Просматривая на днях газету МК, прочёл на последней странице в рубрике Дни рождения несколько строк: "Любовь Виролайнен(1941) — актриса театра и кино, заслуженная артистка РСФСР."
Любови Ивановне Виролайнен исполнилось 85 лет. Подумалось: вот так проходит земная слава. Всего две строчки в газете. А в70-е годы её фото красовалось на обложках журналов, она входила в число самых красивых актрис советского кино. Три раза она признавалась лучшей актрисой года за роли в кинофильмах.
Но прославленной кинозвездой она стала не сразу.
Кинозвездой её сделал известный в то время и знаменитый кинорежиссёр Сергей Аполлинариевич Герасимов (1906-1985). Сейчас это имя ни о чём не говорит, но в Советском Союзе на протяжении многих десятилетий он был главным авторитетом по всему кинопроизводству.
Кроме того, что он сам снимал многие фильмы, которые стали классикой, такие, как "Молодая гвардия", "Тихий дон", он ещё был и актёром, и сценаристом, и педагогом - профессором ВГИКА, занимал массу общественных и государственных постов.
Но уникальность его была ещё и в том, что ему удавалось делать то, чего хотели все главные руководители СССР: от Сталина до Брежнева. И они его любили, засыпАли званиями и наградами. Уровень его авторитета и значимости в Советском Союзе подтверждает перечень наград и званий.
Академик, Герой Социалистического Труда, народный артист СССР, лауреат Ленинской премии, трёх(!) Сталинских премий, Государственной премии СССР и премии Ленинского комсомола, кавалер четырёх(!) орденов Ленина и многих других наград.
Ещё одна уникальность его была в том, что он постоянно влюблялся.
Притом по-настоящему. Так у него был устроен головной мозг и соответствующие его структуры. Некоторые один раз за всю жизнь не могут влюбиться, а этот как заведённый — постоянно!
При этом он влюблялся не в кого попало, а в исполнительниц главных ролей в фильмах, которые сам же и снимал.
А на главные роли, как известно, приглашают самых красивых и талантливых.
Первый раз он влюбился ещё в 30-е годы прошлого века в молодую тогда Тамару Макарову (1907-1997), исполнительницу главных ролей в его фильмах, со временем ставшую народной артисткой СССР, Героем Социалистического Труда, лауреатом двух Сталинских премий, профессором, кавалером двух орденов Ленина, которая на всю жизнь стала его женой. (Мужикам на заметку: вот как надо уметь продвигать своих жён! Правда, до этого надо суметь сначала продвинуться самому).
Кстати, его женитьба на Т.Макаровой нисколько не помешает ему постоянно влюбляться в других красавиц.
Так, во время съёмок фильма "Молодая гвардия" С.Герасимов влюбляется в Нонну Мордюкову, тогда 20-летнюю студентку ВГИКа и исполнительницу роли Ульяны Громовой, несмотря на то, что ему было уже за 40. Накупает подарков и едет в Ростовскую область к матери Н.Мордюковой, чтобы та дала согласие на его брак с Нонной, несмотря на то, что он, естественно, пока женат. Мать Нонны даже не стала его слушать и выгнала из дома. Увы! Даже у великих бывают проколы...
Потом были новые фильмы и новые влюблённости. Снимая фильм "У озера" влюбляется в молодую тогда Наталью Белохвостикову. Ну, а как устоять: ему всего 60, а ей уже 20... Характерная деталь: после окончания съёмок его любовь к исполнительницам главных ролей пропадает, вроде ничего и не было. Так было всегда.
Но не в этот раз. В этот раз его накрыло!
В начале 70-х С.Герасимов задумал снимать очередной фильм. Стал искать красавицу на главную роль, чтобы заодно и в очередной раз влюбиться. Пригласил знаменитую тогда Светлану Светличную, которая после фильма "Бриллиантовая рука" считалась секс-символом всего Советского Союза. На его удивление Светлана отказалась. Она прекрасно понимала, для чего её приглашают, тем более, она была замужем, и решила, что не стоит терять семью ради недолгой любви С.Герасимова.
Тогда С.Герасимов приглашает молодую, но не очень известную артистку Ленинградского БДТ Любовь Виролайнен, сыгравшую всего в нескольких фильмах. Он запомнил её по небольшой роли в фильме "Дорога домой". Прокрутил фильм, остановил на крупном плане — да, это она! Подойдёт! Навёл справки: замужем, сын, хорошие рекомендации, талантливая, очень красивая. Немного смутила разница в возрасте (35 лет), но он уже знал по собственному опыту: попытка — не пытка.
