Это тоже во сне? Или ты в Баренцевом море сейчас?

Тоже во сне) И белый медведь был в тёплых водах, но довольно далеко от берега. В какой-то момент мы были на расстоянии не более 15 метров друг от друга, ему не было до нас дела, и я не стала дожиться, когда хищник проявит к нам интерес как гурман к устрицам )

Они добрые

Белые и пушистые...

ну да

А всем можно участвовать в литературном клубе?

Ограничений не было, значит, всем можно

Спасибо!
Не лучшее, но что нашлось.

— Ну же!
Иван ухватил леску. С утра везло, а тут как нарочно, третий раз ведь срывается! У Германа ни одна поклевка не сорвалась, а ведь шли одна в одну. Иван раздраженно взглянул на часы, хотя проверял время совсем недавно. Договаривались до девяти, еще полчаса в запасе, авось наладится.
В самом деле, не прошло и десяти минут, как поплавок, едва дрогнув, мгновенно ушел под воду. Удилище изогнулось дугой, Иван едва успел подсечь. Потянул, чувствуя сопротивление пытающейся освободиться рыбы, и через секунду сверкающая чешуей добыча весом в полкило билась в ладонях. Иван высвободил крючок, осторожно запустил рыбину в садок. Украдкой посмотрел направо, где Герман как раз вытаскивал очередную рыбешку.
"Как пулемет".
В самом деле, приятель таскал одну за другой — пусть и мелочь, но наверняка уже полный садок. Иван выудил из банки червя, поспешно нацепил.
"А вот это зря", — одернул он сам себя. Рыбалка, она размеренности требует, торопливым только блох ловить. Да и то устанешь, а не поймаешь! И уже аккуратно, широким плавным движением забросил, аж сам собой залюбовался.
Еще дважды Иван вытаскивал добычу: один раз крошечного карасика, второй — плотву покрупнее. Не успела плотвичка шлепнуться в садок, как запищал будильник. Все!
Иван обернулся. Герман показал на запястье: время, мол!
Иван кивнул, сложил удочки, вытащил из воды садок — увесистый! — и не спеша зашагал по берегу.
— Ну что, как считать будем? — Герман заглянул в садок приятеля, в свой. — По штукам или на вес?
— На вес, на вес, как договаривались! А то натаскал мелочи, а жрать нечего!
— Можно подумать, ты крупную станешь жрать! — усмехнулся Герман.
— Не важно! Из этой реки и кошку кормить не будешь, а из нормальной жрал бы. Так что давай вешать и в магазин!
— Ну, давай! Деньги-то приготовил?
— Я-то приготовил, только проставляться тебе. Давай взвешивать!
Иван вытащил из кармана безмен, подцепил свой садок, потом садок Германа.
— Ну, что? Кто в магазин идет? — победно поинтересовался Иван.
— Уел, уел! Аж на триста грамм! — Герман широко развел руки и выпучил глаза. — Жди, я быстро!
Иван тем временем открыл садок и, присев, вытряхнул рыбу обратно в реку. Проделав то же самое с уловом Германа, стал подниматься. И тут в глазах потемнело: не как бывает, когда резко поднимешься и стоишь потом, пережидая пару секунд, пока не прояснится. Нет, в этот раз словно свет выключили: Иван успел лишь отметить, как, не удержав равновесия, валится навзничь.

— О! А спорил: "Я лучше, я лучше!" Все, я на двоих обошел! Теперь не догонишь!
Обернувшись, Аэрли грустно окинул взглядом добычу. Да, результат не в его пользу... За спиной Котолу, прямо над белоснежными крыльями, висел столб холодного пламени. Сквозь полупрозрачную завесу четко виднелись восемь человеческих силуэтов. Его же собственный садок, увы, содержал лишь шестерых.
— Ладно, ничего! — Котолу хлопнул приятеля по плечу. - Ты вообще-то и правда лучше. Просто сегодня не твой день! Но за амброзией слетаешь!
— О чем разговор-то! — Аэрли повеселел: Котолу, похоже, был совершенно искренен. — Я мигом!
Взмахнув крыльями, он оказался сразу на высоте в два своих роста — вот превзойти Аэрли в мастерстве полета Котолу, и не он один, даже и не мечтал.
— Только сначала выпустим, рано им еще!
Не оборачиваясь, Аэрли хлопнул по садку у себя за спиной. Холодное пламя на миг вспыхнуло, потеряв прозрачность. И тут же вновь вернулось к прежнему состоянию с той разницей, что теперь садок был пуст.
— Жаль, не время им... — пробурчал Котолу, хлопая по своему садку.

