Татьяна (Россия, Воронеж)
Блог Татьяны (Россия, Воронеж, 46 лет)
Татьяна, Россия, Воронеж, 46 лет
трое детей
У кого-то есть паспорт
С московской пропиской.
У кого-то есть остров
В голубом океане.
У кого-то есть космос
За сломанной форточкой.
А у кого-то
Есть кукла в кармане...
Трудовой день был долгим. Усталая, возвращаясь домой с работы, в раскрытом настежь почтовом ящике, я увидела, что меня ожидает разношёрстная корреспонденция: детские ежемесячные журналы, крикливые рекламные листовки, важные и надутые от своей значимости квитанции на оплату коммунальных услуг и странный, сверкающий белизной, небольшой, прямоугольный кусок картона, на котором каллиграфическим чернильным почерком аккуратно было выведено: «Пригласительный билет на концерт любимой группы».
«Милая шутка», – мимоходом подумала я, сунула необычный билет без каких-либо опознавательных знаков в карман спортивной куртки, сразу же забыв о нём…
Короткий вечер четверга пролетел незаметно – весь день работала за пятерых, а дома остались силы разве что на приготовление лёгкого ужина, автоматической стирки, незатейливой уборки и прочая, прочая, прочая.
Ближе к полуночи я закрыла дверь в спальню. Едва коснувшись подушки, я отдалась во власть непредсказуемого правителя царства Морфея.
Но недолго длился мой отдых. Через открытую балконную дверь, благо летние ночи, в мой безмятежный сон влетела загадочная гостья.
Миниатюрная голубка облетела мой непритязательный будуар, села на спинку стула, призывно захлопала белоснежными крыльями, проворковала – «Пора! Пора! Время не ждёт!».
Повинуясь неведомой магической силе и жажде приключений, забыв о хронической усталости, я быстро накинула на тонкую ночную сорочку спортивную куртку, впрыгнула в любимые кроссовки и выбежала из квартиры вслед за белой голубкой, которая выпорхнула в освежающую темноту августовской ночи.
«Пора! Пора! Пора!», – раздувал щёки паровоз «Голубой стрелы» возле моего дома. Я вскочила на подножку последнего вагона, и сказочный состав тронулся в путь, следуя за полётом белой птицы…
Пффф…
«Голубая стрела» припарковалась неподалёку от массивной, кованной вручную чугунной решётки, ограждающей бренный мир от старинного заброшенного яблоневого сада.
На часах стоял усатый привратник.
«Где Ваш билетик, Мадам?» – чопорно, будто англичанин, поинтересовался швейцар с белым цветком в петлице ливреи.
Я судорожно опустила руки в карманы спортивной куртки, вспоминая, куда же накануне вечером положила это необыкновенное приглашение.
К счастью, сверкающий белизной прямоугольный кусок картона оказался на месте.
«Проходите, будьте так любезны», – от напускной вежливости пожилого человека мне сделалось смешно и легко. Улыбаясь в ответ усатому стражу, без капли стеснения я вошла в благоухающий яблоками сад.
Главная аллея, окаймлённая стройными рядами гнутых фонарей, вывела меня к летней эстраде, рядом с которой небольшие столики были сервированы по-праздничному: имбирное печенье, ароматные пироги, вишнёвое варенье, терпкий зелёный чай, вино с корицей, лимонные мармеладные дольки.
Как только я присела за один из столиков, натягивая на разбитые коленки тонкую ночную рубашку и пряча неуместные здесь беговые кроссовки под стул, фруктовый сад сразу же погрузился во мрак. Освещённой осталась одна лишь сцена напротив.
Я замерла в ожидании. Никогда мне не доводилось бывать ни на каких концертах. Этот же обещал стать особенным.
На сцену вышли музыканты, среди которых была и она, лидер группы, вокалистка с гитарой.
Как только она ласково коснулась туго натянутых струн, из глубины сада один за другим стали выходить герои её песен: попрошайка, гувернантка детей богатого человека, обычные мужчины и женщины со своими радостями и горестями, нищий шарманщик в дырявой шляпе, босоножка Айседора Дункан, девочка с куклой, влюблённый подросток, генералы гражданской войны, рядовые, Марина Цветаева, знаменитые писатели, философы, художники, композиторы, смуглые, кареглазые индианки в зелёных сари.
Они тихо приветствовали меня и рассаживались по свободным местам.
Последней выпорхнула моя проводница, белая голубка. Она села на плечо скромному человеку, в одеждах таких же девственно белых, как и её оперенье. Его бездонный взгляд был наполнен любовью к миру, всему миру.
Солистка запела. Голос и музыка поднимались ввысь, к далёким звёздам, огибали каждую и возвращались к сердцам слушателей.
Её нежность очищала мою душу и делала счастливее…
Я проснулась по звонку будильника. Предстоял новый трудовой день, который я начала с одинокой чашки растворимого кофе, воображаемого мандаринового пирога и песен любимой группы…
#my_fantasy
С московской пропиской.
У кого-то есть остров
В голубом океане.
У кого-то есть космос
За сломанной форточкой.
А у кого-то
Есть кукла в кармане...
Трудовой день был долгим. Усталая, возвращаясь домой с работы, в раскрытом настежь почтовом ящике, я увидела, что меня ожидает разношёрстная корреспонденция: детские ежемесячные журналы, крикливые рекламные листовки, важные и надутые от своей значимости квитанции на оплату коммунальных услуг и странный, сверкающий белизной, небольшой, прямоугольный кусок картона, на котором каллиграфическим чернильным почерком аккуратно было выведено: «Пригласительный билет на концерт любимой группы».