Позвонил ей сам, пригласил на пробы.
Она приехала в Москву через неделю — растерянная, взволнованная, не понимающая, зачем ей позвонил сам Герасимов, почему выбрал именно её, что увидел в маленькой роли из провинциального фильма.
Но когда вошла в павильон и встретилась с ним взглядом, вопросы исчезли. Стало понятно всё.
Режиссёр смотрел на неё не как на актрису. Он смотрел как мужчина на женщину, как художник на музу, как человек, который уже всё решил.
Пробы прошли блестяще. Виролайнен играла естественно, тонко, точно. Герасимов сидел в кресле режиссёра и не сводил с неё глаз. "Она идеальна. Именно такой он её видел, именно такой представлял". "Роль Ваша", — сказал он после последнего дубля.
Виролайнен вернулась в Ленинград собирать вещи. Она не понимала, что собирает их не просто на съёмки — она собирает их в другую жизнь.
Вскоре начались съёмки. Несмотря на холодную зиму, в павильоне было жарко, атмосфера накалённая. И с первого же дня все поняли: что-то пошло не так.
Герасимов даже не пытался скрыть своих чувств. Он ходил за Виролайнен по площадке словно мальчишка. Говорил комплименты при всех — громко, открыто. Анатолий Солоницын, её партнёр по фильму, попытался однажды просто подойти, поболтать. Между дублями — безобидный разговор ни о чём.
"Отойди от неё!" — Герасимов рявкнул так, что вся площадка замерла.—- "Не видишь, мешаешь ей? Никаких пустых разговорчиков. Перерыв!"
Солоницын отошёл молча. Все в съёмочной группе опустили глаза. Виролайнен покраснела, а Герасимов стоял рядом с ней как страж, как охранник, как ревнивый муж.
А в углу павильона стояла Тамара Макарова, жена с которой Герасимов прожил всю жизнь. Она держала лицо, когда другие давно бы устроили скандал. Макарова тоже снималась в этом фильме. Роль небольшая, но достаточная, чтобы быть здесь, все видеть, слышать и понимать. Она молча смотрела, как ее муж влюбляется в очередную актрису на глазах у всей группы. Виролайнен была в шоке, она не понимала, что происходит. Приехала сниматься, а попала в какой-то театр абсурда. Великий режиссёр ведет себя как одержимый, партнеры шарахаются от неё. Жена режиссёра смотрит с ненавистью.
И тогда случилось то, что поставило точку. Очередной дубль. Виролайнен устала, вымоталась, хочет передохнуть. Герасимов подходит, берет за руку, смотрит в глаза.
— Милая, я люблю тебя! — он кричит это на всю площадку, на весь павильон, так что эхо отдаётся от стен. — Я люблю тебя очень!
В павильоне мертвая тишина. оператор замер с камерой, осветители застыли. Макарова побелела,а Виролайнен не выдержала.
— Сергей Аполлинариевич, зачем вы мне это говорите? — ее прорвало. — вы и Белохвостиковой это говорили на предыдущем фильме. Кого снимаете — ту и любите!
Герасимов побагровел. Лицо налилось кровью, руки задрожали.
— Как ты смеешь? Это ложь! Все не так! Перерыв!
Он развернулся и ушел, Макарова исчезла следом. Съемочная группа быстро-быстро разбежалась из павильона — никто не хотел быть свидетелем продолжения.
А Виролайнен осталось стоять одна посреди пустой площадки.
После того публичного признания в павильоне атмосфера на съемках изменилась, стала напряженной до предела. Когда приходил режиссёр, все замирали и ждали, что будет дальше, как он поведет себя сегодня.
Виролайнен продолжала работать, играть свою роль, произносить текст, попадать в мизансцены. Но это становилось всё сложнее, потому что Герасимов постоянно находился рядом.
Между дублями он подходил, поправлял ей прическу, трогал за плечо, смотрел в глаза так долго, что она отводила взгляд первой. Говорил комплементы вполголоса, но достаточно громко, чтобы слышали все.
После того скандала, когда Виролайнен напомнила Герасимову о Белохвостиковой, всё стало еще хуже. Режиссёр словно хотел доказать: "Нет, это не то же самое, это по-настоящему, это навсегда".
Виролайнен не знала как поступить. У нее был муж в Ленинграде, сын, обычная семейная жизнь. Да, муж гулял. Он требовал от неё идеального содержания дома. Их брак был далёк от идеала. Но это была её жизнь — привычная и понятная.
А тут этот человек: великий, знаменитый, старый, женатый, одержимый.