Голова мотнулась еще раз. Не успел Иван открыть глаза, как пара чувствительных хлопков по щекам окончательно привели его в себя.
— Ваня! Ваня!
Глаза он открыл в тот самый момент, когда Герман замахивался для очередной пощечины.
— Ваня! Ну, напугал ты меня! Что ж ты, мать твою, делаешь?
— Да все, все уже! Слезь!
Герман тяжело скатился с него, растянулся рядом на траве.
— Ты мне случайно искусственное дыхание не делал? — поинтересовался Иван, убедившись, что ничего не болит. — Рот в рот или еще какую гадость?
— Нет, что ты! Ты ж дышал, просто сознание потерял, — заверил Герман. — Может, тебе к врачу надо?
— К врачу? Не надо к врачу, просто перегрелся...
Иван осекся на полуслове, уставился вдаль.
— Не надо к врачу, — повторил он внезапно севшим голосом.
— Хочешь?..
И протянул приятелю удочки.
— Ты что, Иван? — Герман отстранился. — Зачем...
— Бери, а то выброшу! Все, хватит, отрыбачился...
— Да что с тобой? Ну, перегрелся, бывает... Что теперь, на рыбалку больше не ходить? — Герман усмехнулся. — На зимнюю-то можно!
— Вот, кстати, хорошо, что напомнил. Зайди вечером, зимние причиндалы забери.
И, пресекая возможные возражения, добавил:
— А то гляди, Петровичу отдам.

Доброе утро, Александр
Идея супер, однако, мне потребовалось больше усилий, чтобы уловить ход мысли или визуализировать повествование.
Постаралась дать честную обратную связь

Спасибо, все нормально.
Это не самое удачное, просто остальное или длинное, или совсем не в тему.

Доброе утро!

Однажды великий мастер Ям Ху обнаружил у себя на пороге молодого человека.
Судя по широким плечам, решительному взгляду и болтавшемуся за спиной огромному мечу, посетитель имел отношение к военному ремеслу.
-Это ты - знаменитый мастер Ям Ху? - сурово вопросил пришедший.
-Что есть знаменитость и что есть мастерство? Да и имя - более ли оно сотрясений воздуха…
-Значит, ты! - удовлетворенно произнес человек меча и поправил этот самый меч, чтобы рукоять поудобнее легла в ладонь. - Я пришел вызвать тебя на поединок! Тридцать мастеров одолел я. сражавшихся всеми видами оружия и без него. И вот услышал о великом мастере, которого никому пока не удавалось победить… не удавалось ведь?
Хотел было Ям Ху честно признаться, что и он бывал побежден, но молодой воин сам поспешил заверить:
-Не удавалось!
Меч уже покидал ножны, когда Ям Ху, заложив руки за спину, прошелся вдоль стены, развернулся и молвил:
-Ты как раз вовремя. Хочешь сразиться? Да будет бой! Да прославят сказители доблесть и мастерство победителя! Как, говоришь, твое имя?
-Сы Чань, мастер!
Ям Ху задумался. Прошелся, развернулся, еще минута протекла в раздумьях.
-Не припомню такого имени… - начал он. - Нет, никак не припоминаю. Я ты точно мастер?
-Ну не я же! Меня-то ты легко нашел, меня все знают! А с тобой что проку сражаться? Никто о тебе даже не слышал. Победишь тебя - курам на смех, а если вдруг… позора не оберешься, а тебе-то все равно! Куда нам биться? Хотя…
Мастер Ху сделал загадочное лицо.
-Да нет, нет пожалуй…
-Что?
-Видишь ли, - наставительно воздел палец Ху Ям. - Я великий мастер, и каждое утро на рассвете ухожу в горы. Там занимаюсь воинскими упражнениями, выкорчевываю рруками пни, дроблю кулаками камни. А самый большой камень приношу сюда, чтобы расколоть его головой после медитации. И тебе повезло, сегодня ты прервал мои упражнения в самом конце, и вот камень лежит, и он пока цел. Докажи, что для меня будет достойно не только вступить в схватку с тобой, но и проиграть, если будет на то воля Дао…
Не успел мастер договорить, как воин бросился к лежащему посреди двора валуну.
-Ух! - взвился он в воздух…
-Эх! - размахнулся в полете…
-… - почти беззвучно брызнула кровь из разбитого черепа.
Мастер Ям Ху поморщился.
-Что ж, зато есть, чему учить. Эй, ребята! Возьмите-ка нашего нового ученика и тащите в дом, чувствую, он у нас надолго…