«Милая шутка», – мимоходом подумала я, сунула необычный билет без каких-либо опознавательных знаков в карман спортивной куртки, сразу же забыв о нём…
Короткий вечер четверга пролетел незаметно – весь день работала за пятерых, а дома остались силы разве что на приготовление лёгкого ужина, автоматической стирки, незатейливой уборки и прочая, прочая, прочая.
Ближе к полуночи я закрыла дверь в спальню. Едва коснувшись подушки, я отдалась во власть непредсказуемого правителя царства Морфея.
Но недолго длился мой отдых. Через открытую балконную дверь, благо летние ночи, в мой безмятежный сон влетела загадочная гостья.
Миниатюрная голубка облетела мой непритязательный будуар, села на спинку стула, призывно захлопала белоснежными крыльями, проворковала – «Пора! Пора! Время не ждёт!».
Повинуясь неведомой магической силе и жажде приключений, забыв о хронической усталости, я быстро накинула на тонкую ночную сорочку спортивную куртку, впрыгнула в любимые кроссовки и выбежала из квартиры вслед за белой голубкой, которая выпорхнула в освежающую темноту августовской ночи.
«Пора! Пора! Пора!», – раздувал щёки паровоз «Голубой стрелы» возле моего дома. Я вскочила на подножку последнего вагона, и сказочный состав тронулся в путь, следуя за полётом белой птицы…
Пффф…
«Голубая стрела» припарковалась неподалёку от массивной, кованной вручную чугунной решётки, ограждающей бренный мир от старинного заброшенного яблоневого сада.
На часах стоял усатый привратник.
«Где Ваш билетик, Мадам?» – чопорно, будто англичанин, поинтересовался швейцар с белым цветком в петлице ливреи.
Я судорожно опустила руки в карманы спортивной куртки, вспоминая, куда же накануне вечером положила это необыкновенное приглашение.
К счастью, сверкающий белизной прямоугольный кусок картона оказался на месте.
«Проходите, будьте так любезны», – от напускной вежливости пожилого человека мне сделалось смешно и легко. Улыбаясь в ответ усатому стражу, без капли стеснения я вошла в благоухающий яблоками сад.
Главная аллея, окаймлённая стройными рядами гнутых фонарей, вывела меня к летней эстраде, рядом с которой небольшие столики были сервированы по-праздничному: имбирное печенье, ароматные пироги, вишнёвое варенье, терпкий зелёный чай, вино с корицей, лимонные мармеладные дольки.
Как только я присела за один из столиков, натягивая на разбитые коленки тонкую ночную рубашку и пряча неуместные здесь беговые кроссовки под стул, фруктовый сад сразу же погрузился во мрак. Освещённой осталась одна лишь сцена напротив.
Я замерла в ожидании. Никогда мне не доводилось бывать ни на каких концертах. Этот же обещал стать особенным.
На сцену вышли музыканты, среди которых была и она, лидер группы, вокалистка с гитарой.
Как только она ласково коснулась туго натянутых струн, из глубины сада один за другим стали выходить герои её песен: попрошайка, гувернантка детей богатого человека, обычные мужчины и женщины со своими радостями и горестями, нищий шарманщик в дырявой шляпе, босоножка Айседора Дункан, девочка с куклой, влюблённый подросток, генералы гражданской войны, рядовые, Марина Цветаева, знаменитые писатели, философы, художники, композиторы, смуглые, кареглазые индианки в зелёных сари.
Они тихо приветствовали меня и рассаживались по свободным местам.
Последней выпорхнула моя проводница, белая голубка. Она села на плечо скромному человеку, в одеждах таких же девственно белых, как и её оперенье. Его бездонный взгляд был наполнен любовью к миру, всему миру.
Солистка запела. Голос и музыка поднимались ввысь, к далёким звёздам, огибали каждую и возвращались к сердцам слушателей.
Её нежность очищала мою душу и делала счастливее…
Я проснулась по звонку будильника. Предстоял новый трудовой день, который я начала с одинокой чашки растворимого кофе, воображаемого мандаринового пирога и песен любимой группы…
#my_fantasy
Что думает человек, который не видел ни одного живого слона, никогда не ездил в поезде, ни разу не был в театре? Что думает он, сидя на крыльце сельского клуба нежным майским вечером? Чувствует ли он себя несчастным? Ничуть. Он сидит на крыльце вполне счастливый, весь наполненный любопытством и удивлением прекрасным этим миром. Он готов поверить чему угодно, готов что угодно понять… (с)
19 августа 2022 года исполняется 85 лет со дня рождения советского прозаика и драматурга Александра Валентиновича Вампилова.
Писатель родился в Иркутский области, в семье провинциальных интеллигентов. Отец, по национальности бурят, владел пятью языками, не считая родного – русским, латинским, греческим, французским, немецким, до революции служил репетитором у сына иркутского генерал-губернатора, при советской власти возглавил поселковую школу, где преподавал русский язык и литературу, а его жена, дочь православного священника, – математику.
Отец, которого будущий писатель практически не знал – по причине доноса его сослуживца и в последствии расстрела в марте 1938 года, предсказал сыну трудную литературную судьбу – Валентину Никитичу на протяжении всей беременности супруги снились классики русской литературы.
Из письма к жене: «…вероятно, будет разбойник – сын, и боюсь, как бы он не был писателем, так как во сне я все вижу писателей. ...С самим Львом Николаевичем Толстым искал дроби, и нашли. Второй раз в Черемхове, ночуя в доме знакомого татарина, я во сне пил водку с Максимом Горьким и целовал его в щетинистую щеку. Боюсь, как бы писатель не родился... Не назвать ли его Львом или Алексеем? У меня, знаешь, вещие сны...».