Она боялась его величия и боялась того, что он может сделать с её жизнью: возвысить или уничтожить.
Объявили, что все едут в Норильск продолжать съёмки, потому что нужны натурные сцены.
Виролайнен вздохнула с облегчением. Она подумала, что смена обстановки подействует на Герасимова и он успокоится, к тому же рядом будет его жена.
За день до отъезда Макарова объявила, что она не поедет, что очень расстроило Виролайнен. Потому что Макарова в какой-то степени всё-таки сдерживала Герасимова, а в Норильске этот сдерживающий фактор исчезнет.
Приехали в Норильск, группу разместили в общежитии. Виролайнен поселили вместе с Клеопатрой Альперовой — вторым режиссёром картины. С самого начала Виролайнен поняла, что Альперова на стороне Герасимова, она постоянно им восхищалась и говорила, что Герасимов для неё не просто режиссёр, а человек особый, великий, ему можно простить всё.
По вечерам Альперова стала организовывать чай у Герасимова. Стала приглашать Виролайнен. Просто попить чаю, поговорить о картине, обсудить сцены. ничего особенного — только чай и разговоры. Виролайнен соглашалась. Отказывать было неудобно. Герасимов разливал чай, рассказывал о кино, о жизни, о своих планах. Говорил интересно, умно, завораживающе. Виролайнен слушала, забывая о времени. А потом, минут через 30, Альперова вдруг вскакивала, вспоминая о срочных делах, извинялась и исчезала. И Виролайнен оставалась наедине с Герасимовым.
Виролайнен, несмотря на возражения Альперовой и просьбы Герасимова остаться и ещё посидеть немного, убегала вслед за ней. Герасимов несмотря на мороз и ветер, выходил на улицу и бродил под её окнами, пока в комнате Виролайнен не газ свет. Она видела его в окно, и временами ей даже становилось его жалко. Пожилой человек, известная личность, великий режиссёр, легенда вынужден из-за неё мучить себя на морозе.
Она продержалась две недели. Перенесла она их очень тяжело. Во-первых постоянно непривычный холод. Север есть Север. Во-вторых, её стало мучить одиночество. Никому в группе до неё не было никакого дела. Все были поглощены своей работой и борьбой с холодом, потому что работать с аппаратурой на таком морозе было очень сложно.
И только Герасимов был рядом — постоянно, неотступно, терпеливо.
Он не давил, не требовал, не угрожал. Он просто был: заботился, приносил горячий чай на площадку, укутывал её пледом между дублями, спрашивал, не замёрзла ли, не устала ли, нужно ли что-то?
Внимание, тепло, забота — то, чего ей не хватало всю жизнь; то, чего не давал муж, занятый своими похождениями; то, что она искала,сама того не понимая.
И вот однажды вечером Альперова снова позвала:
— Пойдём к Сергею Аполлинариевичу, чайку попьём, согреемся, поговорим.
Виролайнен пошла, как обычно, не ожидая ничего нового. Но в этот раз что-то было по-другому. Может, она устала сопротивляться? Может, холод доканал? Может, одиночество стало невыносимым? А может она просто впервые посмотрела на Герасимова не как на великого режиссёра, а как на человека — старого, одинокого, влюблённого.
Когда Альперова, как всегда, ушла, Виролайнен тоже встала, собираясь уйти следом, но Герасимов посмотрел на неё так, что она замерла. В его глазах не было требования, не было давления — только просьба: тихая, беззащитная, человеческая. "Останься, пожалуйста, просто побудь рядом, хоть немного".
Она села. Герасимов стал тихо говорить ей о своих чувствах, о том, что он давно не испытывал ничего подобного, о том, как она изменила его мир.
Виролайнен слушала его молча, понимая, что сейчас решается её судьба.
Она не любила его совсем. Чувств не было. Была благодарность — за роль, за внимание, за то тепло, которого ей так не хватало. Было уважение к таланту, к имени, к человеку, который открыл ей дорогу в большое кино.
Но любви не было.
Зато был страх. Потерять роль,если продолжит отказывать. Страх разозлить человека, от которого зависит её будущее; страх того, что потом будет жалеть об упущенном шансе. И усталость: от борьбы с собой, с обстоятельствами, с давлением, которое нарастало каждый день.
И она осталась.
Когда утром вернулась в свою комнату, Альперова уже ушла на площадку. Села на кровать, долго смотрела в окно и думала. "Что она сделала? Зачем? Почему согласилась" — ответов не было. Были только факты: она перешла черту, стала любовницей великого режиссёра — женщиной, которая моложе его на 35 лет, той, которую будут обсуждать за кулисами, осуждать, завидовать.
