Песня «La Tortura» в пересказе "Михаила Лабковского"

Значит, так. Он ушёл. Просто ушёл — и даже не сказал, куда. И вы теперь страдаете. Называете это «пыткой». Вот что я вам скажу: это не пытка. Это невроз.

Он вам изменил. Вы об этом знаете. Вы своими глазами это видите. И что вы делаете? Вы его ждёте. Вы ему говорите: «Мне так больно». А он что? Он приходит и говорит: «Я знаю, что не был святым, но я могу всё исправить». Классика. Все изменщики так говорят. Это портфель, это набор фраз. Вы это слышите, и у вас слёзы, и «ах, любимый, мне так больно».

А теперь послушайте меня. Вы просите невозможного — чтобы зима не тронула розу, чтобы человек, который вас предал, стал вечным. Это невротическая потребность. Вы хотите, чтобы он изменился. Он не изменится. Человек, который вас бросил и пришёл обратно с оправданиями, — он не вернулся к вам. Он вернулся потому, что ему там, снаружи, неуютно. Это не любовь. Это удобство.

И вот что самое интересное: вы сами это чувствуете. Вы говорите — «не хлебом единым», «я не живу оправданиями». То есть внутри вы всё понимаете. У вас есть здоровая часть, которая говорит: хватит. Но невротическая часть говорит: а может, он правда исправится? Нет. Не исправится.

Он предлагает сделку: «понедельник — пятницу я твой, а субботу оставь мне». Вы серьёзно? Это не отношения. Это расписание посещения. Вы что, филиал поликлиники?

И вот что я вам скажу, как всегда. Хотите страдать — страдайте. Но не называйте это любовью. Это зависимость. Здоровый человек, когда ему больно, — уходит. Не умоляет, не плачет сухими глазами, не ждёт, пока ему расскажут про другую женщину. Здоровый человек говорит: до свидания. И всё.

Вы в конце концов говорите: «я не буду плакать из-за тебя». Вот это — правильная мысль. Первая нормальная мысль за весь разговор. Держитесь её.