Родившегося мальчика родители назвали Сашей в честь солнца русской поэзии, Александра Сергеевича Пушкина, чью столетнюю годовщину гибели отмечали в 1937 году…
Анастасия Прокопьевна, которой было всего тридцать два года на момент расстрела мужа, обвинённого в панмонголизме (движение за объединение монгольских народов в единое целое), стала центром мира и единственной опорой для маленького Саши и его старших братьев и сестры.
Жена «врага народа» отличалась невероятно доброй душой, честностью и открытостью.
Именно мама, школьный учитель математики, для которой педагогика стала не только призванием, но и целью в жизни и способом нести свет людям, оказала немалое влияние на формирование характера младшего сына, наделила его душевной тонкостью, ранимостью и любовью к окружающим, что так отчётливо проявляется в его произведениях, в которых нет места словам «партия», «Ленин», «социализм», «коммунизм», а также прочим идеологическим атрибутам.
И знаменитый по школьной программе рассказ «Уроки французского» другого классика литературы двадцатого века Валентина Распутина, друга Вампилова со студенческой скамьи, посвящён собственно Анастасии Прокопьевне…
Александра Вампилова называют наследником чеховских традиций в драматургии. Он создал свой художественный мир, свою систему эстетики. И он сам был одним из персонажей своих пьес – неловкий, скромный, тихий человек, чья судьба трагически оборвалась за два дня до тридцатипятилетия…
Небольшой рассказ Александра Вампилова «Солнце в аистовом гнезде» о Витьке, пожирателе чудес, который был написан в командировке в Белорусии, а напечатан 7 августа 1963 года в газете «Молодёжь Бурятии», читает житель славного города Воронеж, Заслуженный артист России Евгений Фёдорович Слепых.
#my_library
19 августа 2022 года исполняется 85 лет со дня рождения советского прозаика и драматурга Александра Валентиновича Вампилова.
Писатель родился в Иркутский области, в семье провинциальных интеллигентов. Отец, по национальности бурят, владел пятью языками, не считая родного – русским, латинским, греческим, французским, немецким, до революции служил репетитором у сына иркутского генерал-губернатора, при советской власти возглавил поселковую школу, где преподавал русский язык и литературу, а его жена, дочь православного священника, – математику.
Отец, которого будущий писатель практически не знал – по причине доноса его сослуживца и в последствии расстрела в марте 1938 года, предсказал сыну трудную литературную судьбу – Валентину Никитичу на протяжении всей беременности супруги снились классики русской литературы.
Из письма к жене: «…вероятно, будет разбойник – сын, и боюсь, как бы он не был писателем, так как во сне я все вижу писателей. ...С самим Львом Николаевичем Толстым искал дроби, и нашли. Второй раз в Черемхове, ночуя в доме знакомого татарина, я во сне пил водку с Максимом Горьким и целовал его в щетинистую щеку. Боюсь, как бы писатель не родился... Не назвать ли его Львом или Алексеем? У меня, знаешь, вещие сны...».
Родившегося мальчика родители назвали Сашей в честь солнца русской поэзии, Александра Сергеевича Пушкина, чью столетнюю годовщину гибели отмечали в 1937 году…
Анастасия Прокопьевна, которой было всего тридцать два года на момент расстрела мужа, обвинённого в панмонголизме (движение за объединение монгольских народов в единое целое), стала центром мира и единственной опорой для маленького Саши и его старших братьев и сестры.
Жена «врага народа» отличалась невероятно доброй душой, честностью и открытостью.
Именно мама, школьный учитель математики, для которой педагогика стала не только призванием, но и целью в жизни и способом нести свет людям, оказала немалое влияние на формирование характера младшего сына, наделила его душевной тонкостью, ранимостью и любовью к окружающим, что так отчётливо проявляется в его произведениях, в которых нет места словам «партия», «Ленин», «социализм», «коммунизм», а также прочим идеологическим атрибутам.
И знаменитый по школьной программе рассказ «Уроки французского» другого классика литературы двадцатого века Валентина Распутина, друга Вампилова со студенческой скамьи, посвящён собственно Анастасии Прокопьевне…
Александра Вампилова называют наследником чеховских традиций в драматургии. Он создал свой художественный мир, свою систему эстетики. И он сам был одним из персонажей своих пьес – неловкий, скромный, тихий человек, чья судьба трагически оборвалась за два дня до тридцатипятилетия…
Небольшой рассказ Александра Вампилова «Солнце в аистовом гнезде» о Витьке, пожирателе чудес, который был написан в командировке в Белорусии, а напечатан 7 августа 1963 года в газете «Молодёжь Бурятии», читает житель славного города Воронеж, Заслуженный артист России Евгений Фёдорович Слепых.
#my_library
— А те двое, что держатся за руки и поминутно целуются, — это брат и сестра?.. — Да нет!.. Они очень смешные... Это влюбленные... — А что это значит?.. — Понятия не имею... Это старик Время дал им такое шутливое прозвище... Они не могут наглядеться друг на друга, все целуются и прощаются... — Зачем? — Кажется, им нельзя будет уйти отсюда вместе...(с) 1922 год Пожилой мужчина накинул видавший лучшие годы сюртук, взял прогулочную трость и вышел из дома. Его вечерний моцион был неизменным. Он, неспеша и с достоинством, в любую погоду и время года, в один и тот же час выстукивал по брусчатой мостовой массивным наконечником трости только ему одному ведомую мелодию. Запоздалые прохожие почтительно здоровались с ним. Мужчины поднимали головные уборы, чаще всего вылинявшие бесформенные кепки-гаврош, а женщины в заштопанных чулках и поблёкших платьях приветливо расшаркивались: — Добрый вечер, учитель! — Хорошей прогулки, учитель! — Рады Вас видеть, учитель! Каждый, от мала до велика, в провинциальном рабочем городке знал этого пожилого человека.
