Мой Воронеж. Я требую продолжения банкета!

После окончания Великой Отечественной войны, вернувшись в Москву из эвакуации, мама Юрика, Ольга Михайловна, списалась с приятельницей (а может быть, и родственницей) и договорилась, что её сын приедет в Воронеж «на яблоки», дабы поправить силы и подкормить растущий, полуголодный организм в южном городе фруктами и овощами.

По стечению обстоятельств, подруга мамы (а может быть, и родственница) жила в то время в Яме Мандельштама, сейчас это улица (переулок) Швейников, в доме, где ссыльный поэт десять лет назад, до приезда Юры, отбывал наказание…

Родители Юрия познакомились именно в Воронеже. Его дед и отец были коренными воронежцами, а вот мама появилась на свет в Таганроге.

Дед Юрия, Василий Николаевич, слыл известным в городе купцом и уважаемым человеком. Свой трудовой путь начал от подмастерья сапожника и дорос до крупного торговца кожевенными, скобяными товарами и обувью. За свой недюжинный ум и деятельность четыре раза избирался гласным в Воронежскую городскую думу.

Его сын (отец Юрия), Василий Васильевич, мечтал стать артистом и тайком, как гласит легенда, уехал в Москву, поступил в консерваторию и брал уроки вокала. Итог оказался предсказуем: пришлось подчиниться воле отца и получить нужный и полезный диплом юриста.
Но всё же, любовь и тяга к театру осталась в душе до конца жизни, её нельзя было выжечь даже калёным железом. И эту страсть к сцене в полной мере реализовал его сын Юрий, который худым подростком, хрустя сочным яблоком, видел как некогда зажиточный купеческий город поднимался из руин. Он видел город, который сберёг рукописи опального Мандельштама и подарил их миру. А с дореволюционных времён жива фотография старого Воронежа, где на одной из крыш соляного склада (современная площадь Ленина) красуется рекламная вывеска деда Юрия Васильевича Яковлева…

Ирония судьбы, или с наступающим новым годом…