Я никогда не считала себя музыкантом. Для меня гитара была скорее молчаливым другом, который всегда рядом и понимает лучше всех. Старенькая акустика с потёртым грифом и наклейкой-пандой на корпусе досталась мне от брата. Я брала её в руки, когда мир становился слишком громким: после ссор с родителями, в дни осенней хандры или просто когда хотелось тишины, разбавленной перебором струн.
Играла я так себе. Три аккорда, «Кукушка» Цоя, пара грустных песен Земфиры. Но в эти моменты я была настоящей.
Однажды вечером за окном лил дождь, на подоконнике остывал чай, а я сидела с гитарой на коленях. Я поставила телефон на стопку книг, нажала кнопку и поймала случайный кадр: мои руки на грифе, свет лампы падает на дек, лица почти не видно. На фото была только музыка и тишина. Я выложила его в свой маленький блог с подписью: «Иногда тишина звучит вот так».
Я даже не думала, что кто-то это заметит.
А утром увидела сообщение. От какого-то Дмитрия. Я зашла на его страницу и сначала растерялась: концерты, студия, гитарные педали, микшеры, море фотографий. Настоящий музыкант. И он написал мне:
«Привет. Прости за странный вопрос, но у тебя на деке панда. Это чтобы скрыть скол?»
Я удивилась и почему-то улыбнулась. Ответила:
«Привет. Нет, просто брат в детстве наклеил. Говорит, чтобы гитара не грустила, когда я фальшивлю».
Он написал снова. Потом ещё раз. И постепенно наша переписка стала для меня чем-то вроде тихого места, куда хотелось возвращаться. Мы говорили не о музыке — точнее, не о той музыке, где нужны термины и правильные слова. Мы говорили о звуках. О том, как дождь стучит по крыше машины, как скрипит старая дверь в подъезде, как гудит холодильник на кухне поздней ночью.
Через неделю Дима предложил встретиться. У меня есть новый трек, я хочу услышать, как он звучит для человека, который слушает тишину.
Он ждал меня на скамейке с двумя кофе