«Он умер! – думала Дагни. – Зачем?» Если бы можно было увидеть его! Если бы он появился здесь! С каким стремительно бьющимся сердцем она побежала бы к нему навстречу, обняла бы за шею, прижалась мокрой от слез щекой к его щеке и сказала бы только одно слово: «Спасибо!» – «За что?» – спросил бы он. «Я не знаю… – ответила бы Дагни. – За то, что вы не забыли меня. За вашу щедрость. За то, что вы открыли передо мной то прекрасное, чем должен жить человек». (с)
Константин Георгиевич Паустовский дважды побывал на Воронежской земле, в 1946 и 1947 годах, в старинной усадьбе русского писателя девятнадцатого века Александра Ивановича Эртеля, где в те годы был открыт Дом творчества литераторов.
Позже отдых, проведенный в Эртелевке, и "липовая, идиллическая воронежская глушь" нашли отражение в произведениях Паустовского, а начинающий в то время воронежский прозаик-фронтовик Юрий Данилович Гончаров крепко подружился с именитым мастером слова, подтверждением чему стала книга "Вспоминая Паустовского"...
Рассказ Константина Паустовского "Корзина с еловыми шишками" читает Заслуженный артист России Евгений Фёдорович Слепых.
#my_library
Константин Георгиевич Паустовский дважды побывал на Воронежской земле, в 1946 и 1947 годах, в старинной усадьбе русского писателя девятнадцатого века Александра Ивановича Эртеля, где в те годы был открыт Дом творчества литераторов.
Позже отдых, проведенный в Эртелевке, и "липовая, идиллическая воронежская глушь" нашли отражение в произведениях Паустовского, а начинающий в то время воронежский прозаик-фронтовик Юрий Данилович Гончаров крепко подружился с именитым мастером слова, подтверждением чему стала книга "Вспоминая Паустовского"...
Рассказ Константина Паустовского "Корзина с еловыми шишками" читает Заслуженный артист России Евгений Фёдорович Слепых.
#my_library
Я проснулась задолго до звонка будильника. Городское небо неспеша выплывало из сумрака ночи. Вчерашняя вынужденная встреча выбила меня из колеи: переживания, беспокойный сон, прошлое вновь повернулись лицом к лицу ко мне.
Я тихо вышла из квартиры. Многоэтажный дом как неприступная серая скала высился среди зелени частного сектора. Я знала, где консьерж хранит нужный мне ключ. Тайничок в подсобке.
Уютный уголок на крыше со старым шезлонгом, утопающий в цветочном буйстве, ни единожды выручал меня в безрадостные минуты бытия.
Я села в протёртый временем шезлонг и открыла термос со свежезаваренным кофе. Предутренняя тишина, голубое небо с облаками, спешащими по своим важным делам, свежий воздух, зелёные островки городских скверов, аромат утреннего напитка - все успокаивало меня.
Я закрыла глаза, прогоняя прочь неприятные воспоминания и мысли…
Неожиданно кто-то окликнул меня по имени.
Моему изумлению не было предела. За кованным ограждением крыши, уверенно перепрыгивая с облако на облако, из ниоткуда, появился маленький мальчуган. Перехватив мой удивлённый и испуганный одновременно взгляд, он приветливо помахал пухлой ладошкой и тут же крепко схватил за гриву самое крупное облако, проплывающее мимо, которое на глазах трансформировалось по его воле в скоростной двухколёсный транспорт, отдалённо напоминающий скутер.
Малыш призывно, поторапливая меня, просигналил. Не раздумывая ни секунды, я села позади него, и мы сорвались с места.
Леса, реки, города, моря слились в одну пёструю ленту. От русых, шелковистых кудрей ребёнка исходил тонкий запах материнского молока и раннего детства. Я уткнулась в его затылок и отдалась во власть скорости, ветра и беспричинной радости.
Более чем две тысячи километров пролетели за несколько минут.
Воздушный транспорт мальчика не признавал границ. Мы плавно спускались к подножью железной башни, символу мечты. Вдруг резко, опытной рукой, малыш вновь устремился вверх. Мы облетели башню, словно серпантин, укутывающий новогоднюю ёлку. Раз за разом. Сверху вниз и обратно. Ни один аттракцион не шёл ни в какие сравнения с этим незабываемым полётом…
В полном изнеможении, но совершенно счастливая, я вновь откинулась в протёртом временем шезлонге на одной из крыш многоэтажного города-миллионника. Малыш сидел на облаке напротив, за кованным ограждением крыши, болтая босыми ножками. В его глазах, совсем не детских, плясали озорные искры.
– Мы знакомы? – поинтересовалась я.
– Отчасти, – ответил мальчуган, загадочно улыбаясь, – грусть иногда бывает единственной отрадой, но злоупотреблять ей не стоит, помни это.
– Как тебя зовут?
– Андрейка… – и малыш стал удаляться. Он пропал из виду так же, как и появился…
Аккуратно прикрыв за собой дверь на крышу, я вернулась в квартиру.
Вдохновлённая полётом, засучив рукава, я принялась, подобно многорукому восточному божеству, за нескончаемую череду домашних дел, мысленно возвращаясь к бесстрашному Андрейке, который легко и играючи излечил меня от вчерашней хандры.
Протирая пыль на полках, задумавшись, я открыла семейный альбом, давно всеми забытый.
Внезапно, залётный случайный сквозняк оживил один из пожелтевших снимков на первых страницах альбома: молодой мужчина на фотографии радостно подбросил вверх маленького сына, первенца, поймал и с нежностью прижал к груди, его супруга опустила голову на плечо мужа – семья, мои близкие – дед, бабушка, а между ними беззубо улыбающийся Андрей, мой родной дядя, мой ангел-хранитель, который пробыл в этой жизни чуть больше полугода…
#my_fantasy
Я тихо вышла из квартиры. Многоэтажный дом как неприступная серая скала высился среди зелени частного сектора. Я знала, где консьерж хранит нужный мне ключ. Тайничок в подсобке.
