

Дома бросила сумку, села на диван.

— Ну прости… я реально не хотела… это алкоголь, девочки…

— Девочки? Ты с ним в баре вдвоём.

— Они ушли…

— Ты мне сколько врала? Только после свадьбы или ещё до неё?

Она замолчала. Потом выдала:

— Да какая разница? Теперь ты всё равно меня не простишь…

И вот в этот момент я понял: она знала, что это конец. Но всё равно пошла на это. Значит, не случайность. Значит — с головой.

На следующее утро я подал на развод. Без истерик, без скандалов. Просто пошёл и подал.

Санька сказал:

— Я тебе говорил.

А я только пожал плечами:

— Я должен был сам пройти через это. Чтобы выучить.

— Чему тебя это научило?

— Что лучше слушать не сердце, а глаза. И уши. Особенно уши друзей.

Теперь, когда я слышу, как кто-то рассказывает: «Женился, потому что она хорошая, скромная, своя», — я только усмехаюсь. Проверять надо не за руку в ЗАГСе, а до. В быту. В баре. В компании. Там видно, кто рядом. А кто — просто ждёт, когда ты уйдёшь в ночную смену.

Лена так и не извинилась по-настоящему. Прислала одно сообщение:

«Ты перегнул. Можно было и поговорить».

А что тут говорить? Когда человек, которому ты клялся в верности, через две недели после свадьбы сидит у чужого мужика на коленях — все разговоры уже лишние.

Сейчас работаю, как и работал. Выхожу в смену — спокойно. Без ожидания сообщений. Без фальши. Когда возвращаюсь домой — пусть пусто, зато чисто.

Пельмени — сам. Стирка — сам. Но зато и голову никому не морочат. И я никому.

Иногда мне говорят:

— Не рано ли женился?

А я отвечаю:

— Поздно развёлся.

Пусть следующий раз будет без торопливости. Без иллюзий. С открытыми глазами и закрытым сердцем — до поры.

Потому что вторую такую ошибку я себе уже не прощу.