Тем временем работа на съёмочной площадке продолжалась. Герасимов по прежнему продолжал оказывать знаки внимания Виролайнен. Он перестал кричать на других участников группы. Атмосфера в группе изменилась к лучшему. Работа пошла легче, быстрее, продуктивнее.
Через месяц съёмки в Норильске закончились. Группа вернулась в Москву. Виролайнен уехала в Ленинград — к мужу, к сыну, к своей прежней жизни, которая теперь казалась чужой. Она понимала, что её жизнь уже не будет прежней. Так как съёмки не закончились, ей предстояло ехать в Москву, снова видеть с Герасимовым, снова жить двойной жизнью.
Тогда она ещё не представляла, что эта двойная жизнь затянется на долгие 6 лет, что Герасимов не отпустит её, даже когда картина выйдет на экраны.
Вскоре картина вышла на экраны. Виролайнен получила признание: её имя стало известным, лицо — узнаваемым.
Герасимов звонил каждый день, писал письма, присылал телеграммы, требовал встреч. И Виролайнен ехала — раз в месяц, иногда чаще. Придумывала поводы: съёмки, встречи, обсуждения.
Муж не интересовался подробностями. Его устраивало, что жена зарабатывает деньги и ведет домашнее хозяйство. Сам он практически в этом не участвовал, весь дом был на ней. Но когда появился Герасимов, всё изменилось. Не то, чтобы она полюбила режиссёра — нет. Чувств по прежнему не было. Но он давал то, чего не давал муж: заботу, ощущение, что ты важна, что тебя ждут, что ты нужна, а также деньги.
Герасимов не жалел средств. Каждый месяц он присылал Виролайнен 1000 рублей, что по тем временам это были не маленькие деньги. Но деньгами дело не ограничивалось. Герасимов использовал все свои связи и возможности, чтобы включить Виролайнен в художественный совет "Мосфильма". Это позволяло ей приезжать в Москву раз в неделю. Герасимов забронировал за ней номер в гостинице "Украина", от которой он сам недалеко жил. Когда приезжала Виролайнен они встречались в гостинице.
Виролайнен приходилось разрываться между Ленинградом и Москвой, между мужем и любовником, между театром и кино. Примерно в таком же положении находился и Герасимов. Ему так же приходилось разрываться между женой и любовницей, между делами и тайной любовью.
В разговорах с Виролайнен он всегда хорошо говорил о своей жене, и Виролайнен понимала, что он никогда от неё не уйдет.
Герасимов задаривал её дорогими подарками. Используя свои связи, он добился предоставления Виролайнен и её семье новой шикарной квартиры в центре Ленинграда.
Он организовал совместную поездку с ней в Италию, где купил и подарил ей очень дорогие украшения. Он так же продолжал регулярно высылать ей деньги.
Так продолжалось 6 лет.
Иногда она задумывалась: что будет дальше? Ему уже за 70, что станет с ней, когда его не станет? Деньги кончатся, и ей придется вернутся к прежней жизни. Это её пугало и беспокоило.
Но однажды все изменилось. Снимаясь в фильме о врачах, она обратила внимание на одного из консультантов, который был известным кардиохирургом в Ленинграде. Он тоже обратил внимание на Виролайнен. Они познакомились и начали встречаться. Виролайнен скрывала эти отношения и от мужа, и от Герасимова, потому что очень боялась эти отношения потерять.
Впервые за 43 года Виролайнен влюбилась по-настоящему — без расчета, без выгоды. Она поняла, что с Герасимовым нужно заканчивать.
Но как сказать это человеку, который 6 лет содержал тебя, который дал квартиру, деньги, карьеру, который считает тебя своей. Она долго мучилась, а потом взяла трубку и позвонила.
— Милый мой Сереженька! Не шли мне теперь деньги, я выхожу замуж.
Герасимов воспринял это тяжело, но что ему оставалось делать?
Вскоре Зорин предложил Виролайнен выйти за него замуж.
Виролайнен развелась со своим мужем, оставила ему квартиру, взяла своего сына, и переехала к Зорину.
Она вышла замуж за Зорина, оставила прежнюю жизнь и обрела счастье, несмотря на то, что её жизнь стала простой и скромной: они снимали небольшую квартиру, жили на зарплату, ездили на общественном транспорте.
Но главное — она чувствовала любовь, уважение, возможность быть собой.
Эта реальная история говорит о том, что настоящая любовь — это дар, который нельзя купить ни за деньги, ни за статус, ни за главную роль в фильме.
Любовь приходит сама и сама уходит.
Так устроена жизнь.