Уютный уголок на крыше со старым шезлонгом, утопающий в цветочном буйстве, ни единожды выручал меня в безрадостные минуты бытия.
Я села в протёртый временем шезлонг и открыла термос со свежезаваренным кофе. Предутренняя тишина, голубое небо с облаками, спешащими по своим важным делам, свежий воздух, зелёные островки городских скверов, аромат утреннего напитка - все успокаивало меня.
Я закрыла глаза, прогоняя прочь неприятные воспоминания и мысли…
Неожиданно кто-то окликнул меня по имени.
Моему изумлению не было предела. За кованным ограждением крыши, уверенно перепрыгивая с облако на облако, из ниоткуда, появился маленький мальчуган. Перехватив мой удивлённый и испуганный одновременно взгляд, он приветливо помахал пухлой ладошкой и тут же крепко схватил за гриву самое крупное облако, проплывающее мимо, которое на глазах трансформировалось по его воле в скоростной двухколёсный транспорт, отдалённо напоминающий скутер.
Малыш призывно, поторапливая меня, просигналил. Не раздумывая ни секунды, я села позади него, и мы сорвались с места.
Леса, реки, города, моря слились в одну пёструю ленту. От русых, шелковистых кудрей ребёнка исходил тонкий запах материнского молока и раннего детства. Я уткнулась в его затылок и отдалась во власть скорости, ветра и беспричинной радости.
Более чем две тысячи километров пролетели за несколько минут.
Воздушный транспорт мальчика не признавал границ. Мы плавно спускались к подножью железной башни, символу мечты. Вдруг резко, опытной рукой, малыш вновь устремился вверх. Мы облетели башню, словно серпантин, укутывающий новогоднюю ёлку. Раз за разом. Сверху вниз и обратно. Ни один аттракцион не шёл ни в какие сравнения с этим незабываемым полётом…
В полном изнеможении, но совершенно счастливая, я вновь откинулась в протёртом временем шезлонге на одной из крыш многоэтажного города-миллионника. Малыш сидел на облаке напротив, за кованным ограждением крыши, болтая босыми ножками. В его глазах, совсем не детских, плясали озорные искры.
– Мы знакомы? – поинтересовалась я.
– Отчасти, – ответил мальчуган, загадочно улыбаясь, – грусть иногда бывает единственной отрадой, но злоупотреблять ей не стоит, помни это.
– Как тебя зовут?
– Андрейка… – и малыш стал удаляться. Он пропал из виду так же, как и появился…
Аккуратно прикрыв за собой дверь на крышу, я вернулась в квартиру.
Вдохновлённая полётом, засучив рукава, я принялась, подобно многорукому восточному божеству, за нескончаемую череду домашних дел, мысленно возвращаясь к бесстрашному Андрейке, который легко и играючи излечил меня от вчерашней хандры.
Протирая пыль на полках, задумавшись, я открыла семейный альбом, давно всеми забытый.
Внезапно, залётный случайный сквозняк оживил один из пожелтевших снимков на первых страницах альбома: молодой мужчина на фотографии радостно подбросил вверх маленького сына, первенца, поймал и с нежностью прижал к груди, его супруга опустила голову на плечо мужа – семья, мои близкие – дед, бабушка, а между ними беззубо улыбающийся Андрей, мой родной дядя, мой ангел-хранитель, который пробыл в этой жизни чуть больше полугода…
#my_fantasy
Book o’clock — время читать. Дина Рубина.
17.07.2022 15:16
531
0
– Только ты один, – говорила она, плача и улыбаясь своим клоунским ртом. – Только ты один не изменился в лице, когда узнал… (с)
Рассказ Дины Рубиной «Мастер-тарабука» читает коренной воронежец, Заслуженный артист России — Евгений Фёдорович Слепых.
#my_library
Рассказ Дины Рубиной «Мастер-тарабука» читает коренной воронежец, Заслуженный артист России — Евгений Фёдорович Слепых.
#my_library
Здесь так легко мне, так радушно,
Так беспредельно, так воздушно...(с)
Так беспредельно, так воздушно...(с)
...без Юшки жить людям стало хуже. Теперь вся злоба и глумление оставались среди людей и тратились меж ними, потому что не было Юшки, безответно терпевшего всякое чужое зло, ожесточение, насмешку и недоброжелательство...(с)
Имя Андрея Платонова неразрывно связано с Воронежем. Небольшой, но трогательный рассказ "Юшка" о юродивом подмастерье кузнеца был написан им в 1935 году. Рассказ вышел в печать спустя тридцать один год после создания, уже после смерти автора...
#my_library
Имя Андрея Платонова неразрывно связано с Воронежем. Небольшой, но трогательный рассказ "Юшка" о юродивом подмастерье кузнеца был написан им в 1935 году. Рассказ вышел в печать спустя тридцать один год после создания, уже после смерти автора...
#my_library
А вы далеко-далеко. Между нами планеты,
Тоннели метро, этажи, миражей анфилады.
Я жду вас сегодня, и завтра, и будущим летом,
Любите меня, мне это надо!
Двое стояли перед дверьми старого лифта. Она крепко держала его за руку, но не чувствовала себя нужной, любимой, желанной. Его равнодушие ранило сильнее, чем сто тысяч плетей.
Послышался скрежет приближающейся кабинки. Внезапный страх потери опутал её.
– Пожалуйста! Давай останемся! И дождёмся следующего…
Не поворачивая головы, он оттолкнул её руку и вошёл в лифт. Его спутница словно приросла к полу – ноги налились свинцовой тяжестью, она видела, как двери старого лифта медленно, медленно сходились. Она видела его родное, но холодное лицо. Видела, как рядом с ним неожиданно появилась другая. Другая!? Они уехали...
– Скорей! Ну скорее же! Скорей! – со слезами на глазах молила девушка вновь прибывший лифт.
Она спешно выскочила из душной кабинки на свежий воздух, уверенная в том, что он ждёт её внизу и сможет объяснить это странное недоразумение.
Но подле лифта никого не было. Никто не ждал её. Он ушёл, легко разорвав их, казалось бы, прочную связь.
Она долго стояла возле лифта, двери которого периодически выпускали на свободу новых людей. Она стояла, свыкаясь с тем, что осталась одна.
«Вернуться назад? – размышляла она. – Или идти следом за ним, вперёд?».
Неподалёку протекала Река, глубокие мудрые воды которой неодобрительно взволновались на эти девичьи мысли.
Девушка двинулась в путь. Она шла вдоль берега Реки и внимательно вглядывалась в каждое лицо, которое встречала на пути. Она обгоняла семейные пары, весёлые компании, влюблённых, спрятавшихся от докучливого дождя под цветным зонтом.
Она шла, а образ потерянного счастья тускнел, ускользал из памяти.
Она кричала в сторону противоположного берега, в надежде услышать: «Я здесь!», но тишина была ей ответом…
Пять долгих лет брела она вдоль Реки, повторяя все её излучины. За это время девушка забыла, куда идёт и зачем.
И вот, в один из летних дней, когда только горизонт разделял лазурную синеву неба от Реки, она увидела деревянный мостик, перекинутый с Правого берега на Левый…
Неуверенно взошла она на шаткий мост, боясь взглянуть вниз – неприятный застарелый страх тянул к ней скользкие щупальца с илистого дна. Но, держась за перила, она неторопливо и верно продвигалась вперёд, повинуясь неведомой силе притяжения.
На середине горбатого мостика её ждали. Загорелое открытое лицо, русые волосы, ласково перебираемые ветром, добрый, синий взгляд и сильные руки, которые уверенно взяли её дрожащие ладони в свои и повели туда, где кончается длинная Река и начинается бескрайний простор Моря…
Губами одними молю, пусть никто не услышит:
— Любите меня, мне это надо!
#my_fantasy
Тоннели метро, этажи, миражей анфилады.
Я жду вас сегодня, и завтра, и будущим летом,
Любите меня, мне это надо!
Двое стояли перед дверьми старого лифта. Она крепко держала его за руку, но не чувствовала себя нужной, любимой, желанной. Его равнодушие ранило сильнее, чем сто тысяч плетей.
Послышался скрежет приближающейся кабинки. Внезапный страх потери опутал её.
– Пожалуйста! Давай останемся! И дождёмся следующего…
Не поворачивая головы, он оттолкнул её руку и вошёл в лифт. Его спутница словно приросла к полу – ноги налились свинцовой тяжестью, она видела, как двери старого лифта медленно, медленно сходились. Она видела его родное, но холодное лицо. Видела, как рядом с ним неожиданно появилась другая. Другая!? Они уехали...
– Скорей! Ну скорее же! Скорей! – со слезами на глазах молила девушка вновь прибывший лифт.
Она спешно выскочила из душной кабинки на свежий воздух, уверенная в том, что он ждёт её внизу и сможет объяснить это странное недоразумение.
Но подле лифта никого не было. Никто не ждал её. Он ушёл, легко разорвав их, казалось бы, прочную связь.
Она долго стояла возле лифта, двери которого периодически выпускали на свободу новых людей. Она стояла, свыкаясь с тем, что осталась одна.
«Вернуться назад? – размышляла она. – Или идти следом за ним, вперёд?».
Неподалёку протекала Река, глубокие мудрые воды которой неодобрительно взволновались на эти девичьи мысли.
Девушка двинулась в путь. Она шла вдоль берега Реки и внимательно вглядывалась в каждое лицо, которое встречала на пути. Она обгоняла семейные пары, весёлые компании, влюблённых, спрятавшихся от докучливого дождя под цветным зонтом.
Она шла, а образ потерянного счастья тускнел, ускользал из памяти.
Она кричала в сторону противоположного берега, в надежде услышать: «Я здесь!», но тишина была ей ответом…
Пять долгих лет брела она вдоль Реки, повторяя все её излучины. За это время девушка забыла, куда идёт и зачем.
И вот, в один из летних дней, когда только горизонт разделял лазурную синеву неба от Реки, она увидела деревянный мостик, перекинутый с Правого берега на Левый…
Неуверенно взошла она на шаткий мост, боясь взглянуть вниз – неприятный застарелый страх тянул к ней скользкие щупальца с илистого дна. Но, держась за перила, она неторопливо и верно продвигалась вперёд, повинуясь неведомой силе притяжения.
На середине горбатого мостика её ждали. Загорелое открытое лицо, русые волосы, ласково перебираемые ветром, добрый, синий взгляд и сильные руки, которые уверенно взяли её дрожащие ладони в свои и повели туда, где кончается длинная Река и начинается бескрайний простор Моря…
Губами одними молю, пусть никто не услышит:
— Любите меня, мне это надо!
#my_fantasy
...музыка, вначале казавшаяся тесной тюрьмой, в которой они оба, связанные звуками, должны были сидеть друг против друга на расстоянии трех-четырех саженей, - была в действительности невероятным счастьем, волшебной стеклянной выпуклостью, обогнувшей и заключившей его и ее, давшей ему возможность дышать с нею одним воздухом...(с)
Рассказ Владимира Набокова «Музыка» читает житель города Воронежа, Заслуженный артист России — Евгений Фёдорович Слепых.
#my_library
Рассказ Владимира Набокова «Музыка» читает житель города Воронежа, Заслуженный артист России — Евгений Фёдорович Слепых.
#my_library
Человека можно искалечить, но искусство всё перетерпит и всё победит.(с)
Рассказ Александра Куприна «Гамбринус» читает уроженец и житель Воронежа, Заслуженный артист России — Евгений Фёдорович Слепых...
P.S. Надеюсь, что кому-нибудь аудиозаписи Евгения Фёдоровича будут интересны и полезны.
#my_library
Рассказ Александра Куприна «Гамбринус» читает уроженец и житель Воронежа, Заслуженный артист России — Евгений Фёдорович Слепых...
P.S. Надеюсь, что кому-нибудь аудиозаписи Евгения Фёдоровича будут интересны и полезны.
#my_library
Детство, детство, детство - это летний ветер.
Парус неба и хрустальный звон зимы...
Детство, детство, детство - это значит дети.
Дети, дети, дети – это значит мы.
Все люди на большой планете
Должны всегда дружить.
Должны всегда смеяться дети
И в мирном мире жить...
13 июня — особенный день для Воронежа. Это день скорби и памяти...
#my_town
Парус неба и хрустальный звон зимы...
Детство, детство, детство - это значит дети.
Дети, дети, дети – это значит мы.
Все люди на большой планете
Должны всегда дружить.
Должны всегда смеяться дети
И в мирном мире жить...
13 июня — особенный день для Воронежа. Это день скорби и памяти...
#my_town
...Не поднимали головы и гнули спину,
И доживали без надежды, под сурдину,
Последний колокол умолк в стенах безверья,
И только вверх, куда-то вверх росли деревья.
Лишь затыкали поплотней глаза и уши,
В овечью шкуру заворачивали душу,
И снова пили, матерясь и матерея.
И только вверх, куда-то вверх росли деревья...
И доживали без надежды, под сурдину,
Последний колокол умолк в стенах безверья,
И только вверх, куда-то вверх росли деревья.
Лишь затыкали поплотней глаза и уши,
В овечью шкуру заворачивали душу,
И снова пили, матерясь и матерея.
И только вверх, куда-то вверх росли деревья...
Таким наш город был вчера... 
«Алые паруса» на новый лад, или променад корабля-копии петровской эпохи «Гото Предестинация», что означает Божье провидение, по акватории Воронежского водохранилища, в честь 350-летия со дня рождения Императора Петра...
#my_town
«Алые паруса» на новый лад, или променад корабля-копии петровской эпохи «Гото Предестинация», что означает Божье провидение, по акватории Воронежского водохранилища, в честь 350-летия со дня рождения Императора Петра...
#my_town
...Ты найдешь под подушкой волшебный предмет
И, уже отплывая на лодке ко сну,
Ты услышишь, как фея шепнет тебе вслед:
«Я тебя никогда не оставлю одну!»
Я тебя не оставлю одну.
Я тебя не оставлю одну.
Я тебя не оставлю одну.
Я тебя никогда не оставлю одну!
Значение слов и значение символов
Постепенно приходит из мудрых глубин.
Я знаю здесь всех: и младенцев, и старцев,
Но не знаю того, кто здесь не один...
#my_music
И, уже отплывая на лодке ко сну,
Ты услышишь, как фея шепнет тебе вслед:
«Я тебя никогда не оставлю одну!»
Я тебя не оставлю одну.
Я тебя не оставлю одну.
Я тебя не оставлю одну.
Я тебя никогда не оставлю одну!
Значение слов и значение символов
Постепенно приходит из мудрых глубин.
Я знаю здесь всех: и младенцев, и старцев,
Но не знаю того, кто здесь не один...
#my_music
Сегодня небольшой, но дружной компанией мы побывали с детьми в Театре оперы и балета. Давали "Кота в сапогах", в вольной интерпретации воронежского режиссёра... 
Получили массу положительных эмоций.
В этом году эта третья постановка, что нам удалось посетить.
И я заметила, как артисты выкладываются на детских спектаклях и с каким большим удовольствием скачут по сцене на лошадках, перевоплощаются в злодеев и принцесс, смеются, плачут, дурачатся...
Наблюдая игру артистов, вижу в этих взрослых людях, порой уже немолодых, детский задор, непосредственность, благодарность зрителям за внимание и желание рассказать миру, что детство никуда не уходит, оно рядом и внутри нас...
Браво!
P.S. Один папа на спектакле вначале попытался вздремнуть, но к концу действа улыбался и хлопал в ладоши вместе со своей семьёй...
Получили массу положительных эмоций.В этом году эта третья постановка, что нам удалось посетить.
И я заметила, как артисты выкладываются на детских спектаклях и с каким большим удовольствием скачут по сцене на лошадках, перевоплощаются в злодеев и принцесс, смеются, плачут, дурачатся...
Наблюдая игру артистов, вижу в этих взрослых людях, порой уже немолодых, детский задор, непосредственность, благодарность зрителям за внимание и желание рассказать миру, что детство никуда не уходит, оно рядом и внутри нас...
Браво!
P.S. Один папа на спектакле вначале попытался вздремнуть, но к концу действа улыбался и хлопал в ладоши вместе со своей семьёй...
Ночная магистраль, черная петля
Вложив остатки сил в поворот руля
Врываюсь в мир огней и случайных встреч
Оставив за спиной все что не сберечь...
#my_town
Вложив остатки сил в поворот руля
Врываюсь в мир огней и случайных встреч
Оставив за спиной все что не сберечь...
#my_town
Видно, масса причин у сурового Бога
Пригвоздить меня здесь… далеко от Парижа.
Девушка прижалась к прогретому мартовским солнцем каменному высокому бордюру, предваряющему вход в старинный заснеженный еще по-зимнему парк.
Она пришла за минуту до назначенной встречи. Лёгкое волнение и любопытство никак не отпускали её. Она с интересом вглядывалась в лица прохожих, таких же одиноких, как и она, выискивая знакомые фотографические черты в реальном мире.
Она ждала пять минут, десять, пятнадцать… Приподнятое, радостное настроение испарялось на глазах. Она стояла и недоумевала: что-то случилось или это злая шутка?
Девушка включила смартфон и ещё раз внимательно перечитала утреннюю переписку…
Через двадцать пять минут ожидания прилетело сообщение: «Я в пути. Не стой, гуляй, я напишу».
Она постепенно погружалась в привычное ей состояние. Состояние «закрытых дверей», через замочную скважину которых можно было спокойно наблюдать за посетителями парка: влюблённые пары, держащиеся за руки, молодые семьи с неугомонными отпрысками, пожилая чета, танцующая вальс под звуки уличного саксофониста на расчищенном от снега пятачке. И именно эта музыка скрашивала время странного ожидания.
Альт-саксофон в руках опытного исполнителя был словно живым. Он призывно блестел под лучами весеннего солнца, заставляя прохожих на миг остановиться и вслушаться в мелодию, которая легко и плавно улетала в бесконечную синь неба.
Инструмент чувствовал людей. К сердцу каждого он находил путь.
Девушка забыла о цели визита, приведшую её в парк. Она поддалась очарованию уличного музыканта. Он же не остался в долгу и после небольшой паузы, внимательно поглядев в её сторону, заиграл: «Падам, падам, падам».
«Где именно тебя найти в парке?» – чуть больше, чем через час объявился инициатор встречи, тот, кто и назначил время этой прогулки.
Скомканное знакомство, невнятное общение, пустые разговоры, зря потраченное время, а в висках, будто метроном, отбивающий такт, пульсировал незатейливый французский мотив: «падам-падам-падам».
Девушка решительно завершила этот бестолковый променад, направившись к автобусной остановке. Её маршрут совсем не совпадал с маршрутом её незадачливого спутника. Им было не по пути…
Она смотрела в грязное окно городского транспорта и видела перед собой не сменяющуюся череду урбанистического пейзажа, а улыбающиеся глаза уличного музыканта.
Бессмысленно предаваться мечтам. Падам…
Девушка поспешила на выход. Падам, падам…
Впереди, перед самыми дверьми маршрутки, растеклась глубокая лужа, сзади ворчал нетерпеливый водитель, и чья-то мужская рука со стороны улицы уже ожидала её. Падам-падам-падам…
И вот, они стояли напротив друг друга – девушка и её музыкант, в саквояже которого тихо дремал альт-саксофон…
Padam, рadam — как биение сердца. Padam, этот мотив преследует меня день и ночь, он приходит издалека и сводит меня с ума…
#my_fantasy
Пригвоздить меня здесь… далеко от Парижа.
Девушка прижалась к прогретому мартовским солнцем каменному высокому бордюру, предваряющему вход в старинный заснеженный еще по-зимнему парк.
Она пришла за минуту до назначенной встречи. Лёгкое волнение и любопытство никак не отпускали её. Она с интересом вглядывалась в лица прохожих, таких же одиноких, как и она, выискивая знакомые фотографические черты в реальном мире.
Она ждала пять минут, десять, пятнадцать… Приподнятое, радостное настроение испарялось на глазах. Она стояла и недоумевала: что-то случилось или это злая шутка?
Девушка включила смартфон и ещё раз внимательно перечитала утреннюю переписку…
Через двадцать пять минут ожидания прилетело сообщение: «Я в пути. Не стой, гуляй, я напишу».
Она постепенно погружалась в привычное ей состояние. Состояние «закрытых дверей», через замочную скважину которых можно было спокойно наблюдать за посетителями парка: влюблённые пары, держащиеся за руки, молодые семьи с неугомонными отпрысками, пожилая чета, танцующая вальс под звуки уличного саксофониста на расчищенном от снега пятачке. И именно эта музыка скрашивала время странного ожидания.
Альт-саксофон в руках опытного исполнителя был словно живым. Он призывно блестел под лучами весеннего солнца, заставляя прохожих на миг остановиться и вслушаться в мелодию, которая легко и плавно улетала в бесконечную синь неба.
Инструмент чувствовал людей. К сердцу каждого он находил путь.
Девушка забыла о цели визита, приведшую её в парк. Она поддалась очарованию уличного музыканта. Он же не остался в долгу и после небольшой паузы, внимательно поглядев в её сторону, заиграл: «Падам, падам, падам».
«Где именно тебя найти в парке?» – чуть больше, чем через час объявился инициатор встречи, тот, кто и назначил время этой прогулки.
Скомканное знакомство, невнятное общение, пустые разговоры, зря потраченное время, а в висках, будто метроном, отбивающий такт, пульсировал незатейливый французский мотив: «падам-падам-падам».
Девушка решительно завершила этот бестолковый променад, направившись к автобусной остановке. Её маршрут совсем не совпадал с маршрутом её незадачливого спутника. Им было не по пути…
Она смотрела в грязное окно городского транспорта и видела перед собой не сменяющуюся череду урбанистического пейзажа, а улыбающиеся глаза уличного музыканта.
Бессмысленно предаваться мечтам. Падам…
Девушка поспешила на выход. Падам, падам…
Впереди, перед самыми дверьми маршрутки, растеклась глубокая лужа, сзади ворчал нетерпеливый водитель, и чья-то мужская рука со стороны улицы уже ожидала её. Падам-падам-падам…
И вот, они стояли напротив друг друга – девушка и её музыкант, в саквояже которого тихо дремал альт-саксофон…
Padam, рadam — как биение сердца. Padam, этот мотив преследует меня день и ночь, он приходит издалека и сводит меня с ума…
#my_fantasy
Вход на сайт
